Отражение - Ирек Гильмутдинов Страница 12

Она уже привыкла к моей манере постоянно угощать всех выпечкой и разными вкусностями.

— Спасибо.

— А мне? — орк с явной жадностью проследил за ватрушкой, затем переведя взгляд на меня.

— Ты её даже не заметишь, — усмехнулся я, доставая шарму. — Вот, попробуй. Моё новое блюдо. Будешь первым, кто оценит.

Тут я, конечно, слегка лукавил — шарму уже пробовали Аэридан, Большой Пуф и даже Торгус. Но почему бы не сделать приятное другу?

Наблюдая, как он с аппетитом уплетает угощение, я достал ещё одну порцию и протянул Еве, которая к тому времени уже расправилась с ватрушкой.

Я давно заметил одну особенность этого мира: местные жители — страстные поклонники вкусной еды. Ещё ни разу никто не отказался от моих угощений. И дело тут не только в Источнике, который требует постоянной подпитки энергией — он черпает её не только из окружающей маны, но и из всего, до чего может «дотянуться». Поэтому маги, особенно те, что активно практикуют, едят часто и помногу. Вероятно, именно поэтому в каждом городе несметное количество таверн, харчевен и прочих заведений, где можно утолить голод. Прямо как в моём мире на каждом углу ларёк с шаурмой или шавермой. Я так и не понял, в чём между ними разница — сколько ни пробовал, везде подают практически одно и то же.

— Вкусно, — проговорил орк, с явной жадностью поглядывая на мою сумку.

— И мало, — усмехнулся я, разворачиваясь в сторону тренировочной арены.

Кстати, эта милая, хрупкая с виду девушка — точно так же, как и её зелёный товарищ — то и дело бросала на мою пространственную сумку выразительные взгляды.

— Если вы вдвоём надеетесь, что, одолев меня, сможете проникнуть внутрь и прихватить весь запас пирожков, тортов, пирогов, шаурмы, пирожных, тушёнки и котлет, — я намеренно утрировал, — то вы глубоко ошибаетесь. Я с помощью Чалмора её основательно переделал, и теперь даже после моей смерти туда не проникнуть. В ответ мне прозвучал слитный, разочарованный вздох.

Я остановился и уставился на них. — Вы что, и вправду об этом думали?

Они быстро переглянулись и принялись наперебой уверять меня, что и в мыслях такого не было.

— Ну-ну, — скептически протянул я.

Уловив мой недоверчивый тон, они всю дорогу до арены продолжали заверять, что никаких дурных замыслов у них и в помине не было. Вот только верилось в это с большим трудом.

На арене было немноголюдно. В основном тренировались старшекурсники, преподавателей и вовсе не было видно. Как я понимал, к Новому году у них тоже планировался турнир, вот народ и готовился. Этот самый праздник — ещё одна причина, по которой я подозреваю, что не являюсь первым «попаданцем» в этот мир. Слишком уж многое совпадает. Например, традиция украшать ёлку, дарить подарки, устраивать салюты. Во-вторых, здесь есть свой Дед Мороз — вернее, Маг Льда. Да и внучка у него — магэсса, которая помогает деду всё замораживать. В-третьих, легенда о том, что он проникает в дома через печную трубу. И наконец, названия дней недели, месяцев и их продолжительность — я совсем забыл об этом упомянуть. К слову, никто так и не смог мне внятно объяснить, почему «Воскресенье» называется именно «Воскресенье». Даже всезнающая Мария Великолепная затруднилась с ответом, что стало для неё настоящим шоком. Она просто никогда не задумывалась над этим, казалось бы, простым вопросом. А я-то знал причину.

Мы с орком встали друг напротив друга, подальше от остальных — мало ли, разойдёмся не на шутку.

— Итак, Вул’дан. Можешь использовать всё, что угодно. Включая свою секиру, помощь духов и, если захочешь, — попроси Еву подсобить.

Он расхохотался, и его смех эхом разнёсся по арене.

— Такими дешёвыми фокусами тебе меня не вывести из себя.

— Ну как знаешь. Тогда потом не злись, когда не сможешь ничего сделать.

— Что, провёл пару тренировок с Вортисом, и теперь думаешь, что справишься со мной? — в его голосе звучало неподдельное веселье.

— Сейчас всё увидим. И, кстати, не пару, а тридцать семь. Если быть точным.

Тут он слегка опешил, и его уверенная ухмылка немного сползла.

— Готов? — орк кивнул, сжимая рукоять секиры. — Тогда начинай, — я одарил его ехидной улыбкой мастера, который наблюдает за нерадивым учеником, возомнившим себя великим воином.

Первым заклинанием он избрал ледяную стрелу. Да, он маг воды, но уже достиг уровня, позволяющего овладеть смежной стихией, преображая свои чары в лёд.

— «Glacies Acus!» — выкрикнул он. Едва ледяной шип вылетел в мою сторону, как он и сам ринулся вперёд, словно разъярённый бык.

Я же, следуя наставлениям Вортиса, выпустил крохотную искру, что нарушила плетение и обратила стрелу в безвредную изморозь ещё на подлёте. Следом я создал под ногами противника трепещущий ковёр из молний. Какой бы огромной ни была его физическая сила, реакции и ловкости ему было не занимать — он взмыл в прыжке, совершив в воздухе немыслимый кувырок, и перелетел ловушку. Вот только приземлился прямиком на новый, уже ожидающий его ковёр. Да, моя скорость плетения в разы выше — но этого легко достичь усердной учёбой, в этом нет ничего сверхъестественного. Орка основательно тряхнуло, но он успел швырнуть лёд себе под ноги, на мгновение прервав действие моего заклинания. Этого мига ему хватило, чтобы отпрыгнуть в сторону — уже через секунду ковёр из молний разнёс ледяную плиту в щепки.

Он рванул ко мне... и рухнул наземь. Его ноги схватили руки, выросшие из самой земли. Я заметил, как на миг в его глазах мелькнула растерянность, но он мгновенно взял себя в руки. Обдав ноги потоком воды, он сбросил оковы, резко поднялся и вновь попытался сбить меня с ног. На сей раз он предварительно облачился в сияющие доспехи из застывшего льда — невероятно сложное заклинание для адепта. К моему удивлению, он сплёл его на удивление ловко. Однако стоило ему занести руку для удара, как я обычной искрой заклинания ученического уровня разрушил ледяную броню.

Затем я окружил его коконом из спрессованной земли. Мне нужно было проверить, на что способны заклинания этой стихии. И, скажу я вам, результаты оказались более чем впечатляющими. Пока он рубил стену секирой, я спокойно