Хроники Чистокровного - Александр Робский Страница 116

— Да, брат…

Мы наконец–то достигли города «Ниарил»… и как я вступила на эту забытую самим Прародителем землю, меня пробрала дрожь и отчаянье. Сердце сжалось, а в глазах начало пульсировать.

Под моими ногами потрескавшийся асфальт, устеленный слоем костей… да что говорить, скелеты стали второй почвой для этого города. Ноги утонули в них по щиколотку. Теперь под стопами звучит жуткий хруст, и скрежет. Кости уже старые, и ломаются даже от простого колебания ветра. Да и что говорить, каждая костяшка обглодана до канавки с косным мозгом.

Так же по всей дороге, в безмолвии, застыли заржавевшие машины наземного типа и летающего, а где–то можно заметить сломанные космические корабли, что потерпели крушение.

Дома из чёрного металла, что уходят верх подобно шпилям, все разбиты и покрыты глубокими порезами, а некоторые из них рухнули прямо на дорогу, тем самым закрыв проход на соседние улицы.

В глазах начало пульсировать, дыхание сбилось… что не так… что со мной⁈

Я упала на колени, сняла шлем с головы и бросила его на землю. С лица побежал настоящий дождь из холодного пота.

— Помогите!!!

— Убегай!!!

— Мара!!! Не оглядывайся!!!

Я сжала ладонями уши. Кто это⁈ Голоса!!! Их так много!!! И все они напуганы!!!

— То, что с тобой происходит, называется — Потусторонний взор, — появился слева от меня брат, — Глаза Ламбертов, особенные. И не важно, Чистокровный ты, или же нет, через наши глаза проходит сам поток мира! Сама вселенная боготворит нас, и даёт возможность увидеть то, что другим не под силу… мы видим умерших, Евангелина. Точнее, их мысли, обратившиеся в подобие души, которая на веки вечные привязана к месту, где они умерли.

Я потеряла дар речи, ведь впереди появились тени, состоящие из радужного света. Их была так много, что вся улица была ими забита, так же они падали из высотных чёрных зданий. Они вопили от ужаса, махали руками в разные стороны и бежали из–за всех сил от угрозы, которая уже давным-давно их убила.

— Н–Е–Е–Е–Т!!! — скрестила я предплечья перед лицом.

Брат закрыл меня спиной. Души врезались прямо в Дориана, пройдя его тело насквозь. Мы оказались полностью во владениях радужных теней, что молили о помощи и умоляли остановить этот ужас.

И в одну секунду… всё прекратилось. Мёртвый город вновь окутала перина безмолвия и пугающей тишины.

Я обняла саму себя, а моя нижняя челюсть дрожит так, словно я окунулась в холодную речку. Глаза широко раскрыты, а в голове застыли крики мёртвых.

Брат сел на одно колено и хлопнул ладонями прямо перед моим лицом. Сделал он это так быстро, что я этого не заметила, из–за чего дрогнула и на секунду оцепенела… и ужас в моём разуме вмиг отступил. Словно от меня резко отцепилась пиявка.

— Да, не приятная способность… но мы родились с ней, и вместе с ней умрём. Поэтому, ты должна уметь пользоваться «потусторонним взором».

— Пользоваться⁈ — дрогнул у меня голос, как и плечи.

— Мертвецы знают куда больше, чем живые. В одно далёкое время, Ламбертов даже боялись за такое умение. В третью эпоху «Парадиз» мы были гонимы, словно прокажённые. Но, потом наше умение принесло пользу. Как я уже говорил… мертвецы, ещё те сплетники.

— Ты издеваешься?…

— Нет, говорю как есть. Вставай.

Брат схватил меня за плечо, и, поднявшись на ноги, он заодно поднял и меня.

— Пойдём. Я покажу тебе, как нужно разговаривать с мертвецами. Заодно поищем Кровопийц и их Королеву.

* * *

Мне так дурно, что подкашиваются ноги. Мёртвые… я вижу мёртвых!!! Как это произошло⁈ Почему именно сейчас⁈… Не уж то это связанно с тем, что моя аура начинает пробуждаться?

Мы с Братом идём по мертвому городу так уверенно, словно в нём и не живут Кровопийцы. Да и Дориан точно знает, куда идти… ему словно кто–то показывает путь!

Я поднял взгляд, и увидела в разбитых окнах радужные силуэты, что указывают пальцем направление… они знают, что нужно Брату⁈ Как⁈

— То есть, когда я умру, я тоже буду призраком? — решила спросить я.

— Не совсем, — провернул брат на другую улицу, — Фактически, они мертвы. Я же говорил, это «мысль», что обрела форму виде души. Их настоящая душа уже давно упокоена.

— И сколько времени нужно, что бы мысль стала призраком?

— Десятки, Сотни или даже Тысячи лет… у всех по-разному. Вердикт тут только один, после смерти остаётся «мысль». И мы, Ламберты, единственные во всём «Парадиз», кто может видеть последний отпечаток живого существа.

Какая же жуткая способность! Но! Теперь я наверняка убедилась в том, что призраки, это и не призраки вовсе. Так, слепок души. И от этой информации, мне стало как–то полегче. Даже дрожь в ногах исчезла. Я просто представила, что призраки — это ожившая «информация».

— Нам сюда…

— Ага!

Мы с братом проникли в здание, которое выглядело как конус. Внутри оказался уже давно разрушенный автовокзал с кучей летающих автобусов, которые уже отжили свой век, и теперь просто стоят и ржавеют, покрывшись слоем пыли и грязи.

На остановках куча скелетов и разорванной одежды. В окошках, где выдают билеты, всё разрушено и перевёрнуто.

На потолке, как ней знак мира, висит лампа виде человека… да вот только она вся в пыли, и в некоторых местах порезана, отчего и не понять, кто на ней изображён.

Брат открыл дверь одного автобуса, и зашёл в салон. Я последовала за ним по пятам, и перед моими глазами открылся вид на уже давно умерших пассажиров, что обратились в груду костей.

Я услышала детский плач!

Моё сердце сжалось, а следом упало в пятки. В конце салона, на длинном сидение, находиться радужная тень… ребёнок… по росту, он примерно моего возраста… а может даже младше…

Я слышу его плач. Это мальчик, сомнений нет.

Дориан снял шлем и повесил его на пояс. Он прошёл в конец салона и встал на одно колено, дабы его голова находилось на одном уровне с головой призрака.

— Здравствуй… как тебя зовут?

Мальчик вытер ладонью слёзы, и ответил:

— Малик… меня зовут — Малик!

— А меня, Дориан Ламберт. Можешь мне кое-чём помочь, Малик? — на вопрос Брата, призрак кивнул, — Я хочу понять, откуда начался эпицентр заразы. Другие призраки сказали мне, что ты видел этот момент… можно я посмотрю?

Малик несколько