Истребитель некромантов. Том 1 - Тимофей Тайецкий Страница 104

Когда Галицын закончил рассказывать он передал мне сундучок и ключ.

Я смотрел на блестящий серебряный ключ в руках и думал, что он точно необычный. Мама оставила для меня сундук. Мне кажется, что он хранит в себе что-то важное. Но сейчас у меня много вопросов.

— Почему? — прошептал я вздыхая.

Галицын молчал, а его глаза выглядели как-то странно.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он, скрестив руки на груди.

Я зло повторил свой вопрос:

— Почему?! Почему вы оба столько времени относились ко мне так плохо? — Мои руки дрожали, когда я сильно ударил по столу.

— Вы оба должны были заботиться обо мне, как о своем ребенке! Вы же мои тетя и дядя, черт побери! Как вы могли так поступить? Особенно учитывая, что моя мама доверилась вам? Как вы могли?

Ефим подошел ко мне, чтобы успокоить, но я не хотел его слушать. Галицын просто смотрел на меня серьезным лицом.

— Ты обещал маме заботиться обо мне! И что? Ты даже не пытался это сделать! Так что же, Галицын? Почему ты относился ко мне так плохо?

Меня так трясло! Если бы не осталась капелька рассудка, я, наверное, уже бросился бы на Галицына с огромной яростью. Даже сейчас мне было очень трудно удержать свой гнев.

— Это ведь так просто, Андрей, — сказал Галицын. — Ты сын простолюдина и изгнанной дворянки. Если бы мы поступили с тобой по-другому, это могло бы испортить нашу репутацию среди других дворян. Мы не могли позволить себе такого риска. Ты должен хоть как-то быть благодарным за то, что мы тебе помогли.

Мой гнев вспыхнул, когда Галицын закончил говорить. Мои кулаки разжались, и мощные вспышки молний появились руках. Стол передо мной даже начал дымиться от жара моего гнева.

Галицын сидел спокойно, со скрещенными руками на груди. Он был удивлен моей силой. Это было достаточно, чтобы повредить даже его, но его лицо оставалось безразличным. Ефим и Линда были в шоке, когда я встал перед Галицыном, вокруг меня мелькали молнии.

Они могли бы меня остановить, если бы я напал, но энергия должна была куда-то деться. По их словам, я понял, что использовал это заклинание с полной мощностью. Мой разум колебался, но я достиг середины третьего ранга. Это могло серьезно ранить или даже убить их, если они не будут осторожны.

Я не почувствовал последствий моего мощного заклинания. В моей душе было слишком много гнева и адреналина. Даже если бы я почувствовал, мне все равно. Если Галицын скажет что-то не то, они не смогут остановить поток молний, который поглотит его или даже всю комнату.

Обычно такое заклинание убило бы мага на моем уровне. Моя сила была больше, чем они сталкивались на таком раннем этапе, даже у ребенка. Единственная причина, по которой я остался жив, это то, что энергия не покинула мое тело. Сделай я это, то, возможно, умер бы.

Ефим умолял меня успокоиться и отозвать заклинание. Он предупреждал, что я рискую жизнью, используя такое заклинание. Я едва слышал его слова, но это было достаточно, чтобы здравый смысл вернулся ко мне.

Постепенно энергия исчезла. Мана вернулась в мое тело, а затем в Кристалл. В комнате стало душно и сухо, во рту остался привкус горящей меди. Я просто стоял, дрожа. Напряжение, которое я только что пережил, раздирало меня изнутри.

Тишина окутала нас, прежде чем я решился заговорить. Я чувствовал, как внутри меня бурлила ярость. Перед тем, как я совершу свой акт мести над Галицыном, у меня было еще несколько вопросов.

— Что с моим отцом? — раздался мой голос. Я уже предвкушал ответ, но Галицын мрачно нахмурился, откладывая момент признания.

Гордость не позволяла ему признать то,