С няней шутки плохи - Лесана Мун

Лесана Мун

С няней шутки плохи

Глава 1

— Ладно, Бехтерев, топай давай, жена, небось, заждалась уже, — устало отодвигаю от себя бумаги.

— Ну что вы, Софья Андреевна, как я могу уйти? Вы же еще тут, и работаете, — высокий, с военной выправкой мужчина хмурит широкие брови в мою сторону.

— Ты давай ерунду не рассказывай. У тебя жена на девятом месяце, роды скоро, а ты тут сидишь. Вали домой, сказала! — прикрикиваю просто для виду, и мы оба это знаем.

— Я уйду, если вы пообещаете, что тоже соберетесь и в течении десяти минут поедете домой, — продолжает меня опекать упертый заместитель.

— Ладно, уговорил, поеду.

Зам уходит, а я действительно потихоньку собираюсь домой. Дом… Голые стены да рыбки в аквариуме. Ни мужа, ни семьи. Ничего, кроме работы. Прожила так пятьдесят с гаком лет. Поздно что-то менять. Да особо и не хочется уже. Все отдала работе. Сначала в силовых ведомствах, потом в собственной охранной фирме. Огрубела, заматерела. Мужики стали обходить стороной. Им ведь рядом женщина нужна, а не второй мужик, только в юбке. Хотя… какие там юбки, я же все время в брюках.

Поставив офис на сигнализацию, сажусь в машину. Надо бы в магазин заехать, купить чего-нибудь уже готового на ужин. Вообще, готовить я люблю, да только саму себя баловать совершенно не хочется. Поем и магазинное. В супермаркете сразу же заезжаю тележкой в отдел кулинарии. Беру понемногу разных салатов и мяса, игнорирую сладости. Что-то после климакса фигура стала расползаться. Кажется, что даже от воды поправляюсь. Раньше ела, что хотела и тощая была, а сейчас вон уже брюхо из штанов вываливается и грудь неожиданно появилась. Спрашивается, зачем она мне нужна после пятидесяти лет и при отсутствии мужика? Только лишние траты на новые бюстгальтеры бОльшего размера.

Повздыхав над любимой шоколадкой, еду дальше, мужественно сжав челюсти. Нагребаю воды и лимонов. Говорят, помогает похудеть, выгоняет из организма лишнюю воду, или типа того. Может, это у меня не жир, а отечность? Завтра выходной, буду пить много кислой воды, посмотрю, уйдет ли живот. Главное — изжогу не получить. Чем старше становишься, тем больше задумываешься над вещами, на которые раньше вообще внимания не обращал.

Расплачиваясь на кассе, чувствую чужой взгляд. Поворачиваюсь — никто не смотрит. Странно. Обычно я не страдаю галлюцинациями. И если мне что-то кажется, то так оно есть. Усаживаюсь в автомобиль с ощущением какой-то смутной тревоги.

Перед входом в подъезд оглядываюсь. Никого. Неужели все-таки показалось? Что там пьют от нервов? Валериану? Поднимаюсь на шестой этаж пешком, снимаю квартиру с сигнализации, переобуваюсь в прихожей, даже не включая свет. Заношу сумки в кухню, оставляю их и, помыв руки в ванной, иду в спальню. Сейчас переоденусь, поем, сделаю себе ванну и полежу, посмотрю какой-нибудь фильм.

Проходя мимо гостиной, замедляю шаг. Это мне послышалось, или что? Явный детский смешок. У меня?! Это, наверное, с улицы, я окно забыла закрыть и вот… Распахиваю дверь в гостиную и замираю на пороге, выпучив глаза.

— Не поняла?!

Просто посреди комнаты, на полу, весело играет зарядками от телефона маленький ребенок в странных одежках. Дрожащей рукой достаю из кармана штанов телефон и, не глядя, набираю номер.

— Бехтерев, не отвлекаю? Да, голос у меня странный, скоро узнаешь почему. Быстро ко мне!

— Н-да, — уже в десятый раз произносит Бехтерев, поглядывая в гостиную, где все так же с азартом жует проводки зарядного ребенок.

— Что думаешь? — спрашиваю у него.

— Это точно не ваше дитё? — задает дурацкий вопрос, вынудив меня вылупить на него глаза.

— Сережа, — говорю мягко, — это только мужчины могут не знать, что у них появились дети, женщинам для начала надо походить беременными. Думаешь, я бы не заметила подобные изменения со своим организмом? Или может, ты видел у меня живот, который я, по странному стечению обстоятельств, не замечала?

Мы оба опускаем головы и смотрим на мой не самый подтянутый нынче пресс. Потом Бехтерев многозначительно встречается со мной взглядом.

— Это лишняя жидкость! — отвечаю на невысказанный вопрос. — И вообще, ты идиот, Сережа? Может, я зря тебя на должность зама взяла, если даже такие простые вопросы тебе не по плечу?

— Софья Андреевна, ну что вы сразу, — Бехтерев обиженно сопит, еще раз заглянув в гостиную. — Ладно, давайте с самого начала.

— С какого начала? Я тебе уже все рассказала. Зашла и увидела. Все.

— Сигнализация снялась? Проблем не было? Неполадок?

— Все было, как обычно, в том и проблема. Ребенка могли занести разве что через вентиляцию.

Мы переглянулись и поморщились. Тупое предположение, да.

— Ладно. Что с врагами и неприятелями? Брошенными мужиками?

— Сережа, это ты сейчас лезешь своими шаловливыми ручонками в мою личную жизнь? — подкалываю зама.

— Софья Андреевна, вы же знаете протокол, — бурчит мужчина.

— Да знаю, шучу я. Нету у меня личной жизни. Совсем. Лет десять уже, а может, и больше. Вот как с агентством затеялась, так и нету. А враги, ну сам знаешь.

— Полно. Да, — Бехтерев понимающе кивает. — Последнюю неделю происходило что-то странное? Неожиданные встречи? Неадекваты? Вообще что-либо странное?

— Да нет, все как обычно, — отвечаю, но потом почему-то вспоминаю магазин. — Хотя знаешь, сегодня в супермаркете мне показалось, что на меня кто-то смотрит.

— И?

— И ничего. Оказалось, что показалось. Но вот сейчас, глядя на этого из неоткуда взявшегося ребенка я засомневалась, а вдруг, не показалось?

— Ладно, я сейчас сделаю фотку ребенка, пробью его по базе пропавших детей. Хотя, если похищение недавно произошло, может и не всплыть нигде. Надо отряд вызвать, чтобы забрали…

— Ты что? И будет дитё непонятно с кем, не известно сколько времени болтаться? Думаю, ребенка неспроста оставили именно у меня. Возможно, крохе грозит опасность…

— Софья Андреевна, не перегибайте.

— Может, и перегибаю, а может, и нет. Короче, давай, пробивай по базе, а я пока схожу в магазин, куплю что там для детей надо. Кстати, а что им надо?

— А я откуда знаю? — выпучивает на меня глаза Бехтерев.

— Здрасьте! А у кого из нас беременная жена почти на сносях? У меня?

— А вы — женщина. У вас с рождения встроенная функция есть — все знать про детей! — выдает заместитель.

— Что за бред? Ладно, продавец, если что, посоветует. Все, не скучайте. Скоро буду.

— Нет! Стойте! Вы меня оставите наедине с ребенком? — в глазах Бехтерева плещется ужас.

— Отставить паниковать, служивый! —