Нил Эшер - Скиннер Страница 89

Врелл ждал ее на нижней палубе и повернулся, чтобы посмотреть, как она поднимается из люка. Рядом стояли пожиравшие ее злобными взглядами наемники. Фриск мгновенно заметила, что оружия у них не было.

— Ты отправишься на берег, — сказал Врелл, показывая одной из ног на вытащенное на берег судно. — Там находятся Сэйбл Кич, Госк Балем и существо, которое когда-то было Джеем Хупером. Меня не интересует, что ты будешь там делать.

— Я найду Джея, — сказала Фриск.

— Меня это не волнует. На борту судна ты не останешься.

— Почему?

Врелл отвернулся, и она мгновенно почувствовала, как сильные руки «болванов» схватили ее за предплечья. Ее подвели к батианцам.

— Ты больше не нужна для достижения цели. Совет созван, и на него прибудут все Старые капитаны. Через несколько дней они соберутся, чтобы определить участь Госка Балема. Я должен сделать так, чтобы корабль находился здесь. Ты поставишь под угрозу выполнение моей задачи, если будешь находиться на борту. Я не могу управлять тобой, как и твоими наемниками. Вы все сойдете на берег.

— По крайней мере, ты позволишь оставить нам оружие?

Врелл задумался, и ответ прозвучал через спикера.

— Она и наемники, несомненно, могут взять оружие на берег. Они не смогут преодолеть твою линию обороны.

— Эбулан! В чем дело? Что ты задумал? Я считала тебя другом! — закричала Фриск.

— Ты становишься сентиментальной, женщина. Ты всегда являлась пешкой, которой, впрочем, было трудно найти замену. Ты — живое доказательство моих достижений в войне с твоей расой. Я переправил тебя сюда, чтобы обеспечить достижение другой цели, несмотря на то что ты стала представлять собой препятствие и угрозу для моих политических притязаний. Как сказал Врелл, ты больше не нужна для достижения цели.

Фриск долго смотрела ничего не выражающим взглядом на спикера, потом повернулась и направилась к штормтрапу. Один из «болванов» бросил в сторону батианцев рюкзак с оружием. Сван легко поймала его и посмотрела испепеляющим взглядом на тяжеловооруженных «болванов». Бросив полный ненависти взгляд на Врелла, она спустилась вслед за Фриск по штормтрапу в шлюпку. Чуть позже к ним присоединился кипящий от злости Шиб.

— Не опасно оставлять их живыми? — спросил Врелл, наблюдая, как севший на весла батианец направляет шлюпку к берегу.

— Конечно нет, — ответил спикер. — Мне доставляет удовольствие такое окончание событий.

— Я не понимаю, отец.

— На самом деле я по-прежнему испытываю определенные чувства к Ребекке Фриск, и мне не хотелось убивать ее здесь и сейчас. Я доволен, что она отправилась на берег, потому что знаю, что она получит удовольствие от охоты на союзников этого Сэйбла Кича. Я также доволен тем, что люди будут убивать друг друга, что начнут развиваться другие, не относящиеся к нашему делу, но тем не менее полные драматизма события. В итоге умрут все: Старые капитаны, Госк Балем, Хуп и, конечно, наша милая Ребекка.

— Совет — все было сделано только ради него, — сказала Сван.

— Я не понимаю. — Фриск не могла отвести взгляд от направленного на нее оружия и от спины налегавшего на весла Шиба.

— Конечно, не понимаешь. Слишком долго ты считала, что мир вращается вокруг тебя. У Эбулана был свой план, в осуществлении которого ты играла второстепенную роль. Я поняла это, как только Врелл поднялся на борт. Эбулан переправил тебя сюда только потому, что присутствие такой печально известной особы на планете стало бы достаточным основанием для встречи всех Старых капитанов. Так получилось, что Госк Балем оказался живым, и совет уже был созван. Вероятно, это произошло до того, как агенты Эбулана перестали распространять слухи о том, что ты находишься на планете.

— Эбулан не мог так поступить, — для видимости возразила Фриск.

Она попыталась устроиться поудобнее, естественно так, чтобы рука оказалась ближе к оружию Сван. Батианка мгновенно отодвинулась и покачала головой, и зубы ее бывшей хозяйки обнажились в подобии улыбки.

— Зачем Эбулану понадобился совет? — спросила Фриск. — Что могут сделать для него эти древние старики?

— Они могут умереть, — ответила Сван. — Прадор уничтожает все, что связывает его с торговлей человеческими оболочками, причем так, чтобы свидетелей не осталось. Поразительно, что он позволил тебе жить, учитывая тот факт, что ты являешься непосредственным участником. Скорее всего, Врелл сойдет на берег, чтобы уничтожить тех, кто останется в живых после бойни, которую ты собираешься развязать.

— Замечательно! Так что будем делать? — насмешливо произнесла Фриск, придвигаясь ближе к Сван, испытывая ее терпение, пытаясь принудить к действиям.

Батианка откинулась назад и выстрелила. Фриск отшатнулась от опалившего часть лица луча, потом подняла руку и дотронулась до ожога указательным пальцем. Сван наблюдала за ней, направив КК-лазер прямо в глаза. Ребекка со злостью посмотрела на нее, потом заняла прежнее место и больше не пыталась приблизиться.

— Не знаю, как нам следует поступить, — сказала Сван таким тоном, словно ничего не случилось. — Блюститель знает о том, что мы на планете, поэтому нам не удастся улизнуть незаметно. Однако, если мы отдадим ему тебя, он, возможно, проявит благосклонность. Мы можем остаться здесь, но такая перспектива мне не нравится. Блюститель продолжит охотиться за нами. Он будет преследовать нас до самой смерти, поручив это задание подразуму, сделав его выполнение целью существования.

— Есть другой выход, — сказала Фриск, — если вы рискнете поверить мне.

Сван ничего не ответила.

— Вне этой планеты у меня есть миллиарды кредитных единиц на разных счетах, к которым обеспечен постоянный доступ. Я контролирую отдельных агентов и целые организации. Мне нужно только получить доступ к сети и послать несколько кодированных сообщений. Корабль прибудет сюда в течение нескольких месяцев.

— Спали ее, — посоветовал Шиб. — Она избавится от нас при первой возможности.

— Я подумаю, — кивнула Сван.

— Вы оба знаете, какую благосклонность проявит к вам Блюститель, — продолжила Фриск. — Эти ИР на границах владений Правительства не всегда придерживаются правил. Его «благосклонность», вероятно, будет заключаться в том, что он предложит вам три варианта: медленное стирание памяти, сжигание в печи или казнь от рук Старых капитанов.

— Спали ее, — повторил Шиб, направляя шлюпку к берегу.

Сван ничего не сказала. Шиб поднял весла, встал, забросил на плечо рюкзак с оружием и спрыгнул на песок с носа шлюпки. Его соплеменница медленно встала и попятилась от Фриск, ни разу не споткнувшись. Скоро она оказалась на песке, а Фриск по-прежнему сидела в шлюпке. Она решила прыгнуть за борт в самый последний момент, если ситуация станет совсем скверной.