Юрий Блинов - Дверь в детство (СИ) Страница 82

— Во время своего первого перехода через дежурный портал ты по случайности попал под воздействие резонанса поднесущей частоты стазисного поля, и так как твой организм не был защищен от подобного влияния, то его остаточным эффектом станет как раз то, что я тебе только что описал.

— А это не опасно? Или может все-таки как-то можно избавиться от этого — снова спросил Егор с опаской, остановив на полпути ко рту свою руку с кусочком кекса.

— Нет, для твоего организма это не опасно, более того, такой неожиданный эффект даже поможет тебе быстрей адаптироваться к непривычной для тебя обстановке.

— Хорошо, но для чего всё это нужно? Ведь не на курорт же вы меня отправляете. В чём именно будет состоять смысл моей «командировки»

Эонт Пан и Смотритель коротко переглянулись, затем начальник лаборатории стал подробнее излагать детали плана.

— Суть подобной операции заключается в том, чтобы произвести некий сбой в том хронологическом рукаве, куда внедрён человек с такой аномалией, какая присутствует внутри тебя. Так как жизнь человека или общества состоит из определенного набора событий, люди, совершающие всякие действия или поступки, тем самым и определяют в сумме ход всей человеческой истории. Новое ответвление хронологии, а значит и каждый новый мир появляются в ту самую минуту, когда перед каждым из людей возникает потребность в выборе. Разветвляясь и приумножаясь, такие потоки затем продолжают двигаться уже как бесчисленные независимые параллельные линии.

Егор попытался вставить слово, но начальник лаборатории жестом остановил его.

— Люди сами вершат свою историю, порой не задумываясь о причинах и следствиях. В одной реальности, чем-то похожей на твою собственную, известный всем император Наполеон был побежден и разбит. Но существуют и другие многочисленные миры, где он однажды стал победителем, завоевав всю Европу и Азию. Есть в общем потоке времени и такие вариантные Вселенные, где Бонапарт однажды остановил все свои войны, осознал свои тяжкие поступки перед человечеством, и стал отрекшимся от мира отшельником. Тем временем, в другом жгуте вероятностных миров, Наполеон вообще не родился, либо родился, но не стал военным, а сделался, к примеру, простым торговцем.

— Но я все же не понимаю, какова моя личная роль во всех этих событиях — наконец-то смог вставить и свое слово в разговоре Егор — Вы говорите сейчас о больших и гениальных личностях, которые и в самом деле вершили мировую историю. Но ведь я — всего лишь обычный служащий из провинциального российского городка. Неужели я, по-вашему, что-то реально могу изменить?

— В том-то и дело, что ты не совсем простой служащий. — Эонт Пан прищурился и погрозил Егору пальцем — Основные широкие рукава вариантных миров действительно создаются великими и значимыми людьми, но простые люди также вершат общую историю, пускай, и делают это не так ярко. Внутри тебя имеется некий инородный аномальный сгусток, который и делает тебя по-своему уникальным. Пускай ты не большая историческая фигура в своём отдельном хронологическом потоке, но, благодаря одной лишь этой маленькой детали, ты можешь повлиять на очень и очень многое. Более того, именно то, что ты являешься самым обыкновенным среднестатистическим служащим, живущим в небольшом городке, и имеющий вполне обычную семью, делает тебя исключительно ценной фигурой в данном конкретном случае.

— Ну, хорошо — всё ещё с некоторой тревогой в голосе спросил Егор — а вы уверены, что аномалия внутри меня больше не наделает никаких бед, и исчезнет сразу же, как только я добьюсь успеха в своем задании?

— Это не подлежит сомнению — принялся успокаивать его Эонт Пан — Как только ключевое событие будет запущено, возникнет устойчивый вероятностный канал, после чего частоты двух аномалий мгновенно схлопнутся. При этом все ранее искажённые миры придут в норму, и те тупиковые линии истории, которые ранее были заблокированы нами, продолжат дальше течь в своём привычном для них русле. Все люди, которых по разным причинам нам пришлось поместить в стазис, вновь займут исходные ниши в общечеловеческом потоке истории, также и твоя теперешняя личность вновь окажется в пределах своего первоначального хронологического потока, абсолютно ничего не зная о том, что вообще когда-то с тобой здесь происходило.

— Ну, хорошо — Егор, наконец, допил чай, и поставил чашку на стол — в чем тогда еще могут состоять мои трудности, когда я отправлюсь выполнить порученное мне задание?

Его всё еще смущало слишком большое количества странных и непонятных фактов, и поэтому он до сих пор немного нервничал. К примеру, было до конца не понятно, почему в такой огромной и серьезной структуре, как вся эта служба по контролю за временем, могла возникнуть сама вероятность какой-то нелепой аварии, повлёкшей за собой такие жуткие и невероятные последствия. Своими вопросами он тут же поделился с собеседником.

— Все дело в том, мой друг, что мы до конца не знаем окончательной природы Вселенского Времени, а также его первичного источника или причины самого его возникновения. Также мы не знаем другого великого множества вещей, которые знать нам очень бы хотелось. В силу определённых обстоятельств, а также из-за ограничения уровня нашего доступа, наши возможности во владении всей этой информацией крайне малы.

— Как это?! — Егор, в который уже раз за сегодняшний день испытал удивление, теперь уже по поводу такой неосведомленности здешнего персонала относительно конечной природы того, с чем они имеют дело каждую минуту своего рабочего времени — Вы, и вдруг не знаете, что такое «время»? Но тогда от кого именно к вам поступают указы и распоряжения?

Глава лаборатории ответил не сразу, словно мысленно прикидывая — стоит или нет заводить разговор в подобное русло. Он какое-то время потирал свой шершавый подбородок, бросая задумчивые взгляды то на Егора, то на колоссальную конструкцию из прозрачных этажей и перекрытий, просматривающуюся отсюда через огромное окно. Наконец он сказал:

— Насколько мне лично известно, секретный уровень доступа, даже среди самых главных сотрудников нашего отдела, составляет не более восемнадцати единиц. Если бы я и хотел, то при всём своем желании не смог бы рассказать тебе о том, «насколько глубока кроличья нора». Однако могу задать тебе встречный вопрос: как ты думаешь, сколько всего уровней доступа существует в рамках всего проекта?

Задав свой каверзный вопрос, Эонт Пан прищурился и загадочно посмотрел прямо в глаза Егору.

— Даже и не знаю… — пожал плечами тот в ответ, не зная что ответить. Неужели сто?