Последнее поколение - ЧБУ Страница 81

Она протянула вперёд тыльную сторону кисти, предлагая человеку перед ним чаевые. В замешательстве индиец замер, после чего достал из кармана старинный «Блэквью» и приложил телефон к руке Ани. У неё стояла автоматическая подача чаевых в местах, не из списка избранных, в пятьдесят долларов. Эти деньги передались на счёт индийца, и тот округлил глаза.

– Нет разрушил, – произнёс он, с интересом рассматривая Аню. – Человек, железо, одна нога.

– Нафарат Киплинг, – ответил мужчина в драной оранжевой рубашке, и все засмеялись.

– Одна нога. Разрушил статуй, бежать, напуганный. Не знать ничего, спасибо.

Индиец благодарно кивнул и сел за стол к двум старикам, которым на вид было за восемьдесят. По всей видимости, в этом кафе не подавали ничего кроме чая и сухих порошков, поэтому заведение уцелело и его не ограбили. Этот закоулок больше походил на место, где собираются друзья, чтобы поговорить.

– У нашего подозреваемого одна нога, – удивлённо заметил Лукас. – На видео этого не было видно. Не то чтобы это было очень полезно, но немного сужает поиск.

Следом Аня и Лукас направились в заведение по другую сторону мини-парка. Там находилась общественная баня «Кентавр», печатная вывеска на нескольких языках гласила, что здесь находится самый большой открытый бассейн юго-востока.

На входе со скучающим видом стоял индиец в потрёпанной форме охранника. В его внешности было сразу две отличительные черты: квадратная голова и гладко выбритое лицо. Это был первый мужчина без бороды, которого они встретили во всём Мумбаи. Несмотря на невысокий рост, у него было крепкое телосложение. Этот человек имел приличную работу и поэтому зарабатывал достаточно, чтобы хорошо питаться и поддерживать своё тело в тонусе.

На груди у него висел бейдж с именем: «Шехар».

– С оружием вход запрещён, – произнёс он приближающейся троице. Аня даже не поняла, как он смог рассмотреть кобуру под мышкой у Лукаса и на поясе под рубашкой у Яна. Она таким зрением не обладала. – По правилам, я должен забрать его, но если пообещаете мне, что не вытащите его, то пропущу.

– А вдруг мы террористы? – усмехнулся Ян. – Не боишься, что мы начнём стрелять в посетителей заведения?

– Местные не особо рады приезжим – слишком мало времени прошло с конца войны, поэтому ради вашей же безопасности оставьте оружие у себя. Но не вздумайте его доставать без дела и уж тем более направлять на кого-то: сделаете хуже сами себе.

– Всё равно мы не париться пришли, – ответил Лукас. – Мы ищем парня, который снёс статую в этом парке. Люди из кафе сказали, что у него была одна нога.

От слов Лукаса на лице охранника не дрогнула ни одна мышца.

– Какие-то вандалы. В один день статуя есть, а на следующий уже нет. А вы, собственно, кто? – спросил он. – Не похожи на полицейских.

– Мы ищем этого человека, – ответила Аня. – Нам кажется, он нас тоже ищет.

– Скажем так, мы поклонники Киплинга и хотим заставить этого парня заплатить за ремонт статуи, – ответил Лукас.

– Этот парень вам насолил, что ли? – спросил Шехар, глядя по очереди в лица каждому. – Уж не потомки ли вы этого поэта?

– Нет, это наш друг! – произнесла Аня. – Нам кажется, он снёс эту статую, чтобы мы его нашли!

На некоторое время повисло молчание, охранник словно раздумывал, стоит ли ему говорить.

– Друг, говорите? Хорошо, я вам поверю. Но только благодаря тебе, девочка.

Осмотревшись по сторонам, Шехар поманил их пальцем. После чего наклонился и тихо произнёс, словно их могли подслушать:

– Внутрь.

Как только они оказались в бане, им в нос дохнуло смесью дешёвого мыла и грязной одежды. Казалось, ни у одного жителя этой части города не было личного душа, поэтому мыться они приходили сюда. Сразу за дверями находилась приёмная и касса с баром, стояли четыре длинных дивана вокруг круглого стола. По большей части именно они источали неприятный запах. Там сейчас сидела компания индийцев в возрасте. Они играли сразу три партии в шахматы.

Оглянувшись назад, Аня увидела, что охранник не входит следом за ними. Он велел им входить, а сам остался снаружи.

– Что дальше? – спросила она.

– Думаете, он здесь? – спросил Ян. – Самый разыскиваемый в мире преступник?

– Очень на это надеюсь, – ответил Лукас.

Они направились к кассе, где стояла молодая индианка в клетчатой футболке на два размера больше. Волосы она завязывала в тугой пучок, но сейчас они были наполовину распущены, лицо у неё было бледным, а глаза заплаканными. Несмотря на раскисший вид, она продолжала стоять на кассе и делать ежедневную, рутинную работу: перекладывала из тележки в корзину тряпки, осматривала браслеты, которые выдавались посетителям, раскладывала по цветам расходники.

– Простите, – начал Лукас. – Вы в порядке?

– Тысяча рупий вход, – ответила она безжизненным голосом. – Полотенце восемьдесят, мыло сто двадцать. Баня ещё шестьсот.

– Мы ищем одного человека. Он испанец, средний рост, худощавый, щёки запавшие, скулы мощные.

– Рикардо и вам задолжал? Неудивительно, он от половины города скрывается. А ведь это даже не Рикардо. Никто не знает его настоящего имени…

– Вы его знаете?

– К сожалению, да. Двуличный тип и патологический врун. Возможно, прежде он был серийным убийцей и насильником, иначе зачем ему переезжать сюда и выдумывать новую личность. В любом случае вам его уже не достать. Его забрали парни Санкара, значит, Рикардо уже никто больше не увидит.

– Санкар? – спросил Ян. – Ты говоришь о Санкаре Кашьяпе?

– Ты его знаешь? – удивился Лукас.

– Знаменитая личность. Самый известный воротила в этой части света: наркотики, убийства, спонсирование индийского кинематографа. Заправляет всей индийской преступностью, самый крупный производитель синта, и, как маленький бонус, многие мировые террористические группировки управляются Санкаром. А ещё он дружил с Эдуардом.

– С моим отцом? – удивилась Аня. – Как мой отец мог дружить с таким плохим человеком?

– Не то чтобы дружил, – поправился Ян. – Скорее у них были партнёрские отношения. Эдуард платил ему, поскольку выполнять некоторые виды работ лучше на аутсорсе. В ответ Санкар вредил всем конкурентам Эдуарда. В теневом мире есть всего три-четыре человека такого же уровня, как Санкар Кашьяп. Все они невероятно богаты, хотя и не дотягивают по состоянию до верхушки тхари.

– И люди этого парня забрали Генри? – переспросил Лукас.

– Генри? – усмехнулась девушка. – Вот как его зовут. Мне больше нравилось Рикардо.

– Когда его забрали? И куда? Где он сейчас?

Девушка указала на дверь подсобного помещения. За ней находился толстый уборщик в таком подавленном настроении, что не мог вымолвить ни слова, он лишь плакал и смотрел на свои ноги. Вся его роба покрылась слюнями и соплями. На вопрос Лукаса, где они могут найти Генри, тот лишь протянул им телефон, на котором была включена карта города, на ней синим флажком было обозначено местоположение этого телефона, а далеко на востоке находился другой, красного цвета:

«Рикардо Гонсалес делится своим местоположением».

Красный флажок перемещался рывками в промышленной зоне по другую сторону залива Тханы. Выглядело так, будто хозяина этого телефона пока не поймали, поэтому он перебегает от здания к зданию, ищет безопасное убежище.

– Мы возьмём твой телефон, хорошо? – спросил Ян и, не дождавшись ответа, положил его в карман. Лукас побежал к выходу, Аня за ним.

От такого поворота у Ани голова пошла кругом. Она почти настигла члена группы «Гелеарте», и над ним снова нависла смертельная угроза. В прошлый раз Клаус Беккер расстался с жизнью при её вмешательстве. В этот раз, она надеялась, будет наоборот.

Бронированный внедорожник дожидался их возвращения на улице. Автоматическая система распознавания лиц в «Кадиллаке» опознала их и заблаговременно разблокировала двери, ручки выехали из гладкого корпуса. Лукас вскочил в машину первым, он инстинктивно сел на водительское сиденье и тут же начал оглядываться в поисках зажигания, но так и не нашёл.

– Машина, ручное управление, – с надеждой произнёс он, но ничего не произошло.

– Ручное управление включается пальцем, а не голосом, – произнёс Ян, пропуская перед собой Аню. – Сначала нажимаешь на кнопку переключения, а затем подтверждаешь.

Залив занимал в ширину почти