Роджер Желязны - Миры Роджера Желязны. Том 14 Страница 80

Я стал смотреть глубже. Племена хопи и пуэбло, родственные навахо, среди своих ритуалов имеют танцы дождя. Навахо не тратят больших усилий, чтобы управлять погодой таким способом. Вместо этого они приспосабливаются к дождю или засухе.

Приспособляемость. Именно это. Это стало темой моего романа. Предположим, задал я себе вопрос, я мог бы взять современного индейца и при помощи эффекта расширения времени, обусловленного движением в пространстве со скоростью света, показать его в добром здравии, скажем, через сто семьдесят лет? Здесь был бы перерыв в его истории на то время, пока он отсутствовал, период, в течение которого на Земле произошло бы множество изменений. Именно так пришла ко мне идея «Глаза Кота».

Однако идея — еще не научно-фантастический роман. Каким образом идею превратить в произведение?

Я спросил себя, почему он уходил так часто? Предположим, что он действительно был прекрасным следопытом и охотником? Я задумался. Таким образом он логически становился охотником за образцами внеземной жизни. Это звучало правдоподобно, и я это принял. Проблема злобных внеземных существ могла быть оправданием того, что мой герой вернулся из отставки, и служить основой конфликта.

Мне также хотелось бы иметь что-нибудь, дающее представление о его прошлом и традициях навахо, что-нибудь большее, чем его способности существования в дикой местности, что-нибудь, что могло бы рассказать о его внутренней жизни. Я взял из легенд навахо злого духа «чинди». Затем мне стало ясно, что этот злой дух может быть соотнесен с одним необычным созданием, которое он сам принес на Землю много лет назад.

Такова была идея в общих чертах. Хотя здесь нет всего сюжета целиком, это может показать, как повествование обретает форму, начинаясь с простого наблюдения и приводя к созданию героев и ситуаций. Маленький сегмент произведения мог возникнуть под действием «вдохновения»; остальное в значительной мере может быть достроено путем логических размышлений.

Это требует некоторой сноровки. Я твердо уверен, что мог бы написать один и тот же сюжет дюжиной различных способов: как комедию, как трагедию, как нечто среднее между ними; с точки зрения второстепенного персонажа, в первом лице, в третьем лице, в другом времени и так далее. Но я также уверен, что для настоящих фантастических романов существует лишь один предпочтительный способ воплощения. Я чувствую, что материал может диктовать форму. Точное следование этому представляет для меня наиболее трудную и важную часть процесса написания произведения. Это находится вне всяких навыков, в области эстетики.

Итак, я должен определить, какой подход мог бы наилучшим образом соответствовать тому впечатлению, которого я хотел бы достигнуть. Это, конечно, требует прояснения моих собственных ощущений.

Мой главный герой, Билли Сингер Черный Конь, хотя и родился в условиях, близких к первобытным, позднее получил высшее образование. Этого одного достаточно, чтобы создать внутри его некоторые конфликты. На его месте можно было бы отвергнуть свое прошлое или попытаться приспособиться к нему. Билл отверг очень много. Он был очень способным человеком, но он был побежден. Я решил дать ему возможность прийти к соглашению со всем в его жизни.

Я сказал, что это все задумывалось как роман о герое. Показ героя во всей сложности требовал какого-то действия. Его жизнь включала мифы, легенды, шаманство его народа, и так как подобный фон составляет неотъемлемый элемент характеристики героя, я попытался показать это, перемежая свое повествование пересказами различных отрывков из мифов навахо и других подходящих легенд. Я решил передать некоторые из них стихами, другие оставил в первозданном виде, третьи лишь отдаленно связаны с традицией. Я надеялся, что это придаст книге особый интерес и поможет лучше обрисовать героя.

Возникла проблема, как ввести фон будущего, поскольку я уже достаточно обременил повествование вставками фольклорного материала. Мне нужно было найти способ отделить и сократить эти вставки, поэтому я украл прием из трилогии Дос Пассоса. Я ввел разделы «Диск», аналогичные его «Новостям» и «Фотохронике», — несколько страниц, разбросанных там и сям, составленных из газетных заголовков, репортажей, отрывков из популярных песен, чтобы придать повествованию аромат времени.

Этот прием позволил ввести множество примет фона без замедления повествования, и его необычный формат почти наверняка был достаточно интересен визуально усиливая любопытство читателей.

Развитие сюжета потребовало введения полудюжины второстепенных героев — и ни одного такого, которого я мог бы ввести без подробного описания. Остановки для того, чтобы сделать полнокровный портрет каждого — скажем, путем длинных описаний, — могли оказаться смертельными для романа, однако они появлялись по мере необходимости. Таким образом, я рискнул нарушить главное правило писания. Почти в каждой книге о писательском ремесле вы можете прочитать: «Показывай. Не рассказывай». Это означает, что вы не просто рассказываете читателю, каков герой; вы показываете его, так как рассказ обычно отдаляет читателя и усиливает впечатление затянутости.

Я решил, что я не только расскажу читателям, что собой представляет каждый герой, я попытаюсь сделать это в интересной читателю манере. Такова была цель.

Если вы собираетесь нарушить правило, извлекайте из этого пользу. Нарушайте на полную катушку. Пользуйтесь этим. Превратите это в достоинство.

Я назвал разделы по имени каждого героя, поставил после имени запятую и написал одно длинное, сложное, описательное предложение, поместив его различные словосочетания и придаточные предложения на отдельные строки таким образом, что создавалась видимость стиха. Что касается моего раздела «Диск», я хотел сделать его достаточно интересным зрительно.

Следующая проблема в книге возникла, когда множество телепатов использовали свои способности для формирования составного мозга. Были причины, по которым я должен был показать этот мозг в действии. «Поминки по Финнегану» послужили мне хорошей моделью для потока сознания, который я хотел использовать для этого. В одном из романов Энтони Берджеса есть глава, которую можно было взять в качестве учебного пособия для творчества в этой манере. Я так и сделал.

Затем, чтобы достичь правдоподобия, я путешествовал по каньону Челли с гидом из племени навахо. Когда я писал кусок с действием, происходящим в каньоне, передо мной была карта, мои фотографии и археологические описания маршрута, по которому следовал Билл. Я надеялся, что такое использование реалистических деталей сможет уравновесить импрессионизм и ту радикальную технику изложения, которую я использовал в других частях романа.