Похититель реальности - Пол Энли Страница 78

Как и после Великой рецессии 2029 года, мировую повестку определяли глобальные корпорации, центробанки, нестабильные валюты, фундаменталистские религии и антинаучные движения.

Взрывной рост и устрашающий крах на финансовых рынках стали восприниматься как «норма жизни». Люди все активнее поддерживали плановую экономику и бесчисленные регламенты в надежде защититься от опасных «спекулянтов».

Девальвация валют превратилась в своего рода спорт, а глобальный долг взлетел до пятисот с лишним процентов мирового ВВП. Лидеры государств в своем безрассудстве сознательно выбирали инфляцию и гонку по обесцениванию валют вместо того, чтобы признать неплатежеспособность своих стран. Безудержная инфляция стала более удобным и скрытным способом имитации дефолта. Умные люди тратили куда больше, чем зарабатывали, прекрасно понимая, что их правительства считают потребительские долги «слишком большими, чтобы допустить крах».

С точки зрения Герхардта, недопустимым был лишь крах самого человечества. Он упрямо отказывался признавать поражение. Казалось абсурдным, что его команда не может найти технологическое решение. Куратор намекал, что единственная приемлемая стратегия – вывести человечество за пределы планеты. Текущая версия Альтурнуса не страдала от глобальных конфликтов, и добиться этого должно быть проще простого, верно?

Ничего подобного. Большая часть коренного виртуального населения Альтернуса 4.0, как и многие из не столь осведомленных кибридов-воплощенных, отвергали идею космической экспансии.

Герхардт провел опрос общественного мнения и выяснил, что большинство делилось на два лагеря: те, кто хотел остаться и навести на Альтернусе порядок вне зависимости от исхода, и тех, кто стремился уничтожить его в огне апокалипсиса, положив фееричный конец человеческому владычеству. Как ни странно, многие сравнивали выход человечества в космос с раковой опухолью для всей галактики.

Попытки урезонить народные массы ни к чему не привели. Жители Альтернуса, как всегда, цеплялись за свои невежественные мнения, будто те были столь же весомы, что и подкрепленные фактами выводы экспертов и представителей власти. Простых обывателей трудно убедить в том, чего они не усвоили в подростковом возрасте. Оказалось, их почти невозможно отучить от ошибочных взглядов, впитанных в юные годы. Как и на древней Земле, многие гордились своим коллективным невежеством.

Несмотря на свежий воздух, на подходе к Вайллант-Арене Герхардт чувствовал себя подавленным. Даже в этот ранний час десятки любителей коньков наслаждались открытыми катками с искусственным льдом. Он остановился, чтобы понаблюдать за ними и на время отвлечься от забот крупного финансиста. Потом, дрожа от холода, поднял воротник и прошел последние пятьсот метров до Конгресс-центра.

– А, вот и ты наконец! – воскликнула Мэри, когда Герхардт переступил порог и отряхнул снег с обуви. Ее голос отдался эхом в полупустом вестибюле. – Утренние заседания уже начались. В конференц-зале наверху есть горячий кофе и выпечка.

Сегодня она выглядела необычайно профессионально, сменив обычный пирсинг и готский наряд на строгий деловой костюм. Герхардт отдал пальто и шарф гардеробщику и последовал за Мэри в Женевский cалон.

В этом году Всемирный экономический форум казался на удивление сдержанным. В нем уже не было того ажиотажа, гомона и задора, как в предыдущие годы. Ни назойливых вспышек, ни суетливых журналистов, ни привычной суматохи.

На двенадцатом году Великой рецессии, с каждым безнадежным проектом по выводу экономики из застоя интерес к Форуму угасал. Не помогал и тот факт, что многие крупные банкиры, экономисты и знаменитости решили остаться дома после прошлогодних угроз терактов.

Вся остальная группа уже сидела за столом в конференц-зале. Герхардт кивнул Лейше и Кивэю, а затем подошел поздороваться к Дарье. Та ухватила его за локоть и отвела к нескольким незнакомцам, сидевшим по одну сторону стола.

– Герхардт, хочу познакомить тебя с новыми членами нашего комитета.

Дарья поочередно представила ему министров финансов, госсекретарей, послов и министров иностранных дел из развитых стран мира.

– Все они из экстрамира, как и мы сами, так что о нашем бедламе можем говорить совершенно открыто.

В предыдущих версиях интрамира Герхардту уже доводилось иметь дело с частниками большинства присутствующих, но сейчас он впервые встретил их в качестве воплощенных персонажей – виртуальных личностей с искусственным интеллектом, которыми управляли реальные кибриды из экстрамира.

На этот раз ключевые финансовые силы представлены не хуже политических.

Лейша возглавляла объединенный Всемирный банк/Международный валютный фонд. Кивэй представлял Азиатский банк инфраструктурных инвестиций. Герхардт, согласно недавним договоренностям о мерах сотрудничества, выступал от имени Европейского центрального банка и Федерального резервного банка США. Мэри представляла Банк Японии и Народный банк Китая.

Дарья играла роль независимой стороны. Будучи ценным и влиятельным консультантом многих правительств и неправительственных организаций, она избегала слишком тесной связи с какой-либо одной структурой. А возможно, все наоборот, и ее ценность как консультанта как раз и проистекала из нежелания вставать ни чью-либо сторону. Поговаривали, что к ней прислушиваются Папа Римский и Верховный Аятолла. Хотя сами они бы в этом никогда не признались.

Прежде чем занять место, Герхардт налил себе кофе и взял вишневую слойку. Служащий закрыл двери, и группа снова начала работу по спасению виртуального мира и его населения.

Глава 39

– Альтернус на грани катастрофы, – начала Дарья. – Очень скоро ситуация примет крайне скверный оборот. Все признаки налицо. Мы все их видим, именно они не дают нам уснуть по ночам: бесконтрольные долги, торговые конфликты, устойчиво высокий уровень безработицы, прокси-войны, экономическая стагнация, расизм, бунты, терроризм – и это только верхушка айсберга.

Если рассматривать эти события по отдельности, то у каждого есть собственные причины и предпосылки. Но пора взглянуть на картину в целом. Все связано одной общей проблемой – недостатком глобального роста.

Без надлежащего роста мы не можем обеспечить людей возможностями – возможностями для самовыражения, вклада в общее дело или реализации. Основные последствия имеют экономический характер: безработица, торговые и валютные войны. Второстепенные: национализм, расизм и фундаментализм. Но суть проблемы сводится к тому, что наши финансово-экономические системы нежизнеспособны без устойчивого роста.

– Все мы знаем, что рост хорошо влияет на экономику, но почему он так важен для наших финансовых систем? – спросил канадский министр финансов Тауб, один из новых членов группы. – Да, при меньшем росте финансовые потоки замедлятся, но ведь деньги никуда не исчезнут?

Дарья обдумала вопрос.

– Все не так просто. Большинство людей не понимают, что деньги – это, по сути, тот же долг. Правительства создают деньги, выпуская облигации, а банки – выдавая кредиты; и то, и другое – разновидность