Луис Ламур - Чертова гора Страница 69

— А кто он такой?

— Электронщик, в свое время работавший и на ФБР и на ЦРУ. Ему также приходилось работать консультантом при различных комитетах, в сенате, и все американские газетчики прекрасно знают, кто он такой. И они уже интересуются, задают вопросы…

Волкмейер провел своими узловатыми пальцами по редеющим волосам.

— Я лично не был знаком с ним. Но слышал о нем от других.

— Знаешь, Волк, газетчики ведь всерьез заинтересуются этой историей, постараются заполучить ответы на свои вопросы. Тот пожар в кафе — первое звено в цепи загадочных совпадений, и они переберут пепелище по угольку. Будут расспрашивать меня и тебя тоже.

— Меня? Но ведь я ничего не знаю…

— А они так не считают. Тем более что я оставил список мест и людей на тот случай, если со мной вдруг что-нибудь случится.

Волкмейер судорожно сглотнул. Было заметно, как над воротником его рубахи задергался кадык. Он посмотрел на синеющие вдали горы.

— Надеюсь, что его все-таки отыщут.

— Это будет совсем не просто, Волк. Поэтому газетчики будут хвататься за любую возможность, что-нибудь узнать, станут расспрашивать всех подряд. Видишь ли, Волк, у них есть время на поиски. Если вдруг в общей картине выявится какое-то несоответствие, они станут докапываться до истины и в конце концов придут к разгадке. Возможно, примутся перепроверять записки об участках под рудники, сведения об уплате налогов и прочие документы.

— Наверное, ты прав. Мне такое просто не приходило в голову. — Он на несколько секунд задумался. — Просто когда выбираешься на проторенную дорожку, все кажется само собой разумеющимся.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я? Ровным счетом ничего. Просто размышляю о том, что здесь происходит.

— Тогда не переступай черту, Волк, не убедившись для начала, что ты и в самом деле готов пройти по этому пути. — Майк, обернувшись, посмотрел на старика. — Я иду туда, чтобы выручить друга, вот и все. И прекрасно знаю, что там меня ожидают немалые трудности. Если ты отправишься вместе со мной, то трудности — единственное, что я с уверенностью могу тебе обещать.

— Допустим, я и сам об этом догадываюсь. — Волкмейер смерил Раглана своим колючим взглядом. — Ты-то сам хоть знаешь, на что идешь?

Майк промолчал. Действительно, что он здесь делает? Единственный пока еще возможный для него выход — это убраться отсюда поскорее, уехать куда-нибудь подальше. И самое странное — он отважился на это ради человека, которого никогда не считал близким другом. Однако этот человек молил его о помощи…

Но много ли знает пожарный о тех, кого ему приходится спасать из огня? Или случайный прохожий, бросившийся на помощь тонущему человеку? Каждый делает все, что в его силах. И вот сейчас, руководствуясь подобными принципами, он оказался в крайне сложной ситуации и, возможно даже, умрет страшной смертью, хотя мог бы убраться подальше от этих мест и подыскать себе более приятное занятие.

Майк в сердцах выругался. Волкмейер глянул в его сторону:

— Что, страшно стало?

— Да мне было страшно с самого начала! И как только человек может вляпаться в такую историю? Я же не святой… Я обычный, в меру эгоистичный человек, который до сих пор пытался хоть как-то устроиться в этой жизни.

— Я тоже такой, — кивнул Волкмейер. — Мне надоело пасти чужих коров, зарабатывать своим горбом деньги, которые потом уходили в чужой карман. Хотел заиметь что-нибудь свое.

— Теперь у тебя есть все, но твое ли оно? Хотя никто вроде бы не собирается чинить тебе исков.

Волкмейер снял шляпу и протер своей грубой ладонью пришитую изнутри ленту.

— Я видел, как здесь строили дамбу. Видел, как хлынула вода, заполняя каньоны, по которым я, бывало, проезжал верхом. И видел, как уходили под воду древние руины, кивы. Это был знак судьбы, благословение свыше, вот что я тебе скажу.

Майк Раглан направился к своей машине. Ему надоело слушать болтовню старика. Он принял решение и не желал медлить. Возможно, он и так уже опоздал.

Обернувшись, он увидел, что Волкмейер стоит на том же месте.

— Я хочу, чтобы ты хорошенько уяснил себе одну простую вещь, Волк. Я отправляюсь туда и рассчитываю вернуться обратно вместе с Эриком Хокартом. И тем, кто вздумает встать у меня на пути, не поздоровится. Запомни же мои слова: всякому, кем бы он ни был!

Глава 29

Майк Раглан вошел в хижину на вершине горы и сразу же увидел широкий балахон, лежавший на его спальном мешке. Рядом с балахоном валялся старый засаленный тюрбан, похожий на тот, какой был у Таззока. Присев на складной стул, он развернул карту, нарисованную на куске холста.

Возможно, Майк не был трусом. Но на сей раз он испугался не на шутку. За годы странствий он не раз попадал в опасные ситуации. И вдоволь побродил по свету — заходил в древние монастыри, в которых, как считалось, обитала нечистая сила, исследовал катакомбы, где хоронили покойников, но он всегда отчетливо представлял, с чем ему пришлось столкнуться. А вот сейчас Майк имел на этот счет лишь самые смутные представления. Он внимательно разглядывал карту, которую давным-давно подарил ему старый ковбой из Флагстаффа, — тот когда-то срисовал ее с карты, вытисненной на золотой пластине. А проход на Обратную Сторону, которым ходил старик, был теперь скрыт под водой. Но теперь Майку стал известен еще один — находившийся к западу отсюда. Проход тот обнаружил Джонни, разъезжавший в поисках отбившихся от стада животных.

В самом центре карты возвышалась Ничейная гора, вычерченная с особой тщательностью. В прежние времена можно было запросто переправиться через реку, но теперь перебираться на другой берег приходилось в объезд. После того как выстроили дамбу, вода поднялась вверх по каньону и река стала значительно глубже. Ему предстояло переправляться через реку, а через киву идти нельзя. Во всяком случае, ему было сказано, что этот ход ведет прямиком в западню. Хотя с другой стороны, Шеф проходил сквозь ту нишу и вернулся обратно целым и невредимым.

Ладно, он попробует через Яму. Там тоже есть ход, и, если ему повезет, он отыщет то место.

Что случилось с Каваси? Последнее время Майк все чаще вспоминал о ней. Он считал ее воплощением одиночества. И постоянно видел перед собой ее огромные темные глаза, мягкие губы…

О чем, черт возьми, он думает? Не время думать о девочках. Сейчас его главная задача — благополучно перейти на Обратную Сторону, остаться при этом в живых, затем отыскать Чертоги Архивов и, пробравшись по ним, найти дорогу в другие помещения.

«Ты идиот, Раглан, — мысленно твердил он себе, — ты форменный идиот. Пока еще не поздно, вернись в Дюранго, садись в самолет и выбирайся отсюда. К дьяволу все это!»