Владимир Губарев - Гея: Альманах научной фантастики Страница 68

Кроу глянул вверх, хотел сказать, что звезд сегодня почти не видно, но вместо этого поинтересовался:

— А вам уже приходилось бывать в здешних краях?

— Да… — Карлсон скрестил руки на груди и о чем-то задумался.

— Именно тут, на Риу-Негру? — попробовал уточнить Кроу.

— Да… В других местах тоже… И ужасно жаль, — он испытующе взглянул на Кроу, — жаль, что эта девственная сказочность стремительно исчезает под напором нынешней предприимчивости. Нет, «жаль» не то слово… Уничтожение тропических лесов — преступление, мистер Кроу, преступление перед человечеством. Особенно тут, в Амазонии. Эти леса — «легкие» Земли.

— Людям нужны места, где жить, — заметил с улыбкой Кроу, — нужны пахотные земли, чтобы выращивать хлеб, а всему человечеству нужна древесина, целлюлоза… Людей на Земле, если не ошибаюсь, уже более пяти миллиардов.

— Да-да, конечно… Но во-первых, не следует рубить сук, на котором сидишь, а во-вторых, выруб амазонской сельвы не приносит ожидаемых благ. Почвы на месте вырубленной и выжженной сельвы очень быстро теряют плодородие и не дают ожидаемых урожаев. Фермеры, осевшие на таких землях, быстро разоряются и бегут отсюда. В близкой перспективе, после того как будут вырублены здешние леса, сюда придет пустыня.

— Ну, не думаю, что дело обстоит столь трагично, — попробовал возразить Кроу. — Люди же и позаботятся, чтобы эти земли не оскудели.

— А люди ничего не смогут сделать. Это не в их силах… На опустыненной территории сельву не возродить. Тут сейчас совершается трагическая ошибка. Одна из многих, сделанных в двадцатом веке. Не исключено — самая трагическая…

— Не понимаю, — нахмурился Кроу.

— Ну, почему же? Это так просто. Таких лесов больше нет нигде. Не забывайте, мистер Кроу, от пояса тропических лесов ныне на Земле едва ли сохранилась одна треть… Две трети уже уничтожены безвозвратно, главным образом за минувшие сто — сто пятьдесят лет. В последние десятилетия темпы сведения лесов угрожающе растут. Если так будет продолжаться дальше, уже в начале следующего века лесов на Земле не останется. Поступление кислорода в атмосферу резко сократится, а наша промышленность и особенно транспорт потребляют его все больше и больше. В крупных городах кислорода уже не хватает для дыхания людей. Впрочем, недостаток кислорода еще не самое страшное. Прежде чем люди и животные начнут задыхаться от недостатка кислорода, в атмосфере резко возрастет количество углекислого газа. Когда вы выжигаете сельву, углерод, содержащийся в растительных тканях, превращается в углекислый газ, а он главным образом поступает в атмосферу. Когда же на место уничтоженных лесов придет пустыня, в углекислый газ превратятся и органические вещества почв, ибо при опустынивании почвы разрушаются. Так вот, углекислоты, которая перейдет в атмосферу за счет сведения тропических лесов и разрушения тропических почв, будет вполне достаточно, чтобы средняя температура на Земле поднялась на три — три с половиной градуса из-за парникового эффекта. Слыхали о таком?

— Слышал что-то… — Кроу пожал плечами.

— Углекислота в атмосфере играет роль стекла или полиэтиленовой пленки в парниках: пропускает извне солнечное тепло, а обратно от земли тепла не пропускает. Чем больше в воздухе углекислоты, тем сильнее парниковый эффект — то есть тем выше среднегодовая температура, тем теплее климат. Повышение температуры, о котором я говорю, неминуемо приведет к таянию полярных льдов. За последнее десятилетие оно уже усилилось. Все более крупные айсберги отделяются от льдов Антарктиды и уплывают в океаны, где постепенно тают. Сокращение полярных льдов даже на одну треть повысит уровень Мирового океана на десять — двенадцать метров. Представляете? Это будет означать еще один потоп — второй после библейского и не менее серьезный по последствиям, ведь в зоне затопления окажется большинство крупнейших городов и даже целые страны. Придется переселять миллиарды людей, а цивилизации в целом будет причинен урон труднопоправимый…

— Хотите сказать, что я могу оказаться в числе виновников такого потопа? — засмеялся Кроу.

— А вы уже в их числе, — без улыбки ответил Карлсон. — Мы сегодня пролетали над вашей концессией на том берегу. Вы оголили огромную территорию. Сверху страшно смотреть. И на юго-востоке уже началось разрушение почв.

— Там начинал еще мой отец. — Кроу небрежно махнул рукой. — Я слышал — там плохие почвы.

— Почвы тут везде плохие, — Карлсон сделал ударение на последнем слове, — плохие — если уничтожить сельву.

— Я не совсем понимаю, господин Карлсон, — Кроу нахмурился. — Зачем вам понадобилось читать мне эту… лекцию?

— Я это делаю всюду, где встречаю людей, от которых зависит судьба здешних лесов, — спокойно сказал Карлсон. — Такова моя обязанность, как эколога и представителя ЮНЕСКО.

— Извините, но тут вы находитесь на моей земле, — Кроу с трудом сдерживал нарастающее возмущение.

— Ну, не совсем, — Карлсон миролюбиво усмехнулся, — однако я думаю, нам не стоит дальше продолжать этот разговор. Уже поздно, и к тому же я ваш гость…

— Хорошо… Мы можем продолжить его завтра, — Кроу закусил губы. — А сейчас объясните все-таки, что значит «не совсем»? Как это понимать? Не совсем моя земля?

Карлсон с любопытством взглянул на своего собеседника. Прежде чем отвечать, он вынул изо рта сигару и приготовился стряхнуть пепел в воду, но в этот момент совсем близко за бортом катера раздался громкий смех, и в темноте послышался хриплый голос Хьюго:

— Эй, Арчи, не заводись, я же предупреждал тебя… Доктор Карлсон, вы не обращайте внимания. У Арчи больные нервы… От здешней духоты… Я надеюсь, доктор Карлсон, вы не сказали Арчи про журналиста?

— Нет, — покачал головой Карлсон.

— Ну вот и прекрасно, а то бы он совсем расстроился…

— Что еще за журналист? — Кроу бросил подозрительный взгляд на Карлсона, но, прежде чем тот успел ответить, снова отвернулся. — Эй, Хьюго, где ты там? Какой журналист?

— Завтра, завтра, — донеслось издали, — спокойной ночи, Арчи.

— Нет, я хочу знать сегодня! Вернись, Хьюго! Послышался смех, треск веток под тяжелыми шагами, потом голос Хьюго откуда-то из чащи прибрежных кустарников:

— Арчи, я пьян… Боюсь свалиться в воду… Ты ведь не хочешь, чтобы я утонул? Доктор Карлсон все знает про этого паршивого журналиста… А если коротко: он тоже ищет зеленых дьяволов и тебя… И всем, кого встречает, рассказывает, что ты дерьмо и хочешь присвоить чужую землю… Но ведь это совсем не так, Арчи… Всем известно, кто ты есть… И доктору Карлсону тоже… Спокойной ночи, джентльмены.