Кристин Раш - Мастер возвращений (сборник) Страница 66

Я впиваюсь зубами в нижнюю губу, подавляя стихийный протест. Рано. Сегодня первое совещание, которое Карл собрал в качестве командира.

Карл знакомит команду с нашими открытиями, используя несколько впечатляющих графиков, схем и диаграмм, над которыми он, очевидно, успел потрудиться до совещания. И только потом обращается к моему отцу:

— Что вы об этом думаете?

Мой отец становится перед дисплеями, сложив руки за спиной, как профессор, оценивающий работу студента. У меня такое чувство, будто он наслаждается всеобщим вниманием, черпая из него энергию.

— Ваши тревоги беспочвенны, — объявляет он наконец, адресуясь исключительно к Карлу, словно остальных здесь вообще нет. — Я уже видел это раньше.

Я по-прежнему остаюсь в глубине салона. Одетт скрещивает руки на груди. Карл, очевидно заинтригованный, склоняет набок голову.

— Каждый раз, когда я появляюсь здесь, станция увеличивается в размерах.

Отец не делает паузы, хотя и следовало бы. Эта фраза явно посылает волновую рябь в ряды собравшихся и приковывает к нему внимание, которого он, вероятно, и добивался.

— Мы думаем, она запрограммирована на создание новых блоков и поэтому те, что предназначены для обитания, Находятся не в середине, а во внешних слоях.

Объяснение довольно правдоподобное, и никто не требует у него доказательств. А вот я бы потребовала. Мой отец не ученый и не подтверждает сказанное статистическими данными или результатами экспериментов. Одни наблюдения и предположения.

— Значит, это нормальное явление, — констатирует Брайя с облегчением.

— В этом месте нет ничего нормального, — категорично заявляет отец.

— Но как мы проверим теорию роста? — спрашивает Дженнифер, устремляя на меня наивно-недоуменный взгляд. Однако я уже успела ее узнать. Наивность и Дженнифер — вещи диаметрально противоположные. Нанимала ее я, и теперь она раздосадована тем, что я отошла на второй план. Вот и взывает к подлинному командиру.

Я рада ее вмешательству.

— Мы проверяем все теории. Поэтому лучше не спешить. Чем больше мы узнаем перед походом в Комнату, тем безопаснее для нас окажется этот визит.

— Ты действительно считаешь, что мы узнаем что-то новое о Комнате? — спрашивает Давида. Она сидит на диване рядом с Дженнифер и Родериком. Они удивленно пялятся на нее.

— Но зачем было отправляться в экспедицию, если не для того, чтобы открыть что-то новое? — спрашивает Родерик.

— Дело в том, что эта штука существует веками и никто ничего о ней не знает, — напоминает Давида. — И от этого мне становится не по себе.

— Кое-что мы все-таки знаем, — возражает отец и пускается в разглагольствования на тему истории Комнаты. Он, похоже, не замечает, что говорит в основном о гипотезах и теоретических выкладках. Зато замечают остальные. И это их коробит. Он так старался привлечь их внимание, и все пошло прахом.

Карлу не сразу удается заткнуть моего отца. Но все же удается. Потом он смотрит на меня с таким видом, словно бестактность и самолюбование отца — моя вина.

Я отвечаю полуулыбкой и пожатием плеч.

Карл просит отца сесть и объявляет расписание погружений на следующий день. Брайя пилотирует скип с группой из четырех человек (чтобы нашим людям не приходилось предпринимать свободные полеты для исследования дальних частей станции), а Давида, Дженнифер и Микк поднимаются на верхние уровни. К вечеру им обещано новое задание.

Команда оживленно переговаривается. Но на этот раз не по причине бесконечного пустословия моего отца. А потому что они взволнованы.

Потому что они готовы.

Готовы мы все.

Следующие три недели мы обследуем станцию, составляем детальные карты, обшариваем новые и старые места обитания и делимся друг с другом маленькими открытиями.

По вечерам мы встречаемся в салоне и просматриваем материалы дневных погружений. Дайверы отчитываются, остальные задают вопросы.

Мы успели кое-что узнать: встроенная мебель одна и та же во всех жилых отсеках, хотя в «новой» секции, как любит называть ее Карл, она не выщерблена, не потерта и не поцарапана.

Новые секции содержат и другие вещи: пульты дистанционного управления развлекательным оборудованием, которое никак не удается запустить, хотя оно еще может заработать, если мы сумеем найти способ дать энергию всей станции, как утверждает отец. По его предположению, программирование развлечений должно исходить от поврежденной центральной части.

Мне не нравится, что отец торчит по вечерам в салоне. У него ненаучный склад ума, и он склонен к гипотезам. По мне, так хуже ничего быть не может. Карл находит это забавным, но он умеет отделить гипотезы от фактов.

А вот наши молодые дайверы вряд ли на это способны. Хотя они и считают моего отца пустословом, все же он им нравится. А может, кое-кто им даже восхищается.

Я ни у кого не спрашиваю мнения о нем. Впрочем, вряд ли мне скажут правду. Всем известно, что он мой отец и что отношения между нами не самые лучшие.

И действительно: посторонние говорят с ним чаще, чем родная дочь.

Включая Райю, которая ежедневно жалуется, что мы тратим ее время и деньги. С момента прибытия на базу она требует, чтобы мы отправились в Комнату, и не желает ничего слушать. К счастью, теперь вместо меня командует Карл. Ему и приходится беседовать с ней. Напоминать, что наш девиз — осторожность и, если даже мы не вызволим ее отца в этом путешествии, собранная нами информация может помочь нам найти его в следующий раз.

Как-то вечером она подходит ко мне с обычными претензиями. Но я отмахиваюсь от нее.

— Вы дали мне столько времени, сколько понадобится, — цежу я сквозь зубы.

— Да. Именно вам. Не ему.

— А я передала ему бразды правления, пока мы здесь. Я ему доверяю.

Она окидывает меня злобным взглядом.

— Надеюсь, это доверие оправдается!

Пока я ни о чем не жалею. Я одобряю метод Карла раздавать задания: он всегда сообразуется с опытом и интересами членов команды. Скоро становится ясным, кому нравится пробираться по заваленным обломками жилым отсекам, а кто предпочитает поспешную прогулку по чистым и нетронутым окраинам станции. Он также подмечает, кто из пилотов лучше всего маневрирует в тесном пространстве, а кто наиболее наблюдателен. И он не забывает о Комнате.

Раз в неделю мы с ним обходим ее. В первый раз — наносим на карту. Во второй — делаем то же самое, чтобы проверить, не увеличилась ли она в размерах. В третий — просто наблюдаем. С тех пор как мы здесь, станция не растет. И пока мы не нашли никаких изменений в Комнате, хотя в первый раз я с удивлением заметила, что она со всех сторон закрыта.