Билл Болдуин - Легион Кэнби Страница 63

— Ну? — наконец не выдержал Ренальдо, злобно уставившись туда, где в паре метров от него сидел Лотембер.

— Э-э… мой господин?

— Я так часто видел этих кирскианских пиратов, что некоторые стали мне знакомы, — проворчал Ренальдо. — Что случилось с эскадрой, которую вы должны были за ними отправить? Насколько я помню, вы обещали уничтожить кирскианцев всех до единого.

— Я, э-э… — смущенно промямлил Лотембер.

— Что?

Наконец ум Лотембера ожил. Что же делать? Ну конечно! Сбить с толку, пока не появится время придумать что-нибудь получше. Обычно это не подводило.

— Как вы, разумеется, знаете, мой господи, — начал Лотембер, лихорадочно подыскивая лазейку, в которой можно было укрыться, — после нашего последнего разговора Флот захватил еще три пиратские банды и…

— Снова сопляков! — страшным голосом прорычал Ренальдо. — Все три мелкие сошки. Я хочу знать, что вы сделали в связи с кирскианскими пиратами. Вы ведь их помните?

Лотембер стиснул зубы — такой подход почти не давал времени.

— О да, конечно, ваша милость. Разумеется, помню — Чудесно, — ядовитым тоном бросил Ренальдо. — Тогда я повторю вопрос ради капитана Воландера. Почему вы не уничтожили их, как мне обещали?

— Э-э… я сделал то, что в моих силах, мой господин, — сказал министр, почти в панике ища новый курс действий. Что угодно, лишь бы отвлечь двух этих злодеев, которые подвергали опасности занятую им удобную позицию!

— Не очень-то много, Лотембер, — буркнул Воландер. — Они ограбили мой корабль, представьте — забрали все. Приковать меня к переборке!

— Да, мой господин, — повторил Лотембер — Надо же — приковать вас — Я уверен, капитан Воландер ценит то, как вы умеете повторять, словно попугай, Лотембер, — выпалил Ренальдо. — Но прежде всего он и я хотим знать, что вы предприняли.

— Вообще-то, — вмешался к величайшему облегчению Лотембера Воландер, совершенно очевидно, что мы уже получили ответ на этот вопрос. По-моему, на самом деле нам хочется узнать, что министр Лотембер собирается делать с пиратами сейчас. Я прав, мой добрый граф?

Ренальдо ненадолго задумался.

— Вы правы, капитан, — наконец согласился он. Пока граф говорил, у Лотембера прямо-таки отлегло от сердца. При такой постановке вопроса мог выпутаться даже самый бестолковый политик Империи.

— Ладно, Лотембер, — рявкнул граф. — Что вы намерены делать с этими проклятыми кирскианскими пиратами сейчас?

Поднявшись и глядя на двух сердитых гостей, министр едва не замурлыкал. Молодой капитан, несомненно, обладал настоящей властью, поэтому…

— Мои господа, — начал Лотембер вкрадчивым уверенным голосом, к которому прибегал в беседе с очень важными посетителями, — я уже составил планы на случай подобных происшествий.

Деланно нахмурившись, министр обратился к Ренальдо — Даже когда я отправлял последнюю эскадру с числом кораблей втрое больше необходимого для такого простого задания, я питал серьезные сомнения относительно способностей кораблей и офицеров.

— Вот как? — спросил Воландер.

— О да, ваша милость, — заверил его Лотембер, прибегая к своей самой выигрышной позе. — По сути, состав нашего Флота тревожил меня с того момента, когда я занял пост министра. Слишком многие офицеры и рядовые ветераны прошлой войны Какую пользу могут принести старики современному Флоту? Ответ вам известен, мои господа.

— Но как же опыт? — осторожно спросил Воландер — Ведь он кое-что значит Лотембер фыркнул.

— Ваша милость, сейчас Флот крайне нуждается в свежих молодых экипажах, способных действовать и реагировать с молниеносной скоростью.

Заметив на губах молодого человека одобрительную улыбку, министр энергично передернул плечами.

— Опыт можно легко передать во время учебных ситуаций, зато у молодых не затуплен ум, как у большинства безнадежно отсталых ветеранов.

— Ей-богу, — воскликнул Воландер, — это впечатляет, Лотембер! Если подумать, в нашей «Белой звезде» очень мало молодых офицеров и рядовых. Он нахмурился. — Боюсь, это дает о себе знать. Если присмотреться, наша линия довольно старомодна.

С этими словами капитан глубокомысленно кивнул — как будто приходил к какому-то сложному умозаключению.

— Лотембер, — произнес Воландер, протягивая ладонь, чтобы похлопать ею по руке министра, — я думаю, вы к чему-то клоните. Надо полагать, у вас есть план, как исправить положение.

— У меня действительно есть план, ваша милость, — ответил тот, глядя на Ренальдо, который, казалось, чувствовал себя более непринужденно, чем пару минут назад. — Вот уже несколько недель я разрабатываю план по очистке Флота от древнего сухостоя, заменяя эту человеческую требуху молодыми людьми, получившими современное образование. Я особо сосредоточусь на заполнении офицерского состава отпрысками лучших семей Империи — так сказать, сливками общества самыми образованными, здоровыми и надежными. Когда я закончу, старый Флот засверкает юностью и энергией. А вскоре после этого кирскианские пираты исчезнут. Что может быть проще?

К тому времени Лотембер уже с трудом сдерживал улыбку удовлетворения, а красивое лицо Воландера выражало полную покорность.

— Ей-богу, Ренальдо, — воскликнул он, поворачиваясь к графу, — сразу видно, почему вы поддержали этого парня на выборах в министры Флота. Мои поздравления, дружище! Я непременно передам это отцу.

Граф привстал со своего неудобного места и поклонился — или по крайней мере попытался сделать это, несмотря на свой огромный живот.

— Ах, капитан, — елейным голосом проговорил Ренальдо, — моя заслуга вовсе не велика. Министра Лотембера было легко выбрать, поскольку он на голову возвышался над своими, так сказать, современниками…

Утонченный, но от этого не менее бессмысленный обмен любезностями продолжался лишь несколько минут — Воландер взглянул на часы.

— Ну что ж, господа, — произнес он, — я бы с удовольствием продолжил нашу дискуссию, однако служба зовет, как говорят у нас в «Белой звезде». Воландер торжественно пожал руку Ренальдо, а затем обернулся к Лотемберу и с чувством проговорил:

— Министр, вы поделились со мной своими взглядами, и я ценю это. Возможно, я наилучшим образом выражу свою благодарность — и восхищение попыткой осуществить ваш план на практике в «Белой звезде».

Лотембер склонился так низко, что едва не потерял равновесие.

— Мой господин, — прошептал он, придавая голосу едва заметную дрожь, вы оказали мне чрезвычайную честь.

После еще нескольких цветистых фраз молодой граф, он же капитан, ушел. Улыбаясь, Лотембер повернулся к своему тучному покровителю и приготовился к похвале, для которой так богато удобрил почву. Вместо этого…