Журнал «Если» - «Если», 2011 № 10 Страница 62

— Да, сэр, — сказал Тейлор. — Пилот грузовика открывает для вас люк.

Мистер Смит взглянул на потолок.

— Верхний иллюминатор заблокирован. Не вижу цели.

— Все в порядке, — отозвался мистер Тейлор. — Вам не нужно нацеливаться и пристыковываться. Грузовик выровняет скорость и примет вас в свой отсек.

— Он достаточно велик для этого?

— Да, сэр, — улыбнулся мистер Тейлор. — Это заправщик.

На экране компьютера я увидел изгиб лунного горизонта под нами.

— Смотрите, месяц Земли! — в возбуждении выкрикнул я. Смит не обратил на меня внимания. По крайней мере, я мог подтвердить, что эта часть имитации была верной. Луна, которую я видел прошлой ночью, как раз шла на убыль, а Земля и Луна всегда в противоположных фазах. И я подумал: увижу ли когда-нибудь Землю с Луны в действительности? Я надеялся, что увижу.

Когда корабль вышел по дуге к обратной стороне Луны, Земля исчезла за горизонтом. По изъеденной кратерами поверхности внизу побежали длинные тени восхода.

— Есть захват, — объявил Тейлор. Имитация закончилась.

— Теперь связь прервется? — спросил Смит.

— Нет, сэр, благодаря спутниковым ретрансляторам на лунной орбите связь практически беспрерывна.

У старика поднялись брови, хотя Тейлор и не мог его видеть.

— Но свету все также требуется 1,3 секунды на путь от Луны до нас и соответственно 2,6 секунды на путь туда и обратно. Однако благодаря вашей помощи мы запрограммируем компьютер так, чтобы справиться с большинством проблем.

— Да, — согласился Смит.

— Прогоним еще раз с отказами?

— Да, это было бы весьма полезно, — кивнул Тейлор. — Но сначала давайте сделаем перерыв и посмотрим, какие вопросы к вам появились у пилота и группы управления полетом.

Доктор Уинклер помог Смиту добраться до диванчика у стены кабинета, присел рядышком и я. Даже не знаю, кто из нас был более потрясен.

— Теперь я могу позвонить жене? — опять взялся за свое мистер Смит. — Она наверняка волнуется.

— Ваша супруга в порядке, — улыбнулся доктор Уинклер. — Она у своей мамы.

— Ох, точно ведь, — согласился он. И взглянул на свои тапочки. — Мама с ума сойдет.

То был самый странный день в моей жизни. Я стоял подле Смита, пока он прогонял одну имитацию за другой — с отказавшими двигателями, компьютерными сбоями, ошибками наведения, сработавшими автоматами защиты. И в процессе этого ко мне пришло осознание, что, даже несмотря на болезнь Альцгеймера, Смит знает о космических полетах больше, нежели большинство из живущих ныне людей. Я ощущал себя невероятным счастливчиком, что мне выпал шанс усвоить пускай даже крошечную часть того, чему он мог бы меня научить.

Во время перерыва мы ели бутерброды, пили кофе без кофеина и следили за развитием событий на Луне. Мисс Филлипс привязала раненого историка ремнями внутри модуля.

Доктор позвонил моей матери и попросил у нее разрешения остаться мне здесь на обед и ужин. Он объяснил ей, что выбрал меня для помощи в некоем эксперименте с памятью, в котором участвует один из пациентов, и что было бы здорово, если бы я смог остаться здесь, пока этот пациент не отправится спать. И пообещал вызвать мне такси до дома. Мама всецело одобряла мою деятельность в доме престарелых и потому, уверившись, что я, как обычно, сделал домашнее задание в читальном зале, позволила мне остаться до десяти.

Сестра принесла обед, и мы поели прямо в кабинете доктора Уинклера, после чего мистер Смит почти сразу уснул на диванчике. Я же перенес оборудование для имитации в уголок отдыха и подключил большой телевизор к каналу НАСА, а потом вернулся в кабинет доктора Уинклера.

Группа управления обсуждала возможность изменения последовательности стыковки. Поскольку батарей в скафандрах хватало лишь на несколько часов, первоначально планировалось осуществить то, что называется прямым выведением. Однако Смит отсоветовал: по его словам, прямое выведение для «Аполлона» слишком рискованно. В результате руководитель полета Тейлор приказал специальной «штурмовой» группе[9] изучить все возможности и доложить.

Один из членов этой группы подтвердил, что прямое выведение для «Аполлона» не использовалось.

— Хотя этот вариант самый простой, и для выведения лунного модуля на траекторию перехвата корабля-цели, находящегося в полуорбите, в этом случае требуется одно-единственное включение стартового двигателя, — объяснял он, — специалисты «Аполлона» все же пришли к выводу, что вероятность отклонений в тяге двигателя во время подъема слишком велика. Из-за малой продолжительности сближения у старых компьютеров было мало времени на расчет маневров по коррекции полетной траектории, равно как и у экипажа для их исполнения. В случае же невыполнения этих исправлений модуль мог пропустить точку перехвата и врезаться в лунную поверхность.

— А командный модуль не мог изменить курс и спасти таким образом лунный модуль? — поинтересовался руководитель полета.

— В некоторых случаях, да. Но для изменения курса необходимо топливо, а его запасы были ограничены.

— Я полагаю, у нас вопрос быстродействия компьютера и топлива не стоит?

— Это так.

— Центр, здесь Лунная Работа, — раздался женский голос.

— Слушаем тебя, Лунная Работа, — отозвался руководитель. Возникла небольшая пауза.

— Благодарю, сэр. Более всего меня беспокоит время. Не в укор группе навигации, но полчаса назад они все еще вносили изменения в программу. Существует возможность, что мисс Филлипс предстоит взяться за ручное управление. Я понимаю, что ее проинструктировали по поводу действий в кабине, но ведь летного навыка это ни в коем случае не заменит — особенно в случае непроверенного аппарата! Чтобы привыкнуть к нему и обстановке, ей необходимо время. А в случае коэллиптической последовательности у нее будет на это целый оборот вокруг Луны — да и моя работа пилота грузовика упростится, если мне придется спасать ее.

В голове у меня пронеслось: «Так это та, которая будет дистанционно управлять грузовым кораблем! Она, наверное, на лунном южном полюсе!».

— Центр, здесь врач.

— Слушаем тебя, врач.

— Сэр, я понимаю беспокойство Лунной Работы, но один лишний час внутри скафандра для раненого историка, доктора Кентербери, означает вопрос жизни и смерти. Также нас беспокоит душевное состояние мисс Филлипс. Она серьезно травмирована смертью пилота и едва ли способна следовать даже простым указаниям. Чем скорее они выберутся из скафандров, тем больше шансов на спасение.