Журнал «Если» - «Если», 1992 № 02 Страница 61

— Летим в Отдел, — согласился я.

Хотелось узнать, что происходит и поскорее вернуться к работе. Я попросил Мэри включить «ящик», но аппаратура в машине оказалась столь же дряхлая: мы даже звук не могли поймать. Хорошо еще автопилот работал, иначе пришлось бы вести машину вручную.

Меня не оставляла в покое одна мысль, и я решил посоветоваться с Мэри:

— Как ты думаешь, паразит ведь не станет забираться на кота просто так, без какой-то цели?

— Видимо, нет.

— Тогда почему он оказался у Пирата на спине? Здесь должна быть какая-то логика. Все, что они делают, логично — пусть даже у этой логики довольно мрачный привкус.

— Но здесь тоже все логично. С помощью кота они поймали человека.

— Да. Но как это можно планировать? Неужели их настолько много, что они позволяют себе разъезжать на кошках в надежде на случайную встречу с человеком?

— Почему ты спрашиваешь об этом меня, дорогой? Какой из меня аналитик?

— Брось прикидываться скромной девочкой и подумай лучше вот о чем: откуда этот паразит взялся? К Пирату он попал от другого носителя. От кого? Я думаю, что это Старый Джон, Горный Козел. Больше Пират никого к себе не подпускает.

— Старый Джон? — Мэри закрыла на секунду глаза. — Нет, я не помню никаких особых ощущений. Мы стояли слишком далеко.

— Больше некому. В поселке все соблюдали режим, а Старый Джон был в куртке. Следовательно, паразит оседлал его еще до введения режима «Голая спина». Только зачем титанцам одинокий отшельник, живущий черт-те где в горах?

— Чтобы поймать тебя.

— Меня?

— Точнее, чтобы вернуть тебя.

Могло быть и так. Возможно, что каждый человек, которому удалось от них уйти, становится вроде как меченым. В таком случае те полтора десятка конгрессменов, что мы спасли, подвергаются серьезной опасности. Не забыть бы рассказать об этом нашим аналитикам…

С другой стороны, может быть, им нужен именно я? Но что во мне особенного? Да, тайный агент. Правда, я знал о Старике больше кого бы то ни было. В моем представлении, Старик был их главным противником, и мой паразит знал, что я так думаю, поскольку он имел доступ к любым моим мыслям.

Он даже встречался со Стариком, разговаривал с ним. Однако — стоп. Этот паразит сдох. Теория рухнула.

И снова встала из руин.

— Мэри, — спросил я, — ты ведь так и не была у себя дома с тех пор, как мы там последний раз завтракали?

— Нет. А что?

— Не возвращайся туда ни в коем случае. Я помню, что, когда еще был с ними, предполагал устроить там ловушку.

— Но не устроил?

— Нет. Но возможно, это сделал кто-то другой. Не исключено, что еще один «Старый Джон» сидит там, как паук в паутине, и ждет, когда ты придешь. Или когда я приду. — Я объяснил ей про Макилвейна и его теорию «групповой памяти». — В тот раз я подумал, что он просто фантазирует — любимое занятие всех ученых. Но сейчас мне кажется, это единственная гипотеза, с которой согласуются все факты.

— Подожди-ка, Сэм. По теории Макилвейна, каждый паразит — это часть целого, так? Другими словами, организм, что захватил меня вчера вечером, в такой же степени организм, который ездил на тебе?

— Да, примерно так. В отдельности — они самостоятельные особи, но после прямых переговоров происходит обмен памятью, и они становятся похожими, как две капли воды. Если это действительно так, то вчерашний паразит знает все, что знал я. Разумеется, если у него были прямые переговоры с моим или с каким-то другим титанцем, который с ним общался — пусть даже через длинную цепочку. И если Макилвейн прав, то на Земле сейчас сотни тысяч, а может быть, миллионы паразитов, которые знают, кто мы такие, как нас зовут, как мы выглядим, где твоя квартира, где моя и где наша хижина.

Мы у них, как в справочнике.

— Но… — Мэри нахмурилась. — Это же ужасно, Сэм. Откуда они могли знать, что мы появимся в хижине? Мы ведь никому не говорили. Неужели они просто устроили ловушку и ждали?

— Должно быть. Мы не знаем, что для паразитов ожидание. Возможно, они воспринимают время совсем по-другому.

— В любом случае, мы должны сообщить все это — и догадки тоже — нашим аналитикам.

Я хотел было добавить, что Старику теперь нужно быть особенно осторожным, поскольку охотятся, в конечном итоге, именно за ним, но тут впервые с начала нашего отпуска зажужжал аппарат связи. Я услышал перекрывший оператора голос Старика:

— Явиться лично!

— Уже летим, — сообщил я. — Будем примерно через полчаса.

— Нужно быстрее. Ты пройдешь через «К-5», Мэри пусть явится через «Л-1». Поторопитесь. — И он отключился прежде, чем я успел спросить, откуда ему известно, что Мэри со мной.

Только после приземления до меня дошло, насколько сильно все вокруг изменилось. Мы исправно соблюдали режим «Голая спина», но понятия не имели о режиме «Загар». Едва мы вышли из машины, нас остановили двое полицейских.

— Стоять на месте! — приказал один из них. — Не двигаться!

Если бы не манеры и не оружие в руках, я бы в жизни не догадался, что это полиция. Кроме ремней, ботинок и узеньких — чисто символических — плавок, на них ничего не было. Я даже не сразу заметил номерные бляхи на поясах.

— Так, — распорядился первый полицейский, — вылезай из штанов, приятель.

Видимо, я слишком мешкал, и он рявкнул:

— Быстро! Двоих таких сегодня уже застрелили, и у тебя есть шанс стать третьим.

— Сделай, как они говорят, Сэм, — спокойно сказала Мэри.

Я сделал. На мне остались только ботинки и перчатки. Чувствовал я себя полным идиотом, но, снимая шорты, ухитрился спрятать в них аппарат связи и пистолет.

Один из полицейских заставил меня повернуться, и его напарник сказал:

— Он чист. Теперь дама.

Я начал было натягивать шорты, но меня остановил первый полицейский.

— Эй! Ты что, неприятностей захотел? Не вздумай их одевать!

— Боюсь, меня тогда заберут за появление в общественном месте в непристойном виде, — попытался урезонить его я.

Полицейский удивился, потом заржал и повернулся к своему напарнику.

— Ты слышал, Скай?

Напарник решил объяснить:

— Слушай, приятель, ты сам знаешь правила, так что лучше не выпендривайся. По мне так хоть шубу надевай, тогда тебя точно заберут — только сразу в морг. Парни из добровольческих формирований не так терпеливы, могут и сразу пристрелить. — Он повернулся к Мэри. — Теперь вы, леди, пожалуйста.

Мэри без разговоров стала стягивать шорты, но тут полицейский смилостивился.

— Достаточно, леди. С этим фасоном все ясно. Просто повернитесь, медленно.