Последнее поколение - ЧБУ Страница 57

Сейчас же Генри видел совсем другой город: безработица здесь перевалила за тридцать процентов, миллионы людей теперь сражались друг с другом за выживание, количество голодных ртов превышало все мыслимые границы. Многочисленные фермы по производству белковых порошков имели проблемы с поставками и с трудом могли прокормить жителей.

– Эй, ты! – услышал он голос с индийским акцентом. Говорящий находился на другой стороне улицы. – Иди сюда!

Генри предпочитал не связываться с незнакомцами, поэтому поспешил прочь. Он находился на Кариаппа Мардж: узкой улочке вдоль залива, ведущей от его дома к общественной бане «Кентавр», он ходил по этой улице каждый день. Ему приходилось работать уборщиком, чтобы обеспечить себя едой.

Дома здесь были невысокие: от пяти до двадцати этажей на левой стороне дороги, от трёх до пяти на правой. Правая примыкала к побережью. Несмотря на то что эта улица была одной из самых спокойных в городе, а этот район считался спальным, здесь всё равно было опасно. Миллионы безработных и голодных людей не упускали ни единой возможности ограбить загулявшегося прохожего. Будь на месте Генри некто одетый получше, к нему уже давно подошли бы и попросили «поддержать». Так тут называли вымогание денег.

– Эй, ты! – не отставал незнакомец. Оглянувшись в его сторону, Генри увидел четверых людей, приближающихся к нему через двухполосную дорогу.

Это могли быть только наёмники, посланные Санкаром Кашьяпом, главарём подземной жизни города. Полгода назад Генри одолжил у него двести тысяч на строительство квантового компьютера, однако ни возвращать деньги, ни тем более отдавать компьютер он не собирался, поэтому каждый день выходил на улицу оборачиваясь.

С тех пор Генри пытался зарабатывать, консультируя маленькие компании по кибербезопасности, но в последние месяцы он стал выглядеть настолько плохо, что его не пускали на порог даже в дешёвые магазины.

Генри ускорил шаг, но это не сильно помогало: несмотря на протезы, он оставался инвалидом и не мог двигаться со скоростью обыкновенного человека.

– Постой! – крикнул голос за спиной. Его источник приближался.

Хромой походкой Генри спешил вверх по улице, впереди находился поворот от залива к центру города. Чем ближе к центру, тем более высокими становились дома. В районе бани «Кентавр» они и вовсе достигали сотни этажей и светились, как огромные светлячки. Здесь же, на берегу залива, дома больше напоминали заброшенные постройки времён позднего Средневековья. За последние годы район приобрёл репутацию места, где живут только отбросы.

– Эй, – догнал его незнакомец.

Нехотя Генри обернулся и выдавил из себя улыбку. В уме он уже прокручивал все возможные реплики, которыми он будет убеждать человека, что он не тот, кто им нужен.

– Ты тот парень, – произнёс мужчина. На вид ему было лет сорок, и выглядел он необыкновенно упитанным для этой части города. В основном здесь наблюдались лишь тощие тела. Лицо у него было дружелюбным. Трое людей за ним не проявляли к Генри никакого интереса.

– Нет, я совсем не тот парень, – ответил Генри, помотав головой.

– Тот! Это вы настроили защиту сайта «Кентавр» так, что он больше не ложится каждый день от атак конкурентов.

– А, это, – протянул Генри. – Да, это был я. Мне позволили работать у них уборщиком, в благодарность.

– В таком случае у меня к вам выгодное предложение.

В другой ситуации Генри уже побежал бы прочь, чтобы позвать полицию: в этой части города зачастую похищали людей, чтобы продать на органы. В частных клиниках, обычно расположенных в подвалах, можно было добровольно продать глаз, стопу или половые органы. Но туда приводили и похищенных людей, против их воли.

За год жизни здесь Генри научился отличать охотников за органами от более честных жителей города. Сейчас перед ним стоял не бандит, а обыкновенный человек.

– Меня зовут Кази Дайал, – продолжил индиец, доставая из подсумка визитку. – У меня интернет-магазин электронных аксессуаров.

– Частный магазин? – удивился Генри, принимая маленький картонный прямоугольник. Ему он удивился ничуть не меньше, чем частному магазину. – Такие ещё бывают?

– Ещё как бывают! Но вот в чём напасть, последние дни мой сайт не успевает восстановиться, как тут же отключается под напором интернет-атак. Парнишка, который оформлял мой магазин, совсем в этом не разбирается и не может ничего сделать.

– Думаете, это Фабьен Журне?

Компания Фабьена Журне, «Парадис», была самым большим производственником и распространителем электроники и комплектующих в мире, а сам он занимал двенадцатую строчку в списке богатых людей. Как и у любой мегакорпорации, у «Парадиса» был отдел конкуренции, и он делал всё возможное, чтобы оставаться монополистом, уничтожать любую компанию, которая в будущем могла бы составить конкуренцию.

– Нет, мы для «Парадиса» слишком мелкие. Пока мы торгуем из гаража и не привлекаем внимания, они нас не замечают. Это делают мелкие конкуренты – полуподвальные торговцы дешёвой электроникой.

– И вы хотите… – предположил Генри.

– Настрой защиту моему сайту, чтобы я мог нормально работать, и я заплачу. На цене сойдёмся.

Таких предложений ему не поступало уже несколько месяцев. И чем меньше он зарабатывал, тем больше боялся за свою безопасность. Его в любой момент могли настигнуть люди Санкара. Необходимы были деньги, чтобы вернуть долг, а их, как назло, не было.

– Здесь нет телефона и ссылки на социальные сети, – произнёс Генри, рассматривая визитку.

– Пиши на электронный ящик.

«Электронный ящик», – усмехнулся он про себя. Такие выражения использовали только люди, специально отдаляющиеся от современных технологий. Но в данном случае старомодное выражение было уместным, поскольку английский, на котором они разговаривали, был для индийца не родным. Для Генри он тоже был не родным: он вырос в Барселоне, но за годы жизни в Европе выучил его так, словно говорил с рождения.

Попрощавшись и пожав руки всем четверым людям, Генри откланялся и направился дальше. Его смена уборщиком начиналась в девять часов, но всё лучше, чем оставаться дома и наткнуться на Нишанта. Он задолжал оплату номера за две недели, и чтобы отдать необходимую сумму, ему нужно получить зарплату, которую постоянно задерживали.

Район, в котором жил Генри, назывался Кхади Кшетра. Это была часть нового города, примыкающая с одной стороны к заливу Тхана, а с другой – к району М. Последний был частью старого Бомбея, построенного в начале двадцатого века, поэтому дома здесь были старые, заросшие плесенью и почерневшие от грязи. Почти на каждом окне висели на просушке полотенца, шорты или сари. Небольшие внешние блоки кондиционеров крутились в такт окружающему шуму.

Этот район Генри не любил больше всего. Каждый день по пути на работу приходилось пересекать его и опасаться за свою безопасность. Здесь его вчера избили и забрали то немногое, что у него было.

Каждый день он инстинктивно прибавлял шаг, чтобы побыстрее проскочить это место. Людей на улице была уйма, большинство из них стояли небольшими группами и разговаривали. Иногда заскучавшие продавцы зазывали Генри в свои магазины. Они делали это скорее чтобы поговорить, чем что-то продать, поскольку внешний вид Генри сразу говорил: этот человек не может позволить себе даже новой футболки.

Сразу за полосой старых домов располагался район небоскрёбов, тянущийся к центру города. Здесь и находилась баня «Кентавр», куда Генри приходил каждый день.

Это было квадратное пятиэтажное здание, в центре которого находилась купальня под открытым небом. Заведение работало круглые сутки и даже ночью поток клиентов не уменьшался.

Обогнув баню сзади, Генри направился ко входу для персонала, и там его уже встречал Биджей. Это был толстый индиец, вечно с одышкой. У него не было дома, поэтому жил он непосредственно в подсобке уборщика и его смена никогда не заканчивалась.

– Рикардо, я так рад тебя видеть! – воскликнул Биджей. Несмотря на высокий рост и вес под сто пятьдесят килограммов, у него был необычно писклявый голос.

Чтобы дополнительно перестраховаться, Генри выдумал себе новое имя. Он представлялся всем как Рикардо. Так уменьшался шанс, что Франк его найдёт.

– И я рад, – честно ответил Генри. Ему нравилось в компании толстяка: тот обладал нескончаемым