Президент планеты - ЧБУ Страница 55

Казалось, время остановилось в этом месте и здесь навсегда останется без пятнадцати одиннадцать. Редж вечно будет думать, что же сделать с этой женщиной, а дробовик вечно будет висеть в его руке, направленный стволом в землю.

– Бери дробовик, – снова произнёс Редж.

– Я не хочу этого делать, – ответил парень в шортах.

– Тогда ты бери. – Редж протянул дробовик гиганту, тот в ответ сделал отрицательный жест.

Один за одним отказались все его люди, никто не хотел участвовать в этом деле. На секунду Лилии показалось, что теперь он предложит оружие ей. Вместо этого Редж возмущённо вскинул руки.

– Что ж вы за люди такие? – сказал он. – Никто не хочет выполнять грязную работу, а как прибыль делить, так первые в очереди. Неужели я единственный здравомыслящий человек здесь? Никто, кроме меня, не понимает, чем обернётся удар по репутации? Никто же больше не захочет с нами работать. Те люди, что платят нам за защиту, перестанут это делать. Клиенты, которые приходят к нам с заказами, пойдут к «Бон Месси» или «Тозоку». Если мы сейчас не убьём эту женщину, это будет означать конец нашей организации. Я же о вас забочусь. Мои доходы сильно сократятся, но у меня останется казино, а что будет с вами? Ты, Рик, будешь сидеть на улице со стаканом для мелочи. Ты, Вадим, станешь сутенёром, и однажды тебя зарежут конкуренты. Альф с Оскаром выкурят дешёвый синт и сдохнут в переулке вроде этого. Разве вы не знаете, что случается с такими, как мы, у которых не осталось работы? Бери дробовик, – произнёс он и снова протянул его парню в шортах. На этот раз тот взял оружие. – А теперь стреляй.

Дуло винтовки поднялось и нацелилось в грудь женщине. Целую минуту Лилия ждала, что сейчас прогремит взрыв. Она ничего не могла сделать, её парализовало. Это был худший момент в её жизни. Не тот, где убили лабрадора Дарвина, и даже не тот, где дубинки солдат Тауэра ходили по скрюченному телу Андреса. Именно этот момент в её жизни вызывал в ней самые негативные эмоции.

– Редж, – произнесла она, преодолевая своё беспокойство, граничащее с ужасом, – если вы убьёте эту женщину, я отменю заказ на Чарльза Т.

– Нет, не отменишь, – возразил Редж. – Твоя мать заказала его, а не ты. И я выполню заказ, привезу его вам связанным, как и обещал.

Прошла ещё одна минута душевных терзаний. Причём Лилия не могла понять, кому сложнее в этой ситуации: ей, Майе или парню с дробовиком. Он смотрел себе под ноги и не двигался. Казалось, он превратился в каменную статую и не сможет пошевелиться до самого рассвета. Дробовик был нацелен в грудь Майе, а палец лежал на спусковом крючке. Одно маленькое движение отделяло жизнь этой женщины от смерти. Хотела бы Лилия знать, какая война разгорается в голове у Вадима. Каким образом его внутренние идеалы борются с приказом начальника и страхом за собственное будущее. И какая из сторон побеждает.

– Я не могу сделать этого, – наконец произнёс он. – Я так не могу, это выше моих сил.

– Не могу вас в этом винить, парни, но вы тряпки, – произнёс Редж, взял дробовик, нацелил на женщину и нажал на спуск.

Раздался оглушительный взрыв, разнёсшийся по переулку глухим эхо, за которым пропали все остальные звуки. Мир погрузился под воду, и словно издали Лилия услышала голос Реджа, приказывающий всем забираться обратно в машину. Тело Майи лежало на спине с распростёртыми руками, снаряд угодил ей в верхнюю часть груди и шею, превратил в кровавую кашу всё между подбородком и солнечным сплетением. Лилия не могла оторвать взгляд от этого. Даже воспоминание о трупе Гранта, лежащем на столе, потеряло все краски. Она своими глазами увидела, как жизнь уходит из человека. Это произошло в одно мгновение: позвоночник потерял целостность, и Майа ушла быстрее, чем успела это понять.

Если именно это имел в виду Редж под выражением «стать жёстче», то Лилия не хотела становиться жёсткой. Она решила, что лучше остаться мягким и слабым, чем со спокойным сердцем иметь возможность выстрелить в другого человека.

За один день она изменила взгляд на окружающий мир, взглянула за кулисы действительности. Теперь всё вокруг казалось ей другим, не таким, каким было вчера.

На улице стояла глубокая ночь. Вокруг теперь ходили лишь мелкие группы людей, вооружённых примитивным оружием: битами, цепями, ножами и стальными прутами. Даже дроны исчезли, потому что были запрограммированы не попадаться на глаза тем, кто может их сломать или украсть. Лишь многочисленные экраны с рекламами двигались на улицах, помимо людей. Неподалёку сработал датчик движения, и рядом с Лилией возникла голограмма пожилого азиата с неестественной белозубой улыбкой.

– Попались с поличным без шанса на оправдание? – спросила голограмма. Звук шёл откуда-то снизу. – Позвони по этому номеру, и лучший в городе адвокат вытащит тебя хоть из самого ада! Вот увидишь, Рокуро Хаяси творит чудеса!

В конце улицы сиял жёлтой вывеской ночной клуб «Технонуар», куда стягивались группы людей. Там уже успела скопиться очередь около входа. Во всех тёмных местах появлялись огоньки сигарет: это курили дешёвые синтетические наркотики.

Пока команда грузилась в фургон, Редж смотрел вдоль улицы и вдыхал воздух полной грудью, словно только сейчас почувствовал вкус жизни.

– Какой чудесный вечер, – произнёс Редж, и Лилия не поняла, шутит он или нет. – Не хочешь прогуляться?

– Нет, – ответила она. С ним она больше не хотела иметь ничего общего.

– В таком случае оставляю тебя на попечение моих ребят. Они доставят тебя в отель, а я прогуляюсь пешком.

Весь путь до казино она ехала в молчании и слушала разговоры команды Реджа. Теперь она поняла, почему никто из них не любит его. Они отзывались о Клайде Ирвинге как о человеке чести, переходящем грань насилия только в самом крайнем случае. Редж не унаследовал от отца таланта дипломата и разваливал их банду быстрее, чем это могли сделать извне. За несколько месяцев она уменьшилась в несколько раз и продолжала разрушаться. Люди спорили о том, кто должен встать на место лидера, чтобы они вернули своё положение в обществе. В банде зрел бунт, готовый произойти со дня на день.

Четверо бугаев высадили её у казино и провожали до самого номера на пятьдесят девятом этаже. В лифте им пришлось потесниться, чтобы влезли все. Лилия поблагодарила их за заботу и зашла в номер своей мамы. Та спала на кровати в нелепой позе.

– Мама, – позвала она и дождалась, пока Лиза откроет глаза. – Мы сделали ошибку,