Повесть грядущих лет - Цзян Бо Страница 47

Ток, который непременно должен был пройти через эту клетку, изменил направление и продолжал беспрепятственно течь по двум другим. Кроме этого, не было никакого другого движения. Смерть – это более чем нормальное явление, она вовсе не стоит того, чтобы из-за нее поднимали шум. Мертвые клетки разложатся и будут поглощены, и все в мире останется по-прежнему. Однако на этот раз все было немного по-другому – оторвавшаяся клетка дернулась пару раз и начала процесс, диаметрально противоположный смерти: она принялась делиться.

Атес начал создавать партнеров. Каждая новая клетка была его точной копией, однако только Атес обладал разумом. Копии не напоминали Атов его прежней системы, однако так и было задумано. План уже требовал исполнения, и Атес хотел по чуть-чуть изменить этот мир.

После шестисот циклов новый мир начал обретать очертания. Атес создал крошечную сеть на двадцать тысяч клеток. Чтобы обеспечить нормальную работу этой маленькой сети, он должен был убить несколько гигантских клеток и захватить принадлежавшие им питательные вещества. Это противоречило цели Атов, которые должны были защищать эти клетки, а не убивать их. Атес убедил себя, что это всего лишь цена, которую он заплатит за приближение к великой цели. Что же касается того, что это была за великая цель, то в инструкции ничего не говорилось, и Атес ловко обошел этот вопрос. «Когда приблизишься к ней, сам поймешь», – таков был его ответ самому себе.

У Атеса была и другая цель – его собственное дело. Он хотел сплавить все осколки кристалла, что требовало много энергии. Недостаточно полагаться только на то, что одна клетка поглотит аденозинтрифосфат, необходимо заставить множество клеток двигаться, запасать большое количество АТФ и высвобождать энергию одновременно. Она передавалась Атесу в виде электрического тока и вводилась в центральный стержень.

К сети присоединялось все больше и больше клеток, и еще через сто циклов их стало два миллиона. Атес накопил достаточно энергии. Он был близок к переломному моменту.

Мощная токовая буря пронеслась по всей сети Атеса, разошлись электромагнитные волны, ближайшие нервные клетки тоже вздрогнули. Весь «мир» задрожал.

Это было в первый раз, и результат не удовлетворил Атеса. После огромного расхода энергии все клетки были истощены, им требовался отдых и время, чтобы накопить следующий разряд.

Атес не торопился. При удачном старте дальше все будет несложно, нужно просто подождать. Второй раз, третий раз… Он не торопился выполнить поставленную задачу, а пытался снова и снова. Чувствуя смутное беспокойство, он в очередной раз запечатал себя мягким бета-белком и опять превратился в споровое тело. Однако на этот раз остался бодрствовать, пока гигантская сеть Атов непрерывно преобразовывала АТФ в электрический ток и доставляла его внутрь. Он собрал много железа и пустил этот драгоценный элемент в дело в беспрецедентных масштабах – как бы завернулся в железный шар. За исключением тока от сети Атов, никакой сигнал не мог попасть внутрь.

Все происходящее было удивительным. Атес поразмыслил, не нарушает ли принципов Атов, но его способ выживания не попадал под действие какого-либо запрета. Так что он спокойно продолжал копить энергию.

И сделал еще кое-что.

В этом мире было множество странных мест. Атес считал, что ему необходимо исследовать окружающую среду. Это не противоречило никаким принципам, а потому он принялся за дело. Атес произвел совершенно новый тип клеток: они не получили доступа к сети и отправились за ее пределы. Эти клетки содержали накопители памяти, особые органеллы, созданные искусственным путем на основе части центрального кристалла. Все, с чем сталкивались клетки, записывалось в память, а когда они погибали, носитель памяти высвобождался, запечатывал себя и хранил воспоминания, пока сеть Атов не фиксировала их.

Чем больше воспоминаний возвращалось к Атесу, тем отчетливее вырисовывался облик окружающего мира.

Повторное сращивание кристалла тоже не проходило гладко. Чтобы осколки безупречно закрепились на центральном стержне, Атесу приходилось точно контролировать их направление. Тогда они влетали в определенную часть центрального кристалла с установленной скоростью и высвобождали при этом энергию для расплавления краев. Много попыток спустя Атес понял, что у процесса слишком много помех. Попытайся он контролировать их все, требуемая мощность вышла бы далеко за пределы его возможностей. Если не получается добиться совершенства, остается только полагаться на удачу.

Все клетки Атов пришли в состояние возбуждения и ждали важнейшего момента. Атес решил еще раз попытать счастья. Он не мог ждать бесконечно. Информация из какой-то клетки памяти подсказала ему, что он достиг края света, где больше не было ни органических жидкостей, ни клеток, ни питательных веществ. Здесь клетки действительно умирали. Атес быстро понял, что это, вероятно, территория Творца. В том мире вся информация была изолирована, но электромагнитные волны все равно проходили беспрепятственно – возможно, именно так Творец информацию и передавал.

Вот туда-то Атес и отправится! Но перед этим все кристаллы должны быть интегрированы.

* * *

У Вэнь Цзюя разболелась голова, и он присел, опираясь на стол.

Ма Жуймин уже подошел к лифту, но, завидев это, вернулся и с беспокойством уточнил:

– Господин Вэнь, вам нехорошо?

Вэнь Цзюй махнул рукой, перевел дыхание и хотел что-то сказать, но вдруг соскользнул со стула и тяжело рухнул на пол. Глаза его закатились, изо рта пошла пена, тощие руки отчаянно заскребли по полу, все тело сотрясали конвульсии.

Большой судорожный припадок! Нейромедицина не была коньком Ма Жуймина, но благодаря основательным знаниям в смежных областях он определил, что пациент перед ним страдает неврологическим расстройством. Он с тревогой смотрел, как его покровитель катается по полу, но ничего не мог поделать. К счастью, приступ длился недолго. Вэнь Цзюй постепенно успокоился, его напряженное тело расслабилось, а дыхание пришло в норму. После приступа беднягу начало клонить ко сну.

Ма Жуймин бережно усадил Вэнь Цзюя в кресло. Совершив это простое физическое усилие, он почувствовал себя истощенным. Он помог Вэнь Цзюю вытереть пену с уголков рта и утомленно упал всей задницей на пол.

Большой судорожный припадок встречался довольно редко, и у него было другое название – «падучая». Ма Жуймин глянул на Вэнь Цзюя через плечо. За несколько дней его лицо резко постарело. Благодаря научно-техническому прогрессу этот человек прожил более двухсот шестидесяти лет. Он мог жить и дальше – быть может, тысячу лет, а может быть, и две… Старение непреодолимо, но его можно отложить – пока у вас достаточно денег и вы ведете правильный образ жизни. А непредвиденные вещи случаются, в