Сновидец - Арсений Калабухов Страница 34

Придя домой, Гончаренко по привычке открыл приложение магазина снов и приятно удивился тому, что вышел релиз «Домика в деревне», одного из первых протестированных им сновидений. Это заставило Романа чуть изменить планы и достать таки из сумки убранную подальше «ириску».

14

Эндогнозис застал меня в вязком, не оформившемся толком сновидении. В обычной ситуации я бы и не «открылся», но тут «ириска» сработала – настройки, что ли, сбились. Сон достраивался в реальном времени.

На небе зажглось солнце, резанув по глазам, но тут же закрылось уютными стенами деревенского дома. Всё тот же знакомый стол с горячим чайником, та же корзинка бубликов. А вот и Вероника, по-прежнему улыбчивая и любящая. Следом – Аринка, с разбегу прыгающая мне на живот.

– Папа, пошли ловить ежа!

Мы с Вероникой всё так же прыскаем со смеху. А Аринка так же хмурится.

– Вставай. Ты обещал.

Во дворе крадёмся мимо смородины, ищем ежа. За смородиной соседский дом, раньше круглый год жилой, а сейчас – летняя дача. Там собрались несколько человек, но никаких соседей здесь быть не должно, это я помню точно. Вроде бы люди как люди. Хотя… при движении они как-то подсвечиваются, что ли. Свечением еле заметным. Голубоватым. Городские, похоже… Так. Надо собраться. Это же то самое, о чём говорил Зотов. Да у меня гости, похоже, прямо-таки настоящие гости. Ксеновиаторы. Может, подойти поближе?

Нет-нет, выдавать себя не стоит. Тут со стороны гостей просчёт. Не в курсе они, что этот сон я знаю досконально. Иначе бы я и внимания на них не обратил – свечение заметно, если знаешь, что это ксенос, а так-то его и не видно почти. Пусть убедятся, что я сплю как сурок после трудового дня и смотрю самое обычное сновидение из нашего магазина.

Проверка лояльности? Боятся, что я по их головам бродить начну? Нет, не в этом дело. Но сейчас не время думать о таком. Нельзя спать на два фронта.

За столом Макс, Серёга, дядя Коля… Стоп. Был дядя Витя. Но это ладно, вариативность в норме, дядя Коля тоже дядя. Вон же и дядя Витя с бабушкой сидят. А за забором – «соседи». Ну как за забором… Это сейчас в малоэтажной застройке железные заборы по два-три метра. А здесь просто пара жердей на уровне пояса. Здороваются с моими родственниками, но близко не подходят. Четверо парней, две девушки. Лица не запоминающиеся. Не запоминающиеся искусственно, как я понимаю, – такие себе образы нацепили.

Переносимся на реку. Плещемся в мелкой речке своей компанией, а «гости» скучковались своей. Сидят, как бы разговаривают, да мельком на нас боковым зрением смотрят. Даже не на нас – на меня больше. Вечереет. По ногам забегали крупные мурашки. Собираемся домой. Слева за лесом горит закат, а мы бодро шагаем вдоль кукурузного поля к знакомой околице, к ожидающей нас бабушке. Компания «гостей» молчаливо бредёт метрах в пятидесяти, делая вид, что прогуливается. Ага, лишь будёновка на голове и рация за спиной выдавали в нём советского разведчика…

По-моему, достаточно. Приличия соблюдены, и я концентрируюсь на пробуждении. В момент окончания сна стараюсь не смотреть на ксеносов.

* * *

Роман пялился на тёмный потолок. Сна ни в одном глазу. Информационный поток нуждался в структуризации и осмыслении. В его сновидении побывали шесть человек. Наверняка отсюда, с острова. Войти в чужой сон могут шестёрки и выше, но шестёрки – с аппаратным усилением. Или один сильный сновидец мог бы поместить их всех в его сон. Ни то ни другое не укладывается в картину того, что они находятся в небольшом провинциальном филиале «Легиона», пусть и с претензией на новаторство.

Но это вероятности из известной ему реальности. Однако в СБС могли разработать что-то, что ещё больше усиливает способности сновидца, – техническое устройство или, допустим, таблетки какие-то. А «Легион» наверняка имеет доступ к таким разработкам.

Тут Гончаренко вспомнил, что его ИРИС сработал как-то подозрительно рано. А он ведь довольно продвинутой модели и на гарантии ещё. Или это с самим Романом что-то не так? Излучение, может, какое здесь… «Ириску» хочется проверить, но как? Роман не знал. «Камер здесь, конечно, нет», – подумал он. Но потом нашёл это утверждение опрометчивым. Точнее будет сказать: здесь нет камер, к которым он имеет доступ. Жаль.

Полная луна довольно ярко освещала комнату. Читать не получится, но для того, чтобы ориентироваться, не включая свет, вполне достаточно. У противоположной стены лежал Винт и подрагивал лапками – смотрел сон.

Гончаренко на мгновение привстал на кровати, а затем торопливо схватил «ириску», поставил значение эндогнозиса на максимум и спустя секунд двадцать провалился в сон.

15

Я резко пробуждаюсь в настолько плотном воздухе, что можно подумать, это и не воздух вовсе, а что-то более похожее на жидкость. Мутное желе какое-то. Я опять «открылся» до полного наступления фазы быстрого сна. Не знаю, почему говорят, что это вредно. Уверен, что это расхожий миф. Но вот то, что это скучно, – бесспорно. Надо постараться прогрызть здесь окошко в межсонье. Эсбээсники сейчас наверняка ещё не готовы отправляться в новый сон, поэтому нужно пользоваться моментом.

Получилось. В межсонье сияет пара десятков довольно ярких сновидений, всё же ночь – основное время работы не для всего отдела. А вот и искомое. Не чёрно-белое, как я ожидал, но и не таких же цветов, как человеческие сны. За фиолетовой пеленой Винт в одиночестве лежит на полу номера и глядит в сторону двери. Он заметно крупнее, чем в реальности, – так уж ощущает себя собака. Я не вхожу – реакция Винта будет ожидаемой, и сценарий сна безнадёжно изменится. Поэтому лучше побуду снаружи, где детали пусть местами и смутно, но виднеются. И чуются. Да, точно! От сна так и несёт разными запахами, причём я их отлично понимаю. В основном это мой запах, старый, примерно пятичасовой давности.

Из-за двери слышу шаги на лестнице. Не мои шаги. Винт привстаёт и напряжённо вслушивается. Люди подошли к двери, мой пёс залаял. Дверь открылась, и в комнату вошли двое. Кто именно – понять невозможно, даже мужчины это или женщины. Люди были на одно лицо, довольно условно обозначенное, будто на детском рисунке. Запахи характерные, и по ним я бы гостей опознал, но, к сожалению, проснувшись, этой чудесной суперспособности я лишусь. Винт тем временем выражает радость пришедшим людям, хоть и с