Забытый мир - Эдмонд Мур Гамильтон Страница 31

— Тем не менее, вы вряд ли можете винить Контрольный совет за то, что он дал вам хорошие советы, — раздраженно сказала Карлин. — В конце концов, вы сами виноваты, что по глупости растратили медные ресурсы своей планеты и теперь лишены энергии.

Суровое лицо Харба Лэнда потемнело:

— Да, мы глупо растратили нашу медь. Мы сделали это двадцать веков назад, когда Земля открыла для человечества всю Галактику. Мы потратили свою медь на создание галактической цивилизации, которая забыла о нашем истощенном мире.

— Харб, пожалуйста!.. — тихо сказала Марн, и на ее лице отразилось отчаяние.

Наступило молчание, и они закончили обед без дальнейших разговоров. Но прежде чем подняться наверх, Джонни Ленд вновь заговорил с Карлиным.

— Не принимайте Харба всерьез. Многие здесь, на Земле, настолько озлоблены нашим положением, что ведут себя неразумно.

В СПАЛЬНЕ КАРЛИНА было темно. Когда он вошел, автоматический свет не зажегся, и Карлин не мог найти выключатель. Он сдался, забрался в постель и лежал, тяжело глядя в ночь.

Мягкий ветер шевелил кроны деревьев вокруг дома. Тяжелый аромат цветов плыл на ветру, шевелившем оконные занавески. Внизу в долине поблескивали маяки космопорта, а за ними виднелась тонкая полоска света, мерцающее море, над которым висел лунный месяц.

Карлин чувствовал себя совершенно несчастным, тоскующим по дому. Если бы он вернулся на Канопус прямо сейчас танцевал бы с Нилой в Сан-Сити бальный зал или блуждал по желтым садам.

Сам того не желая, он задремал в своей комковатой постели…

Карлин проснулся от яркого солнечного света, заливавшего его лицо. Он потянулся к кнопкам кондиционера… и тут уснул…

К своему удивлению, он почувствовал себя намного лучше. Он хорошо выспался на примитивной кровати, и усталость покинула его.

Странные музыкальные звуки, которые, как он догадался, были криками птиц, донеслись до его ушей. Ветерок, раздвигавший занавески, теперь стал холодным, но чистым и сладким, слегка опьяняющим.

«В этом старом мире воздух гораздо лучше, чем в любом кондиционере», — подумал он.

Он надел костюм на молнии, темно-коричневый и грубого плетения.

«Стану как туземец», — подумал он с кислой усмешкой и спустился вниз.

Марн Лэнд была единственным человеком, которого Карлин нашел внизу в комнатах, залитых солнечным светом. Она все еще носила варварские выцветшие старые брюки, но в ее пепельных волосах был заткнут красный цветок. Легкая тревога, переполнявшая ее накануне, исчезла, когда она посмотрела на гостя.

— Вам уже лучше, правда? — спросила она.

— Много лучше, — призналась Карлин. — Боюсь, что вчера вечером я был довольно груб.

— Иногда общение утомительно, — серьезно сказала она. — Просто садитесь. Я принесу завтрак.

Для Карлина было в новинку сидеть и болтать на залитой солнцем старой кухне, пока девушка в выцветших брюках готовила ему завтрак на электродной плите. Вместо того, чтобы нажать кнопку заказа.

— Джонни и Харб отправились в космопорт, — бросила она через плечо. — У них там старый планетолет, который они готовят к полету на Меркурий.

— Меркурий? — удивился Карлин. — Это самая внутренняя из планет Солнечной системы, не так ли?”

— Да… Земляне давно ищут медь на ее горячей стороне. Джонни затеял эту разведывательную экспедицию…

Завтрак, который она поставила перед Карлин, состоял из грубого пшеничного хлеба, большего количества натуральных яиц и молока, а также странного коричневого напитка, приготовленного из тушеных сушеных ягод. Девушка сообщила ему, что напиток называется кофе. Карлин попробовал его, но он оказался горьким и неприятным.

Немного удивленный собственным поступком, Лэрд съел почти все остальное. Еда была грубой, но сытной, и ему придется привыкнуть к ней, если он останется здесь.

— Я постараюсь не доставлять вам хлопот, — заверил он Марну. — Я буду вести себя спокойно…

Она кивнула.

— Знаю. У некоторых наших соседей в качестве жильцов были жители других планет. Им всем очень понравилось на Земле…

Карлин не высказал своего мнения по этому поводу. Он подошел к двери и остановился, глядя на залитый солнцем цветущий двор.

Он чувствовал себя растерянным. Он был сбит с толку, обнаружив, что ему нечего делать, нет никакой работы, которую нужно было бы выполнить, нет экипажей, которые должны были бы руководить оборудованием космопортов на «диких» планетах.

Марна понимающе посмотрела на него.

— Вы всегда были очень заняты, не так ли? Жизнь на Земле, должно быть, кажется вам скучной и вялотекущей…

Карлин пожал плечами.

— Я вполне могу к этому привыкнуть… Пожалуй, пойду прогуляюсь, осмотрюсь.

— Если вы зайдете далеко, то найдете дедушку. Он ловит рыбу в Северном ручье, — крикнула ему вслед Марна, когда Карлин отправился через двор.

Карлин неторопливо прошел мимо большой запертой железобетонной мастерской и нескольких высоких складских сараев, затем мимо плоских широких гидропонных резервуаров, которые были заполнены массой зеленой растительности.

За ними обнаружилась дорога, которую он сначала и дорогой то не признал. Это была просто широкая просека, проложенная на север вдоль лесистого хребта, первая грунтовая дорога, которую он когда-либо видел в цивилизованном мире.

«Да, бедная планета, — подумал Карлин. — Не могли даже построить приличные дороги».

В небе почти не было флайеров, лишь изредка один пролетал над голубым сводом.

«Неудивительно, что эти нищие ненавидят остальную Галактику, — подумал он. — Наверное, я бы тоже так поступил, если бы мне не повезло родиться здесь».

ДОРОГА КАЗАЛАСЬ ПРОЛОЖЕННОЙ безумно нелогичной. Извиваясь, она протянулась на вдоль покрытого лесом гребня серпантином. Она сворачивала то налево, то направо, чтобы избежать больших валунов, родника или небольшого оврага.

Лес по обе стороны дороги казался Карлин прискорбно неухоженным. Большие и маленькие деревья громоздились друг на друга, повсюду торчали сухие, мертвые кусты и лианы. В лесу бурлила дикая жизнь, мохнатые грызуны разбегались в разные стороны, в воздух поднимались стаи птиц.

Это… Что-то вроде того, Карлин ожидал увидеть на какой-то необитаемой планете. Но Земля была самой древней, населенной людьми планете во всей галактике.

Еще Карлин вынуждена была признать, что и здесь есть определенная компенсация. Этот… пьянящий, как вино, воздух все еще был для него чем-то особенным. И прогулка давалась его атрофировавшимся мускулам много легче, чем в любом другом мире. Ему это показалось странным. Ходить с такой легкостью, не надевая антиграва?..

Он никак не мог найти ручей, о котором упоминал Марн. Наконец он сел на бревно у дороги, размышляя о дремотной, унылой тишине этого места. Не было слышно ни единого звука человеческой деятельности. Неужели этим землянам никогда не надоедала сонливость этого места?

Карлин обнаружил, что он все еще очень устал. Он наблюдал за маленькими блестящими насекомыми, порхающими над цветком неподалеку. То и дело налетал мягкий ветерок,