Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов Страница 18

Будь с ней очень бережной, ведь помимо моего личного талисмана этот предмет является еще и древним артефактом Энайской цивилизаций, обладающий огромными возможностями и значением для Энайской культуры. Поэтому прошу тебя, спрячь ее, никому не показывай и уж тем более никому не рассказывай о ней.

С любовью, твой отец.

P.S. Знаю, что это письмо тебя наверняка встревожит, но не беспокойся у меня все в порядке. Не нужно отвечать на это письмо, и уж тем более не надо пытаться приехать сюда. Я объясню тебе, когда все закончиться.

P.S.S. Передавай привет маме.

P.S.S.S. Хотя нет, лучше не говори ей о том что я тебе писал. Для ее же блага.

– Да уж, Александра не назовешь, заботливым отцом – прокомментировал Робин.

– Это точно – подметила я – Знаете спустя пять лет, после того как мы общались в последний раз. Видеть перед собой такое вот послание, поначалу действительно вызвало у меня острое желание приехать к отцу, и избить его чем-нибудь тяжелым.

– И вас это письмо ни разу не встревожило? – удивленно спросил Робин.

– Конечно, встревожило. Когда первые эмоций прошли, я не на шутку испугалась и совсем не знала, что и делать. Сперва я думала, как-то связаться с отцом, но как я и говорила ни телефона, ни тем более страниц в социальных сетях у него не было. Ну а письма, без его «надежных» каналов у нас идут месяц, а то и дольше. Как он и просил, я никому не рассказала не о письме, не о медальоне, даже маме я ничего не сказала, чтобы в лишний раз не волновать ее. Но все же, я очень беспокоилась об отце и собиралась приехать к нему на неделе, прежде разобравшись со своими делами. Но не прошло и недели, как на утро мне позвонили из полиции и сообщили о его смерти.

– Но в полиции, вы об этом тоже ничего не сказали?

– Я хотела все рассказать, но посмотрев в жадные глаза следователя, когда он расспрашивал меня о недавних связях с отцом, я почувствовала, что тут что-то неладно и солгала.

– Думаю, тут вы правильно сделали – произнес Робин, после чего вежливо спросил – А можно мне взглянуть на него?

Понимая, что уже отпираться бессмысленно, я решила выложить все карты на стол и сняла медальон, висящий у меня на шее и скрытый под белым халатом. По размерам он был небольшой с очень маленькое блюдце, а шириной с фалангу пальца, но при этом удивительно легкий. Покрашенный ярким золотой краской немного померкшей от времени. По его краям были вырезаны шестью отверстий в виде шестигранника, а по центру изображено жуткое призрачное лицо с ярко выраженными большими глазами.

Робин с нескрываемым удивлением смотрел на медальон.

– Да этой вещи, возможно, несколько тысяч лет, а вы носили его на груди как красивую безделушку? – возмутился Робин.

– Откуда я знала, сколько лет этой штуке? Мой отец вообще полжизни проносил ее на своей шее. И я решила, что носить ее при себе будет более надежно – простодушно ответила я, протягивая ему медальон – По крайне мере, у меня было хоть что-то, что напоминало мне о том, что у меня есть отец.

Но Робин уже не слушал меня, так как был слишком увлечен рассматриванием медальона. Он держал его крайне осторожно, как будто это был кусок хрусталя, и с неописуемым восторгом рассматривал каждую деталь.

– Поразительно, невероятно, невообразимо, немыслимо! – проговаривал он про себя, с интересом рассматривая амулет.

– По-моему ее лучше у вас забрать, пока вы не начали называть ее «прелестью» – пошутила я.

Только тогда Робин, как будто выйдя из транса, вновь вспомнил о моем присутствии:

– Прошу прощения Валерия, просто поймите, для меня как для историка, эта вещь воистину удивительна.

– По-моему, это просто красивый медальон со странным орнаментом, что в нем необычного?

– Ну, во-первых, материал, из которого он сделан. Этот металл довольно прочный, но при этом необычайно легкий, словно этот медальон сделан из пластмассы, но при этом крепкий как железо. Я никогда такого прежде не видел – ответил Робин – Во-вторых, эти странные выемки, вряд ли они предназначены лишь для красоты, судя по многочисленным царапинам по краям, у них была какая-то практическая функция. И в-третьих, это странное лицо, я не могу понять, откуда, но оно кажется мне знакомым, а эти глаза,…есть в них что-то загадочное, необычное. В любом случае теперь, я начинаю понимать, почему ваш отец хотел спрятать эту вещь, уж больно много в ней загадок. Но все же я пока сомневаюсь, что она действительно принадлежит к так называемой цивилизации Энаев, в конце концов, слишком уж хорошо оно сохранилось, тем более в таком влажном климате, как у вас. Ни один современный металл не способен продержатся так долго, чего уж тут говорить о предмете на заре человечества.

Я промолчала, так как его слова мне не говорили практически ничего.

– А можно ли попросить у вас, одолжить этот великолепный медальон, на дальнейшее изучение? – неловко попросил Робин.

Я догадывалась, что он вскоре об этом попросит. И я была в твердой уверенности, что ни за что ни отдам ему единственную память о моем отце, тем более, что я практически ничего не знала об этом человеке:

– Нет, простите, думаю, что вряд ли я смогу вам его отдать – твердо ответила я.

– Понимаю, вы меня совсем не знаете, вам трудно мне доверять – понимающе говорил Робин, но по его взгляду я видела, что он был расстроен. Мне стало даже немного неловко.

– Дело не только в вас, отец оставил эту вещь мне, и я не могу позволить себе отдать ее в чужие руки – неловко оправдывалась я.

– Ничего страшного – вежливо отмахнулся он – Думаю, я и без медальона смогу найти ответы на все эти вопросы.

– Но даже если принять тот факт, что убийца моего отца также как и он, гоняется за легендами о супер человечках, что это в итоге нам дает?

– Пока ничего – пожал плечами Робин – Но визит к вам уже ответил мне на многие вопросы, в частности теперь я точно знаю, что ваш отец догадывался об убийцах и о том, что они ищут. И если я продолжу поиски, то смогу узнать, кем он был и чего хочет.

– И что вы планируете делать теперь? – поинтересовалась я.

Робин ненадолго