Президент планеты - ЧБУ Страница 132

Водитель включил первый уровень, доступный лишь элите, и дроны перед ним начали смещаться в стороны, прижиматься друг к другу, чтобы уступить проезд грузовикам.

Чем ближе к посёлку они подъезжали, тем плотнее становилась толпа. В фиолетовом и оранжевом свете неоновых вывесок их головы походили на бурлящий океан. Рекламные голограммы набирали силу: они теперь появлялись среди толпы и держали в руках всевозможные товары, от электронных девайсов до имплантатов. Пятиметровый бегун предлагал купить спортивный костюм от «Оттавио Висоне» с двухуровневым охлаждением, а женщина рядом с пекарней раздавала с подноса прозрачные печеньки. Её непринуждённое и доброжелательное лицо выглядело до комичного глупо: в этот момент витрина пекарни была разбита и внутри бесновались грабители.

Даже дронов стало меньше. По закону, они не имели права летать над большими скоплениями людей из-за террористической угрозы. В других странах дронам запрещено летать над городом в любое время суток, а в Гибралтаре ограничили лишь на время массовых мероприятий.

– Что они собираются делать? – спросила Лилия.

– Похоже на очередной голодный бунт, – ответила Лиза. – Тебе было всего тринадцать, когда такие толпы собирались в прошлый раз. Они громили всё на своём пути и таким способом выражали недовольство тем, как банки завели мир в очередную яму.

– Они идут к посёлку. Хотят разрушить его?

– Это слабо сказано. Полагаю, они хотели бы вытащить нас всех на улицу и бросить на растерзание псам.

– Но мы же ничего не сделали!

– Как раз поэтому они и бунтуют. Мы очень многое не сделали из того, что могли бы. К тому же мы едим вдоволь, им этого уже достаточно. Большинство из них питается тошнотворными порошками. Поешь их день, и они тебе понравятся, но продолжай это делать целый год, и от одного только их вида будет воротить.

Дорога вывела их на край города, где находилась самая многочисленная толпа, которую Лилия видела в своей жизни. Здесь собралось по меньшей мере три миллиона человек, и эта группа людей гораздо больше походила на повстанческую армию, чем на собрание простых жителей. Впереди стояли фургоны с микроволновыми пушками, сотни людей в экзоскелетах, боевые машины на четырёх ногах, огромные щиты с колёсами для защиты пехоты. Готовилась полноценная осада посёлка.

Среди толп стояли четыре огромные автоматические гаубицы, заряжаемые боеприпасами в зависимости от видов боя. Против дронов в них загружали шары с высоким зарядом, разлетающиеся металлическими сетями под напряжением. Они выводили из строя цепи любой электроники. Против людей использовали клейкую смесь или слезоточивый газ.

Отдельно ото всех стояла армия боевых дронов. Их было несколько тысяч, они пребывали в неподвижности, но в любой момент могли достать клинки и пневматическое оружие: в черте города запрещалось оснащать дронов серьёзным вооружением. Кажется, здесь собрали все частные средства для ведения боя, находящиеся в собственности у жителей и группировок.

Посередине стояла самая большая машина, которую только можно было представить. Это был многотоннажный грузовик со ста двадцатью колёсами и такой тяжелый, что удивительно, как он не продавливал асфальт, на котором стоял. В высоту он был больше шести метров, а в длину все тридцать. По нему сейчас ползали люди и обклеивали его со всех сторон отражающими панелями, чтобы защитить от лазерных лучей. Такая махина запросто могла протаранить любую дверь и стену вместе с ней, если только сумеет подобраться достаточно близко. Раньше она использовалась для перевозки сверхтяжёлых грузов по улицам города, а теперь её переварили и превратили в самоходный таран с мощной лобной частью в виде молота.

Вскоре проезд перегородила намертво вставшая пробка. Автомобили впереди стояли настолько плотно, что уже не могли разъехаться в стороны, чтобы пропустить их.

– Там же Артур внутри, – сказала Лилия. – Если они прорвутся внутрь, они его разорвут.

– Сначала пусть попробуют это сделать, – ответила Лиза. – Посёлок проектировали не самые глупые инженеры. Его стены неприступны, и люди за ней имеют очень большое преимущество. Остаётся лишь гадать, чья сила воли окажется сильнее.

Недалеко от них находился импровизированный постамент, на котором стояла пожилая дама в платье до самых пят. Она широко размахивала руками, и эти же движения повторяла двадцатиметровая голограмма над ней. Её голос транслировался через динамики и звучал со всех сторон.

– …не учитывать. Но это не мои слова, – говорила она. – У меня другая точка зрения. Я вижу этот город не умирающим от голода и потери сил на дешёвой работе. Я вижу его процветающим, с достойными людьми, где каждому найдётся место под солнцем…

Один за одним начали поступать отчёты по рации. Четырнадцать тысяч наёмников не смогли приблизиться к посёлку даже на пять километров – ни у кого из них не было приоритета первого уровня. Грузовики увязли в пробках. Их крошечная армия теперь смотрелась лишь жалкой горсткой по сравнению с толпой, собравшейся у посёлка.

– Дайте отбой, – приказала Лиза. – Мы сейчас не попадём внутрь. Вернёмся завтра и попробуем снова.

– А как же Артур? – спросила Лилия. – Нам нужно вытащить его из лап Тауэра. Они сейчас промывают ему мозги.

– Он защищён стеной. Это лучшее, за чем можно спрятаться.

– Твоя мама права, – сказал Михал. – Мы сейчас ничего не можем сделать. Давайте отступать.

С грустью Лилия посмотрела на посёлок, возвышающийся вдали. К нему вела кривая дорога, по которой совсем скоро пронесётся огромный грузовик, а она будет держаться в стороне и надеяться, что их дом не рухнет под напором многомиллионной толпы. Стена посёлка выглядела не впечатляюще: она едва достигала пяти метров в высоту, забраться на неё можно было с помощью обычной лестницы. Трудно было поверить, что она остановит многомиллионную толпу.

– Можете возвращаться в казино, – сказала Мэри. – Ваши номера никто не занял. А я останусь здесь, хочу своими глазами посмотреть, как вся эта толпа пойдёт в атаку.

– Я тоже останусь, – после раздумий ответила Лилия.

– Это небезопасно, – возразила Лиза.

– Как раз наоборот, в такой массе людей должно быть безопаснее всего. Опаснее находиться в нашем грузовике, если на него вдруг обратят внимание.

– Нет, Лилия, я тебя не отпущу. Не хочу даже думать, что ты окажешься под ногами у тех, кто рванёт с площади, когда начнётся оборона. А она начнётся. Жители посёлка не пустят бунтовщиков к себе как гостей. Охрана будет делать всё возможное, чтобы они оставались за стеной. И когда загорятся автомобили, завоет сирена, начнётся паника.

– Я с тобой согласна, мне тоже не хотелось бы