Роберт Рид - Жизненная сила Страница 123

Книжники будто окаменели. Человеческому уху было не слышно ни одного звука.

- Они заинтересовались, - сказала тихонько Уошен, кладя руку на плечо сына. - Обсуждают.

- Вот и отлично, - ответил тот.

Мать и сын пошли по проходу, глядя на дымное черное лицо Медуллы у себя под ногами.

Все инженеры корабля ждали их появления, уже готовые начать заливать гиперфиброй базовый лагерь, а потом и туннели. Со временем, не торопясь, они аккуратно залатают эту зияющую дыру в некогда совершенной стене. Честно говоря, у Строителей были причины сделать так, как они сделали. Насколько могли понимать Уошен или Памир, у них оставался теперь единственный возможный вариант - снова запечатать тюрьму» и вновь все вернуть на свои места… Причем повторять это, вероятно, придется не однажды… Единственным изменением станут только несколько небольших наблюдательных систем, погруженных в гладкое серебро стены, которых никто и никогда не сможет обнаружить. Это будут неусыпные глаза, наблюдающие за миллионами внуков…

И, стоя в проходе и размышляя о своих внуках, Уошен вдруг на секунду почувствовала неодолимое желание ринуться туда, вниз, снова на Медулла оссиум.

Но она собралась с духом и пережила это мгновение, а потом привычным жестом вскинула руку с часами.

- Надо уходить, - объявила она сыну и книжникам. Роботы быстро выстроились в ровный ряд.

- Так вы подумаете над тем, о чем я вам сказал? - спросил Локи.

- Естественно, - ответил один из них.

- И скоро ли будет ответ? - не сдавался Локи. Грубоватое лицо слегка улыбнулось.

- Скоро. Через век или через миллион лет. Конечно, скоро, - ответил он, не скрывая высокомерия.

До Уошен донеслись и этот ответ, и искренний смех сына.

Опустившись на колени в том месте, где предполагалось вылить первые тонны гиперфибры, она снова достала серебряные часы, открыла серебряную крышку и осторожно положила их туда. Решиться на это было труднее всего на свете. Но она все же заставила себя подняться и уйти, не оборачиваясь, бормоча про себя:

- Потом. Сейчас я оставляю их здесь, чтобы однажды вернуться и забрать. Однажды.