Юрий Блинов - Дверь в детство (СИ) Страница 119

— Мне-то как бы особого дела нет до твоего начинания — стал тут лукавить Егор — но мой племянник так в красках описывал то, как вы с ним мечтаете на звезды смотреть, что я и сам невольно загорелся вам помочь. Егор рассказал мне, где ты работаешь, и я был весьма удивлён, когда узнал, что мы с тобой, оказывается, коллеги. Теперь это стало для меня почти делом принципа, да и жалко ведь будет, если ты такое доброе дело загубишь.

Вовка поднял свои ясные глаза, и теперь уже совсем другим взглядом посмотрел на Егора, совершенно, при этом, не подозревая о том, кто именно перед ним сейчас стоит.

— Теперь точно не заброшу — сказал он тихим голосом, а потом, словно вдохновившись, принялся говорить, будто бы оправдываясь:

— Еще совсем недавно, до того момента, когда меня наша бригадирша отчитала за те линзы, я не был уверен, что у меня всё получится. А когда я в тот раз попался, думал, что вообще труба — не только про телескоп не думал, а уже вообще мысленно попрощался со своей работой.

На этом момента Вовка как-то на секунду запнулся, а потом, словно делая над собой усилие, дополнил:

— Это вам спасибо, Виктор Леонидович, что тогда за меня вступились. Если б не вы…

— Полно, полно тебе меня захваливать — отмахнулся Егор — Я ведь уже тогда знал, что ты за фрукт, так что потом лучше своему другу спасибо скажешь, а не мне.

Собеседник Егора молча кивнул, и на какое-то время оба замолчали. Затем Вовка всё же решил осторожно поинтересоваться:

— Скажите, а вы действительно, не против этого?

— Ты это про что?

— Ну, чтобы я к вашей помощи обратился, когда объектив и окуляр прилаживать начну. Я не уверен просто, что моих знаний хватит для такого сложного дела.

Егор мысленно возликовал от такого поворота дел. Ему сразу же захотелось сделать широкий жест, похлопать своего товарища детства по плечу и сказать: «да, конечно, братан, заходи, не вопрос!». Но сдержался, так как проявлять лишнюю эмоциональность было сейчас не нужно, да и знаний в тонкостях сложных оптических устройств деле было у Егора всё же маловато. Надежда была только на Ключницу, ведь это именно она, перед тем, как он устроился здесь на работу, натаскала Егора на основных знаниях по тем дисциплинам, с которыми он, по её мнению, должен был столкнуться в этом уголке пространства-времени.

Впрочем, Егор, в целом, был грамотным и образованным инженером, к тому же неплохим конструктором, правда, раньше, в прежней своей жизни, непосредственно к оптике он не имел совершенно никакого отношения. Поэтому, подумав немного, он сказал так:

— Давай договоримся следующим образом, я дам тебе свой адрес, а ты уже сам решишь, как тебе поступить. Моя квартира находится недалеко от завода, и до твоего дома от неё, насколько я знаю, всего лишь двадцать минут пешком. Впереди у нас целых полторы недели праздников, поэтому, как только надумаешь, так и заходи. Телефона у меня нет, но после обеда я почти всё время дома, поэтому совершенно не переживай по поводу того, что, якобы, не застанешь меня на месте.

С этими словами он, наконец, поднялся со стула, вручил другу свой нацарапанный на клочке бумаги адрес, затем распрощался с Вовкой, выразив надежду на скорую с ним встречу и пожелав тому хорошо встретить Новый год. После этого Егор вышел за дверь, отправившись вдоль стеклянного коридора далее по своим делам.

Вовка же, оказавшись, наконец, наедине со своими железками и с наступившей вокруг него тишиной, постарался проанализировать всю ту информацию, которая, словно огромный снежный ком, на него только что свалилась.

«С одной стороны, — думал он, это здорово, когда вдруг, словно ниоткуда, возникает знающий человек, который действительно может помочь. Ведь всё это дело с телескопом я уже начал считать почти провальным. К тому же, благодаря именно этому человеку меня с недавних пор не просто не выгнали с работы, а, наоборот, повысили в ранге, позволив работать с такими вещами, о которых сам я раньше не смел даже и мечтать.

Но тут же в голове Вовки возник вопрос: «а так ли бескорыстен этот загадочный тип!? Какой резон ему, кто, как он утверждает, приходится его товарищу, Егорке Карасёву, родным дядей, помогать почти неизвестному для него человеку?»

Что-то тут было явно не так, и эта странность все больше и больше беспокоила его, пока Вовка об этом рассуждал.

Впрочем, бояться за свою безопасность ему вряд ли стоило. Сам Вовка считал себя достаточно крепким физически, чтобы не бояться разных странных малознакомых типов, поэтому возможность оказаться в чьей-то чужой квартире, то есть на территории вероятного противника, его совершенно не пугала.

Вместо этого в голове Вовки вдруг возникла совсем другая мысль: «зачем этому загадочному типу понадобилось, чтобы его телескоп был полностью построен?»

Он собрал свои железки, завернул их в относительно чистую ветошь и положил их в карман. Затем убрал стружки со станка, сметя их в контейнер для металлических отходов. Посмотрев на часы, Вовка вдруг понял, что пора отправляться домой, так как сегодняшний день был на час короче обычных будней.

Проигнорировав несколько предложений со стороны своих сотрудников, чтобы задержаться после работы и отметить канун праздника, Вовка зашагал по коридору в сторону раздевалки.

Минуту назад, после долгих размышлений, он принял решение, что обязательно навестит своего нового странного знакомого, захватив с собой все свои детали от недоделанного пока телескопа.

Вовка шел по заводу, и тень странной, немного кривой улыбки играла в этот момент у него на лице. Давнишний разговор с Егором вдруг всплыл в его памяти… Они тогда сидели на качелях у старой песочницы, которая располагалась в дальнем углу Вовкиного двора, и каждый из ребят хвалился тем, сколько у кого есть родственников в городе, и кто из них кем работает. Как оказалось, из пяти или шести ребят, участвовавших в том разговоре, почти все имели в округе кучу всевозможной родни. Многие из названных тогда людей оказались даже весьма представительными и важными персонами, о которых знал каждый человек в городе. Не было в городе родственников только у Егора. Тот как-то грустно отмалчивался во время беседы, а когда у него напрямую спросили, тот ответил, что все его родные дяди, тети и двоюродные сёстры с братьями живут далеко отсюда, а здесь Егор живёт только с мамой и папой…

«Странно как-то это всё — думал Вовка, пока переодевался, чтобы иди домой — Этот тип утверждает, что приходится Егору родным дядей, хотя данный факт вряд ли является правдой. Здесь явно существует какая-то тайна. И я буду не я, если ее не раскрою».