На острие лжи - Наталья Хлызова Страница 24

— Да, — в голосе Артёма не отражалось никаких эмоций.

Покраснев, Иван молча кивнул.

— Что за чушь… — Светлана осеклась под направленными на неё взглядами. — Не знаю. Может быть, — она посмотрела Олегу в глаза, во взгляде отразилось смятение.

— Вот оно, значит, как, — Сергей задумался, что-то прикидывая в уме. — Получается, карты содержат очень личный вопрос. И пока все не расскажут о себе, это место нас не выпустит. Мистика. Но укладывается в схему.

Возражать никто не стал.

— И что теперь делать? — испуганно пискнула Лена.

— Заканчивать Игру и возвращаться домой, — Сергей прищурился. — Пора уже уезжать отсюда. Есть другие мнения?

— Нет, ты прав. — глухо проронил Олег.

— «Что именно и кому вы не смогли простить?» — повторил он основную надпись на своей карточке.

— Я не смог простить предательства и измены любимой девушке. Мы познакомились с Никой полтора года назад. — Он невидящий взглядом посмотрел в окно, и никто не решился прервать паузу. — У нас были общие знакомые, — он чуть заметно кивнул в сторону Сергея, и тот кивнул ему в ответ.

Поймав удивлённые взгляды, Сергей пожал плечами.

— Да, мы общались во внерабочее время.

— Мне казалось, я нашёл женщину, с которой готов прожить всю жизнь, — продолжал Олег. — У нас совпадали взгляды на всё: отношения, семью, дружбу, — лицо исказила горькая усмешка, — по крайней мере, я так думал. Мы никогда не скучали вдвоём. Ника, как и я, много работала, иногда оставалась на суточные дежурства, но это нам не мешало. Через несколько месяцев мы стали жить вместе. Я любил её, как никого в жизни. И она говорила, что любит меня. Дело шло к свадьбе, мы уже назначили дату регистрации, — Олег тяжело замолчал.

— И что дальше? — тихо спросила Лена.

— Всё оказалась ложью, — голос Олега звучал надтреснуто. — Ника всё это время встречалась с любовником, молодым красивым парнем, младше её на четыре года. Она регулярно была с ним, когда уходила на свои так называемые дежурства. Со мной она жила только из-за денег. Ради финансового благополучия он соглашался делить Нику со мной, но когда узнал, что у них будет ребёнок, пришёл для разговора. Больше уступать свою женщину он не мог, и отдавать мне своего ребёнка не собирался, — Олег отвернулся.

Не выдержав, Лена сочувственно коснулась его руки. Вздрогнув, он рефлекторно отдёрнул руку.

— Он показал фото, где они вместе. Оказывается, почти все в её окружении знали об этой связи, и только я узнал обо всём последним, — Олег заскрипел зубами. Исповедь по-прежнему давалась тяжело. — Она, конечно, всё отрицала, — лицо исказилось от воспоминаний, — хотела убедить в своей любви и в том, что ребёнок — от меня. До этого разговора я даже не знал о её беременности, — он сильно провел ладонями вниз по лицу. — Всё. Когда я припёр её к стенке, попыталась изобразить слабость, зашаталась, потом развернулась, и ушла. Как я удержался от того, чтобы не ударить, не знаю! Больше я Нику не видел. Ну, господин ведущий, — он повернулся к Ивану, — какие будут вопросы?

Тот потрясённо покачал головой:

— Думаю, обсуждения излишни. Все согласны?

Остальные молча кивнули, стараясь не встречаться друг с другом глазами. После откровения Олега всем стало неловко, слова не шли. От искреннего, наполненного болью рассказа что-то переворачивалось внутри.

— Предлагаю продолжить, — прервал Сергей затянувшееся молчание. — Третья партия, в которой участники вчерашней Игры честно отвечают на вопросы. — Итак, — Сергей внимательно осмотрел присутствующих, — Артём, Иван, Светлана, вы ничего не хотите сказать?

— Мне нечего рассказывать, — Светлана упрямо помотала головой.

— Света, не дури, всё равно придётся рассказать правду, как бы трудно ни было, — Артём был бледен, — иначе мы все здесь застрянем.

— Мне нечего рассказывать, — повторила Светлана. Несмотря на теплую погоду, девушку била мелкая дрожь.

— Ты уверена? — Олег поднял на неё тяжелый взгляд, и она смешалась. — Кажется, мы выяснили, что всем Игрокам есть что сказать.

— Ваня? — Сергей посмотрел Ивану в глаза. — Начнёшь?

Как ни странно, он больше не злился на него. Раз затронуты личные вопросы, неудивительно, что Иван психанул. Каждый реагирует на стресс по-своему, а обнажать душу никто не любит, это Сергей знал по себе.

— Да рассказывать-то особенно нечего, — было видно, что Иван ощущает сильнейший дискомфорт. — Вы все знаете, что у меня семья, дети. Двое детей, — зачем-то уточнил он. — Денег постоянно не хватает. А здесь всё в одну кучу свалилось: матери деньги на лекарства понадобились, машина посыпалась, потребовались средства на ремонт, да и ребятню нужно потихоньку к осени готовить. Вот я и занял крупную сумму у приятеля, а отдавать — не с чего. Теперь скрываюсь от него, как последний кретин, — Иван хрустнул пальцами. — Стыдно, неловко, а выхода нет. Я поэтому так и обозлился, что мы выехать не можем. На мне долг висит, жена там с ребятнёй одна, а я здесь застрял. Получается, скрываюсь не только от кредитора, но и от семьи. А как подумал, что придётся вам эту историю рассказывать, вообще с катушек слетел…

— Ваня, сколько ты должен? — внезапно спросил Сергей.

— Сто пятьдесят тысяч, — Иван сглотнул.

— Вернёмся в город, возьмёшь у меня деньги, — Сергей пожал плечами, — отдашь, когда сможешь. От меня прятаться точно не нужно будет.

— Да ты что, Сергей, — уши у Ивана заалели, — я так не могу. Не надо…

— Брось, Ваня. Всё, вопрос решён. Осталась самая малость, — Сергей невесело улыбнулся, — выбраться отсюда. Итак, обсуждение, — вспомнил он о своей роли Ведущего.

— Сергей, стой, я не буду… — теперь у Ивана алели не только уши, краска перетекла на лоб, медленно заливая лицо.

— Да что тут обсуждать, — перебила Лена. — Ваня, не майся дурью. Конечно, деньги нужно взять. Ситуация неприятная, но с любым могла случиться. Ты поступил неправильно, но все понял. Сергей — молодец. Ещё мнения будут?

Больше высказываться никто не стал.

— Артём? — в голосе Сергея зазвучала неожиданно мягкая, совсем не характерная для него, нота. — Поделишься?

Артём молчал. Он побледнел ещё сильнее, хотя, казалось, сильнее уже некуда.

— Тёма, я знаю, что произошло с твоей женой, — чуть слышно произнёс Сергей. — Мне очень жаль. Прости, но рассказать придётся.

Артём молча шевелил губами, лицо превратилось в гротескную маску, казалось, жили одни глаза. Потом он медленно уткнулся в ладони.

— Значит, как других поучать, так ты первый, а как до самого дошло — воды в рот набрал, — вызывающе протянула Светлана.

— Рот закрой, — по-прежнему тихо, но очень жёстко сказал Сергей. Встав, он подошёл к Артёму, положил руку ему на плечо. — Тёма, это больно и страшно, но это — жизнь. Я