Варнак. "Мертвая вода" - Николай Зимин Страница 90

Яйцо фороракоса.

Редкий ездовой питомец.

Для активации дайте питомцу имя.

Особенности:

50 уровень – спринт.

100 уровень – повышенная выносливость.

Можно продать, обменять, подарить.

– Жаль, что не легендарка, – вздохнул я, вдоволь налюбовавшись. – Ну, как говорится, с худого фороракоса хоть перьев пучок.

С камбуза потянуло дымком и чем-то жареным. Я покопался на форуме, определив для себя примерную стоимость каждого яйца в пять тысяч. Середняки купят, им зайдет, как родное. Полноценный боевой фороракос, естественно, не вылупится, для этого нужно выбить легендарное, а из этих появится крупный шустрый страус доисторического вида, на котором один игрок сможет быстро передвигаться по локациям. Ничего особенного, та же породистая выносливая лошадь, только проходимей и быстрей. Плюс может клювом долбануть.

Я раскидал очки навыков, довел вторую ступень «Шипа» до потолка, оставшиеся вложил во вторую же «Крепость» и изучил изменения. Теперь заметно утяжеленные звенья щеголяли хорошими такими лезвиями, а шип на конце напоминал граненый наконечник копья, длиной сантиметров в пятнадцать. Я отдал мысленную команду и шип превратился в матовый, хищно загнутый крюк.

– Неписям лучше не показывать, – уныло отметил я, пряча цепи. – Это орудие пыток, а не благородный меч. Все принцессы разбегутся. Что за гадство, а?

Размышления прервала Айне, что сыто отдуваясь выбралась из камбуза. В руках фея держала глубокое блюдо с жареными моллюсками. Устроившись в кресле, она вилкой принялась отправлять в бездонный желудок несчастных морских обитателей, жуя не спеша и закатывая глаза. Судя по сытому виду основное блюдо уже в фее, а это так, легкий перекус после обеда.

– Рассказывай, – прочавкала Айне, – как ты до такого дошел? В смысле – грязь, перья, курлыки. А сокровища добыл или как всегда?

Я с неудовольствием покачал головой, глядя на развалившуюся нахалку. Мелькала вилка, челюсти работали, как жернова. Фейка разохотилась и принялась ускоренно истреблять моллюсков, с треском разгрызая панцири, ленясь выковыривать нежное мясо.

– Три куриных яйца, – объяснил я, глядя как в посудине показалось дно. – Фороракоса, если точнее. Птиц такой, нелетающий, здоровый, как сарай.

Я показал трофеи.

– Яйца это хорошо, – Айне облизала вилку и с сожалением отпихнула пустое блюдо. – Главное – толково ими распорядиться.

– Ушам не верю! – восхитился я. – И что, по-твоему, нужно сделать?

– Высиживать, – серьезно объяснила Айне. – Получатся куры и будут яйца каждый день.

– Нам только курятника не хватает для комплекта.

– Яишенка, – Айне пустила слюни, – по утрам. А из таких агромадных яиц, да если их будет много?

– Угомонись, – попросил я, – нам в океане болтаться чуть осталось. Сомневаюсь, что дойдет даже до цыплят. Впрочем, если сильно хочешь – бери, да высиживай. До первого аукциона.

– А как?

– Свей гнездо из сена в ящике, сядь и жди, пока снизу не постучат, – объяснил я. – Как-то так. И вообще, кто из нас лесной житель? Ты же спец по разорению гнезд, а не я.

– Печку затоплю и пусть они рядышком греются, – вывернулась Айне, покосившись за спину. – Не хватало еще, чтобы мне попу клевали.

– Ремень по ней плачет, – согласился я, – а не клюв. Бери и делай, что хочешь. Только не разбей.

– А что еще добыл? – Айне неумолимо кружила рядом, как акула вокруг трепыхающегося водолаза. – Я ведь напарница, я в доле.

– Бочку яда. Хочешь нацежу стаканчик-другой?

Айне поспешно затрясла головой.

– Перьев на сто подушек.

– Давай!

Я выбрал штук двадцать покрасивее и отдал фее вместе с яйцами. Пусть на камбузе разводит, лишь бы отстала. Нужно уйти подальше в океан, да в реал выбрасываться. Устал здорово. Яйцам от ящика с сеном ничего не сделается, а перья не жалко, ими весь инвентарь забит.

– Не утопи корабль, – предупредил я, вызывая интерфейс. – Я отскочу ненадолго.

– Угу, – зевнула Айне. – Пойду гнездо делать.

Вернувшись, я уловил дымок из камбуза, где ненасытная фея кашеварила чего-то. «Мертвая вода» с заклиненным штурвалом мчалась вслепую, ветер усилился, а палуба под ногами ощутимо качалась.

– Ого, – удивился я, оглядывая потемневший горизонт. – Только шторма не доставало.

– Напарник, привет! – крикнул Айне из камбуза. – Я обед готовлю!

– Бывает, – хмыкнул я. – И что в меню?

– Яишенка!

У меня подкосились ноги. Дверь с треском распахнулась, но исправлять содеянное было поздно. На огромной сковороде шкворчала и брызгала жиром яичница примерной стоимостью в пятнадцать тысяч. Фея помешивала ее вилкой и пискляво напевала под нос песенку.

– Твою мать…

– Что?

– Хозяюшка, говорю, растет, – бессильно произнес я, усевшись на койку. – Молодец, говорю, золотце лесное.

– А то! – вздернула носик Айне, орудуя солонкой. – Все, готово. Прошу к столу!

– Ешь сама, – горько произнес я, – тебе расти надо.

– Как знаешь. Впрочем, мне самой тут на один укус...

Я выудил из инвентаря бутыль рома и сделал великанский глоток. Горечь утраты не смылась. Со второго и третьего приема тоже. А фея чего-то напевала под нос и уплетала драгоценную яичницу за обе щеки. Я завороженно смотрел, как отличный куш исчезает в бездонном нутре и силился понять, как я не додумался до такого закономерного, в общем-то, итога.

– Ты же высиживать собиралась? – безнадежно спросил я, догадываясь, что услышу в ответ. – Типа в ящике, у печки?

– Да ну, – Айне отмахнулась вилкой, брызнув жиром на стол. – Столько времени впустую тратить. Месяц или больше? Я вспомнила, сколько курицы сидят, так что нам это не подходит. Так чего добру пропадать?

– И то верно, – согласился я. – Лучший вариант