Буран, Тайга и Асмодей. Пора домой - Денис Чистяков Страница 61

За гнусавым голосом последовал новый удар ногой, который я заблокировала, вскинув руку. Новая пронизывающая боль и поток злости на Диму. Удар Никитоса я пропустила. Он пришелся по ребрам и заставил меня снова упасть на снег.

– Валим! – Тут же объявил Никитос.

– Ни…уя! – Серый накинулся на меня с новыми ударами, – Вот сломаю этой суке нос, тогда и рассчитаемся.

– Рассчитались уже!

Мне удалось откатиться в сторону как раз вовремя, чтобы увидеть, как Никитос с ухмылкой демонстрирует приятелю мой телефон и кошель. На какое-то мгновение наши взгляды с Серым встретились и, сплюнув в мою сторону, он рванул за приятелем, бросив напоследок «пи…ор!».

– Эй, парень, ты как цел?

С большим запозданием возле меня объявилась какая-то девушка. Я даже не успела рассмотреть лица. Злость, огнем растекающаяся по венам, буквально подбросила меня на ноги, и я бросилась за ворами.

Они свернули в тот самый сквер, куда хотели затащить меня. В мире, где существуют стражи порядка, я бы уже звала стражников, но здесь их, очевидно, не было и на помощь равнодушных прохожих рассчитывать тоже не приходилось. Теперь я начала понимать, почему Андрей или Дарлис говорили о том, что этот мир опасен. Но теперь в этом опасном мире появилась опасная я!

Вероятно, решив, что я не скоро смогу подняться или не рискну связываться с двумя отморозками, воришки сильно не спешили. Но когда Никитос заметил меня, они тут же ускорились, перейдя на бег. Я догадывалась, что здесь они могут снова меня подкараулить, но высаженные рядами деревья и кусты не предоставляли больших возможностей для засады. Впрочем, людей здесь было совсем не много и воришки могли особо не таиться.

Боль от ударов под натиском адреналина унялась, но бегуном Дима тоже не был, и довольно скоро меня стала мучить отдышка.

– За добавкой пришел?!

Как я и ожидала, парни замедлили бег, добравшись до безлюдного места в сквере.

– Верните мои вещи, и я вас отпущу, – Едва сдерживая злость, ответила я.

– Ты мне нос сломал, п…дор!

Серый остановился, злобно таращась на меня. Кровь на его шарфе задубела, и теперь он топорщился, царапая и раздражая лицо вора.

– Если хочешь, чтобы мы тебя отпустили, подставляй морду!

Я краем глаза заметила движение и успела увернуться от снежка, брошенного Никитосом, вышедшим из-за деревьев:

– Пускай сам мордой об дерево уеб…тся, – Предложил сопливый.

– Тоже вариант. Давай, пе…ик, с разбега вон об этот ствол. Сниму тебя, долбо…ба для инстаграма.

Я смотрела прямо на Серого, даже не взглянув туда, куда он указывал. Там, у дороги я была растерянна. Моя голова была занята вопросами, которые не имели решений, но сейчас в ней наступила предельная ясность. Быть может в этом теле я не могла рассчитывать на всю свою силу, боевые навыки хранились не только в мышцах, но и в голове. Раз уж здесь закона нет, значит, этим законом буду я:

– Верни. Мои. Вещи! – Уже почти рыча, произнесла я.

– Разх…ярь себе нос, пи…р…

Дальше я слушать не стала, приняв окончательное решение двух воров сдохнуть за телефон и кошель. Одни прыжком я почти добралась до Серого, но тут ожидаемо подскочил Никитос. Именно он и был моей целью, поэтому едва оказался рядом, как я, вскинув ногу, ударила его прямо в лицо. Парень, взмахнув руками, тут же рухнул на спину, разбрызгивая кровь и сопли. Пока Серый, разинув рот, таращился на друга, я схватила его за горло и с размаху впечатала в ствол дерева, сильно приложив затылком. Едва он осознал свое положение, как я со всей силы ударила его коленом в живот. Парень повалился на снег, задыхаясь, как совсем недавно задыхалась я. Далеко не лучший день эти двое выбрали, чтобы ограбить меня! Казалось, во мне разом собралась вся злость, на какую я была способна. Конечно, дело было не в украденном телефоне или кошеле. Во мне кипела обида на все те невзгоды, которые обрушились на меня за последние несколько месяцев. От наполненного болью и печалью письма, составленного в Мисталире, я перескочила к безудержному желанию уничтожать все вокруг. Это случилось именно сейчас, когда два малолетних дурачка решили поиграть в бандитов!

Я с силой ударила Серого по ребрам, хотя никогда прежде не избивала лежачих. Никитос все еще валялся, хныкая в прижатые к лицу ладони. Похоже, я не только сломала ему нос, но и выбила пару зубов. Совесть где-то в глубине пылающей ярости твердила мне, что это всего лишь дети, но разум жестко напомнил, что в этом мире люди, возможно, иначе проживают годы и эти с виду молодые парни на деле могут оказаться столетними мужиками.

Я склонилась над стонущим Серым, схватив его за ворот и ткнув лицом в снег:

– Мой телефон и кошель, живо!

Парень затрепыхался, пытаясь достать меня рукой, но я тут же ударила его лицом об лед. На нем появились новые разводы крови.

– Сука! Ты труп! – Завыл, шепелявя Никитос.

Он, наконец, поднялся на четвереньки и из этого положения решил броситься на меня. Я просто отскочила в сторону, отпустив Серого. Никитос поскользнулся, заплясал на льду и, наконец, выпрямившись, завопил на меня:

– Убью, падлу!

Теперь, без передних зубов он больше походил на бандита. Еще больше сходства добавил нож, появившийся в руке… Крошечный, но явно острый. Парень кинулся на меня, вынудив отскочить от хрипящего Серого. Никитос размаивал ножом, будто слепой. Никакой логики в его движениях я не видела, и это даже отрезвило меня. Совесть настойчивей заявила, что передо мной всего лишь подростки и в этот раз, мне было сложнее ее унять.

– Отдайте телефон и кошель, – Уже спокойней потребовала я, отойдя подальше от психующего Никитоса.

К этому времени Серый очнулся и, поднявшись, бросился на меня. Я отскочила в сторону и, ухватив его за капюшон, направила в дерево. Все остальное он сделал сам, впечатавшись в ствол и задыхаясь от забившей рот и нос крови. Единым движением я увернулась от выпада Никитоса, который внезапно заскользив, полетел на своего приятеля. Я не видела, куда угодил нож, но Серый взвыл и повалился на приятеля, уже растянувшегося на льду.

Я отбросила ногой, выпавший из рук Никитоса нож и прижала парня коленом к земле:

– Ты сдохнешь, урод! Гребаный пи…с! – Надрывался сглупивший воришка.

Я, не церемонясь, засунула руку в карман его крутки и