Игра 1. Лиз - Tina Jay Rayder Страница 5

— Это еще что?

Браслет, разумеется, тоже не ответил.

Я попыталась его снять. Очень умно. Очень продуктивно. Браслет не сдвинулся ни на миллиметр. Даже не дрогнул. Я подцепила его ногтем, крутанула, дернула — ничего. Как врос.

— Просто замечательно. Еще и украшения мне тут нацепили без спроса.

В этот момент от стены куба послышался странный звук. Такой, будто внутри что-то щелкнуло, зашуршало и ожило. Я отскочила назад быстрее, чем успела подумать.

На белой поверхности проступил текст.

Черные буквы всплыли прямо на стене, будто экран включился. Сердце тут же вдарило по ребрам. Я сделала еще шаг назад, просто на всякий случай. Мало ли. Вдруг сейчас из стены вылезет рука, схватит меня за шкирку и втащит обратно за плохое поведение.

Но стена ограничилась текстом.

Я сглотнула и начала читать.

Елизавета, добро пожаловать в Игру.

На вашей правой руке находится браслет Игрока. Он фиксирует ваши Способности.

В Игре есть три вида существ: Игроки, Проекции, Животные.

Игроки — участники Игры, такие же, как вы.

Проекции — часть Игры. Они похожи на людей, но их природа отличается от вашей.

Животные — существа Игры. Они могут быть как безопасны, так и опасны.

Ваш мозг и нервная система синхронизированы с Игрой. Вы будете чувствовать все, что происходит здесь: боль, вкус, прикосновения, холод, удовольствие.

Часть информации для построения мира берется из вашего сознания. Не удивляйтесь знакомым образам.

Вам необходимо пройти Игру, чтобы покинуть ее.

Способ прохождения вам предстоит определить самостоятельно.

Постарайтесь не умереть.

Смерть в Игре означает смерть в реальности.

Удачной Игры.

Я дочитала до конца. Потом еще раз. Потом уставилась на последнюю строчку, как на личное оскорбление.

— Постарайтесь не умереть? — вслух переспросила я. — Серьезно? Очень ценный совет, спасибо. А то я уже собиралась немножко умереть для разнообразия.

Текст медленно исчез.

И вот тогда меня накрыло.

Не истерикой. Пока нет. Слишком рано для красивого нервного срыва. Сначала пришла злость. Такая чистая, холодная, звонкая, как если бы у меня внутри резко натянули струну.

Смерть в Игре означает смерть в реальности.

То есть это не игра-игра. Не симулятор. Не “вы проиграли, попробуйте снова”. Это ловушка. Очень красивая, очень подробная, с морем, небом, платьем, белыми кубами и психованными шепотами про “ты можешь всё”, но ловушка.

— Нет уж, — тихо сказала я. — Вот это мне уже совсем не нравится.

Я села в траву прямо перед кубом, поджала ноги и уставилась в пустоту.

Хорошо. Что мы имеем?

Я — здесь.

Где “здесь” — неизвестно.

Смерть — настоящая.

Мир каким-то образом строится из моей головы. Очень мило. Значит, если тут дальше выскочит моя училка по математике, я вообще не удивлюсь.

Выйти можно, только “пройдя Игру”. Как именно — никто не скажет.

Способности. Какие-то. Браслет их “фиксирует”, но пока выглядит так, будто фиксирует исключительно мое желание его отгрызть.

Игроки — это люди. Такие же, как я.

Проекции — не совсем люди. Но на людей похожи.

Животные — животные. Ладно, с этим пока проще всего.

И я здесь одна.

Последняя мысль оказалась самой неприятной.

Потому что красота красотой, море морем, а одиночество я и в реальности уже наелась. Спасибо, добавки не надо. Мне бы, наоборот, кого-нибудь живого. Хоть одного. Не для того, чтобы прятаться за чужую спину. Нет. Просто чтобы не чувствовать себя единственным тараканом, случайно выжившим после конца света.

Я поднялась и снова посмотрела на горизонт.

Лес был слева. Море — впереди, чуть правее. За спиной луг тянулся еще дальше, пока не упирался в какие-то темные размытые линии. То ли холмы, то ли горы, то ли мое зрение уже решило, что с него хватит.

И где-то очень далеко, почти на грани видимости, будто что-то темнело. Не сразу заметишь, если не прищуриться.

Я вгляделась.

Да. Там точно что-то было.

Не просто пятно. Не лес. Что-то угловатое. Вертикальное. Слишком правильное для природы.

Город?

От одной этой мысли внутри что-то шевельнулось. И радость, и тревога сразу. Потому что город — это люди. А люди — это либо спасение, либо новые проблемы. Обычно и то, и другое вместе.

Но до города еще надо было дожить.

Я решила сначала немного проверить, как тут все работает, пока рядом нет никого, кто мог бы меня убить, обмануть или просто посмотреть как на сумасшедшую. Хотя, если честно, последнее мне уже было почти родным.

Для начала я попробовала прыгнуть.

Невысоко.

Просто чтобы убедиться, что полеты не включаются от каждого чиха.

Прыгнула. Приземлилась как обычно.

Хм.

Ладно. Еще раз. С тем самым внутренним “я могу”.

Подпрыгнула выше. Намного выше, чем должна была. Приземлилась мягче, чем ожидала.

— Ага, — пробормотала я. — Значит, не показалось.

Я попробовала еще раз. Потом еще. Поймала ощущение. Оно было странное. Не как мышца, которую напрягла. Не как команда телу. Скорее как согласие. Вот я решаю, что сейчас это возможно — и мир в ответ чуть поддается. Но только если я не начинаю сама себе мешать.

Как только в голове всплывало: “А вдруг не выйдет?” — тело тут же тяжело шлепалось вниз по всем правилам обычной земной физики.

— То есть ты здесь еще и с моей самооценкой работаешь? — мрачно спросила я пространство.

Пространство не оправдалось.

Я походила по лугу, попробовала чуть ускориться, чуть выше подпрыгнуть, чуть дальше шагнуть. Где-то получалось, где-то нет. Все упиралось не в силу, а в это мерзкое внутреннее место, где ты либо веришь, либо начинаешь себя же разубеждать.

Очень неприятное открытие.

То есть в нормальной жизни все уже достаточно сложно, а тут ты еще и сама себе главный враг. Очень вдохновляет.

Через какое-то время я поняла, что устала. Не сильно. Скорее голова устала. Тело было странное: легкое, собранное, слишком быстро отходящее от усилий. Но мысли начали путаться.

Я села на траву, обняла колени и уставилась в море.

Оно было красивое. Настолько, что почти бесило. Синее, спокойное, с длинной блестящей дорожкой света. Слишком похоже на настоящее. Если бы не белый куб за спиной, я бы, наверное, почти поверила, что это просто какой-то дурацкий сон на фоне переутомления.

Интересно, а тут вообще