Многогранник - Артемис Мантикор Страница 19

В случае с техноцитом это был не страх перед неизвестным, а радость, потому как его операторы наслаждались бесконечной работой без отдыха, причём работой, требующей полной отдачи. Именно из-за этого духовный ресурс у них стачивался. И грозил начать стачиваться ещё быстрее.

Для мёртвых секторов лишение ценных операторов было ударом. Ведь даже захотев набрать себе новых, наместники бы столкнулись с тем, что в их секторах рекрутировать было банально некого. Начало нарастать недовольство и тут.

И, несмотря на всю машинную преданность, алгоритмы двадцать третьего начали расходиться с общей линией техноцита. Тахион шёл на всё более жёсткие меры, чтобы подавить восстания и вернуть власть над секторами Мракрии до двадцать второго. Возможность ещё одного очага восстания для его империи означала стать на шаг ближе к падению.

Затем случилось какое-то событие. Подробностей об этом в логах не было. Но если коротко, техноцитовое войско бывших секторов Хостера взбунтовалось, утверждая, что царь на техноцитовом троне не настоящий.

Далее логи обрывались.

Чем закончилось восстание для остальных секторов, было неизвестно, но здесь Тахион пришёл лично и поразил наместника. А дальше…

— А как техноцит мог взбунтоваться? Они же запрограммированы служить королю, нет? — уточнил Мерлин.

— Здесь нужно лучше понимать то, как мы устроены, — ответила Аси, не снимая шлем. — Мы — это изолированный сервер душ. Это похоже на амальгаму из множества сущностей, только главной на сервере установлена конкретная душа. Остальные привязываются к ней и объединяются в общую цель. Эта сеть делает нас единым существом, подчинённым парадигмой главной душе.

— Типа, воля всего техноцита сервера в одном существе, которое является главным? — уточнил я. — И правда похоже на амальгаму.

— Это техногенная динамическая амальгама… ну, так Мрак говорил, я в этом сильно не разбиралась, — ответила Аси. — А сами наместники соединены в такую сеть уже с главным сервером — королём. Затем подданство сменилось на Тахиона, но парадигмы старых наместников остались прежними. Прежде всего защита Чёрной Дороги. Если что-то вредит этой цели, то это — враг.

— Тахион тоже всё это знал? — удивился я. — Тогда он, получается, не очень умный.

— Скорее всего, у него не было выбора, — ответила Аси. — Если было восстание, то он должен был его подавить, чтобы не нарушать логику защиты Чёрной Дороги. Главные постулаты Мракрии преследуют на троне и его.

— Мракрия сам был заложником трона, — кивнул я. — Потому он был в последний момент даже рад оставить эту роль, потому что не мог избавиться от неё самостоятельно.

— Типа того, — ответила Аселла.

— Грубо говоря, цель вроде бы общая, а как её достигать, каждый сервер думает исходя из своих возможностей и понимания ситуации. Отсюда возникает ошибка, — добавила Сайна. — В этом была главная ошибка этой системы. Она была очень завязана на гениальность Мракрии, который поддерживал её в идеальном состоянии.

— Тахион достаточно умён, насколько я его помню, — сказала Аси. — Я его помню ещё с прошлой жизни, где он был каким-то магистром в академии. Вроде как раз друидизм преподавал. Тоже был умник и интриган. Но… Мракрия был настоящим гением. С ним никто не сравнится.

— Арк… — неожиданно серьёзно сказала Сайна и повернулась ко мне. — Ты должен пройти терминал. У нас хватит энергии на то, чтобы ты взял вторую способность.

— С чего вдруг такая резкая смена темы? — удивился я.

— Прикинула, сколько времени займёт подключение маны к ядрам твоего лангольера. Затем поговорила с Аси…

— Арк, — продолжила сама бывший наместник. — Я, конечно, так, приблудилась к вам и не буду навязывать своё мнение. Это вообще немного… не в духе равнодушной ко всему Ангедонии, но будет правильно, если ты будешь поддерживать Чёрную Дорогу вместо техноцита. Ты ведь тоже умный и всё такое.

— Почему тебя это так заботит? — удивился я. Это действительно было первой просьбой от Аселлы на моей памяти. Эволюция не в счёт, тогда это была больше воля Альмы.

— Просто… будет неправильно, если наследие Мракрии вот так просто исчезнет. Чёрная дорога — единственный способ объединить множество секторов воедино. Мы все много работали, чтобы это место существовало. Мне грустно смотреть, как то немногое хорошее, что мы сделали в этот период моей жизни, будет смыто пересборами.

— Я тоже так думаю, — сказала Сайна Синица. — Благодаря дороге мы можем торговать с другими секторами. На поверхности, насколько я знаю, не летает никто кроме Зовущего Птиц. Если мы допустим разрушение Дороги в этих секторах, то навсегда потеряем возможность связи с двадцать восьмым сектором и дальше.

— А причём тут терминал и та способность? — спросил я, всё ещё не понимая, к чему клонят девушки.

— Если описание модификации верно, — встала на их сторону Тия, — то эта сила позволит тебе не только полностью контролировать лангольера и снизить расход энергии, но и полностью подчинить техноцит, добавив растительную цепь. Тогда задача по охране дороги от пересбора стала бы намного легче.

— Чтобы система не пересобирала Чёрную Дорогу, здесь должны быть проходчики, которые будут следить, чтобы не наступил пересбор. Где мы найдём столько людей?

— Часть моргфреймов можно было бы ассимилировать растительной цепью, — сказала Аселла. — В некоторых ещё есть частицы душ проходчиков. Они слишком слабы, чтобы переродиться, духовного ресурса там крохи. Но они ещё могут выполнять функцию по охране Дороги.

— Тогда я взвалю на себя разрушение духовного ресурса, — задумался я. — Хотя Система и так уже натравила на меня всех, кого могла.

— Думаю, что ещё не всех, и Фрау Труда там не единственная, — предположила Сайна.

— Если ты дашь техноциту свободу воли, духовный ресурс не будет разрушаться, — заявила Аси.

— И они будут по своей воле защищать дорогу, как делали это при Мракрии принудительно? Где логика?

— В покое Алолесья, — сказала Аси. — Наги ведь служит Ордену, хотя является фактически техноцитовой формой благодаря терминалу Мракрии. Но, как видишь, каждый из нас может быть сервером, а не его рабом. Алолесье приносит покой и заботится. А это — осколки измученных душ, обезумевших от боли и страха в теле моргфрейма. Подари им стихию цветов зла, как