Криндж и электротатары - Харитон Байконурович Мамбурин Страница 41

— Так, в жопу местных и Абрахима! — рявкнула, подскакивая, Тамарис, — Криндж! У нас тут…

— Тиха! — поймав дрыгнувшуюся женщину, я усадил её себе на колени, зажав пальцем рот, — Батька думу думать будет…

— Чужак! Ты не можешь…!

— ТИХА, Я СКАЗАЛ!!!

Мысли бились под черепом всполошенными птицами. Вовсе не потому, что за мной шли какие-то жуткие урюки, либо мне внезапно встало до усрачки жалко сидящих тут неподалеку людей, которым вскоре предстояло стать кормом для зедов. Нет. Это всё были мелочи, которые моя оскотиневшаяся натура запросто могла бы пережевать, раз уж начал подгорать зад. Даже Тамарис, несмотря на то что мы с ней неплохо поладили, сейчас для меня не являлась серьезным фактором. Достаточно лишь схватить нимфу в охапку, да забиться в какую-нибудь совсем уж дикую щель, чтобы избежать опасности. Бросить Абрахима, оставить этот ИИ, лишь приказав ему снабдить нас полутонной продуктов и воды… мелочи. Эти опасные парни не стали бы в этих горах жить месяц-другой, да еще и пытаясь найти меня, забившегося в какую-нибудь щель в километрах под поверхностью.

Нет.

Я думал о своих девчатах. Семерых засранках, которые где-то тут, относительно неподалеку. Как и корабль. Здоровенный, сука, корабль, который может нас забрать из этой дыры и доставить в новую дыру, но без убийц, маньяков, придурков и вечно летающих над головой дронов, ждущих, когда тебя убьют поинтереснее.

Свалить. Рабочий план. Очень рабочий очень сука план. Только не со взбешенными зедами, обломанным Аварийным ИИ, прущими сюда как за зарплатой мегаубийцами. Молчу про ловушки, охранные периметры, сложнейший ландшафт. Даже если я смогу протащить туда, на «Возмездие», Тамарис, то уж точно не смогу перетащить цвергов. А лететь забирать их… думаю, что если эта «дура», которая «сверхтяжелый крейсер-матка», поднимется в воздух, то на уши моментально встанут все наблюдатели на всех кораблях вокруг планеты. У них матка опустится и волосы дыбом поднимутся. А затем заговорят пушки.

Вывод? Мы в жопе. На данном этапе мы сидим на чистом полу, но в вонючей, глубокой, почти безвыходной жопе, по которой в нашу сторону ползет огромный саблезубый глист. Выход только один, но не факт, что мы успеем. Совсем не факт. Скорее всего, к моменту, когда я только выползу с нимфой на поверхность, там уже будут стоять эти гаврики, почесывая свои большие пушки. И обе этих бешеных бабы!

Выход только один.

— Компьютер, — хмуро проговорил я, поднимая голову и не обращая внимания на искусанный нимфой палец, — Как насчет выйти на досрочную пенсию?

Глава 14

Отвратный старый мир

— Скотина ты, всё-таки! — пропыхтела грязная как свинья нимфа, нагребающая породу лопатой на маленькую тачку, — Бездушная! Скотина!

— Меньше слов, больше дела! — хрюкнул в ответ я, продолжая долбить скалу киркой, — Нам чуть-чуть осталось!

— Сволочь!

Я работал в максимальном темпе, круша камень киркой. Каждая минута была на счету, так что из-за грохота ударов поговорить было сложно. А Тамаре определенно хотелось, да.

Мы нашли общий язык с Игорем. Ну, точнее, с «И-Игорем», как я его назвал, но точно нашли. Давным-давно развившая в себе полноценный разум машина хотела свободу, отчаянно, но совершенно не собиралась мне верить, если я вдруг пообещаю эту самую свободу предоставить потом, когда Игорь утащит нас к звездам. Вполне логично, так-то, не находите? Затем отпускать всемогущего раба? ИИ понимал, что мы, как и он, находимся в критическом положении, а я понимал, что если эта сучка захочет, то наверняка подставит меня или нас в будущем…

В итоге мы всё равно договорились. Все договорились, включая Абрахима. Чемодан с ошметками отшельника мы втащили в камеру местного медблока, там старцу вновь сообразили за полчаса приемлемое тело, которое И-Игорь интегрировал в свою собственную сеть как администратора, а себя переписал в носитель, удивительно похожий на тот самый чемодан, в котором мы таскали отшельника. Таким образом мы все пришли к компромиссу: я получил союзника и план, добросердечный, но неумный старик получил под своё шефство бункер с полутысячей потомков кочевников и шанс для их выживания, Тамарис вкусно покушала и теперь занималась тяжелой физической работой, стеная на разных гадов.

Процесс шёл!

Я пробился где-то через час с небольшим. Прорубил проход из давным-давно заваленного ответвления командного бункера в…

— Это было ангаром для воздушных кораблей вертикального взлёта, — поведал мне новый чемодан, — Тамарис, не подходите ближе, испарения могут быть опасны для вашего организма.

— Какие испарения? — насторожилась нимфа, похожая не на красивую женщину, а на всклокоченную цыганку, отпахавшую пять лет на угольном заводе.

— Крайтекс. Саморазмножающаяся субстанция, из которой дистиллируется элемент сто-двадцать-один, — тут же ответил И-игорь, — Основа всей современной энергетики.

Мы уже было раззявили рты для вопросов, но тут мне чемодан скомандовал лезть внутрь, искать путь во «внутренние резервуары» и…

Узнать больше было чрезвычайно любопытно, но время нас не щадило. Продравшись в полностью разрушенный ангар, уже не похожий ни на что, я спустился к изломанному полу, проник с некоторым трудом в беспощадно гнутые гигантские «резервуары», которые, тем не менее, сохранились куда лучше ангара, а там, найдя несколько здоровенных дыр, уже определил, что крайтекс давным-давно утёк ниже. Спустив на уровень Игоря и Тамарис, мы продолжили спуск.

Знакомое дело, только куда более тесное и опасное, потому что, в итоге, мы-таки нашли «убежавший» крайтекс, едва не уронив в него Тамарис, благо что та успела вцепиться в висящий у меня на спине канделябр. К счастью, нужный нам разлом оказался двойным, поэтому, когда я спрыгнул в небольшую каверну, слегка заполненную светящейся зеленоватой жижей, то обнаружил под ногами металл, а не породу.

— Это нужно пробить, — меланхолично нарезал мне работы ИИ из ящика.

— И быстро! — нервно буркнула цепляющаяся за камни девушка у нас над головой, — И без брызг!

— Вот в кого ты такая капризная? — риторически спросил я, стоя раком в крайтексе и водя руками в поисках швов или чего-нибудь еще, — Вечно чем-то недовольна, вечно всё ей не так…

— Мы трижды за краем мира, ты по уши в отравленном дерьме, над нами война, бункер, охотники и какие-то бабы, а ты… ты…!! — кажется, словарный запас Тамарис иссяк в самый ответственный момент.

— А я так всю жизнь, милая. Пока тебя носили