Пробуждение - Егор Аянский Страница 25

— Вздор! — оборвал собственные мысли ученый. — Он просто умело притворялся новичком, чтобы спланировать это убийство. А маяк в кабинете поставил еще до визита ко мне.

И тем не менее, будучи истинным адептом науки, Эдельштейн решил исключить самые безумные вероятности, а потому присел на корточки и сдвинул правое веко юноши вниз.

— Э-э-э⁈ — он резко отшатнулся назад и схватился за грудь.

Сердцебиение профессора ускорилось до опасных значений. Не чувствуя в себе сил подняться на ноги, он опустился на колени и на четвереньках пополз в подсобку. Метр за метром, метр за метром…

Коридор. Дверь. Рабочий стол.

Телефон!

Осталось только набрать номер экстренной связи и после этого можно позволить себе прилечь.

Несколько секунд он нетерпеливо слушал монотонные гудки, пока в трубке не раздался сухой металлический голос:

— Что-то серьезное?

— Борис… убит… — задыхаясь произнес ученый. — И есть еще кое-что…

— Достаточно! — остановил его собеседник. — Оставайтесь на месте и никуда не уходите.

Краснодарская Метрополия, Сектор B , частный особняк Шерстобитовых.

— Вот же дерьмо!! — изрядно подвыпивший начальник Краснодарского УКО яростно швырнул хрустальный бокал в стену и со зловещей ухмылкой уставился на разлетевшиеся осколки.

Все катилось к черту. Пацан будто сквозь землю провалился, а Гриднев так и не вышел на связь.

— Пап? С тобой все в порядке? — в дверях гостиной появилась сонная физиономия Игоря. — Так-то половина второго уже!

— В по… порядке, сынок! Иди спи, — Шерстобитов-старший поднялся с кресла и шатающейся походкой двинул к буфету за новым стаканом.

Неожиданно зазвучавшая трель заставила его вернуться к столу. Звонил мобильник, который был зарегистрирован на подставное лицо. И, судя по начальным цифрам номера, полночный абонент являлся гражданином круга E.

— Вот же босота паскудная… Совсем оборзели.

Сергей Алексеевич уже было хотел сбросить вызов, но в последний момент передумал и яростно вдавил зеленую иконку на дисплее:

— Слушай сюда, мудила! Ты, вообще, в курсе кому звонишь?

— Ал… Алло? — сбивчиво произнесли на том конце. — Это мама… мама Кости Клейменова…

Шерстобитов мгновенно протрезвел.

Неужели пацан нашелся?

— Успокойтесь, — он сконцентрировался и попытался вернуть контроль над собственным языком. — Что у вас случилось?

— Там… Там у меня… — женщина внезапно разрыдалась и с трудом выдавила сквозь слезы.– Я б… боюсь… П-пожалуйста, приезжайте…

— Еду! Больше никому не звоните и оставайтесь дома!

Входная дверь квартиры оказалась открытой, а саму хозяйку Сергей Алексеевич обнаружил сидящей на полу в прихожей. Увидев «полицейского», Наталья Викторовна дрожащей ладонью указала на кладовку, из-под двери которой уже набежала лужица красной жидкости.

Шерстобитов осторожно приблизился, потянул ручку на себя и нервно сглотнул. Внутри темной каморки среди старой обуви, покоилась массивная человеческая рука, сжимающая выдранный подголовник нейрокресла. Чуть левее нее расположилась передняя часть черепа ее хозяина, которого он мгновенно узнал.

— Г-г… Гриднев? Что-о-о?!!

Сергея Алексеевича аж затрясло, причем не сколько от нелепости ситуации, сколько от восторга. За свою насыщенную смертями жизнь он видал вещи и покруче, особенно после появления в его отделе Бессоновой. Но та лишь уродовала своих жертв, а представшая перед ним работа принадлежала настоящему ювелиру. Таких идеально ровных срезов можно добиться только медицинским лазером или же…

Невовремя закрывшимся порталом?

И этот трюк исполнил сбежавший пацан?

— Ах-ха-ха!!! Никак за друзей отомстить решил! — истерично расхохотался ликвидатор. — Да у тебя слоновьи яйца, кузнечик! Ну спасибо, дорогой. Я бы лучше не справился!

— Кузнечик? Яйца? Что вы такое несете? — раздалось позади возмущенное всхлипывание. — И вообще, почему от вас разит алкоголем? Почему вы приехали без формы? Я завтра же напишу жалобу Виктору Георгиевичу!

А вот это совсем некстати… Не хватало еще терок с начальником местной полиции!

Сергей Алексеевич развернулся к матери приговоренного:

— Встать!

Взгляд хозяйки квартиры мгновенно остекленел. Она поднялась на ноги, прижала руки к бедрам и застыла, словно манекен.

— Неси половую тряпку, моющие средства и мусорные пакеты, — отдал он новый приказ.

Наталья Викторовна дерганной походкой направилась на кухню и через минуту вернулась обратно, неуклюже держа в руках все перечисленное.

— Умница! Теперь наша с тобой задача сделать так, чтобы ни одна экспертиза здесь ничего не нашла. Начнем с мытья пола.

Женщина покорно отправилась в ванную и включила воду.

В это же самое время, во дворе того же дома.

Алена Бессонова терпеливо ждала внутри арендованной машины, припарковавшись на углу соседнего строения. Идея последить за начальником в очередной раз принесла плоды и теперь лишь оставалось узнать, чем этот ночной визит закончится. Она догадывалась, что в квартире Клейменовых прямо сейчас происходит что-то интересное, однако заходить в подъезд побоялась. Хороший психокинетик способен засечь разогнанное фалью сознание в радиусе полусотни метров не напрягаясь.

Примерно через полтора часа дверь подъезда открылась и оттуда показался Шерстобитов со связкой черных мусорных пакетов. Он торопливо погрузил их в багажник, после чего уселся за руль и выдвинулся в сторону главной дороги.

Кажется не заметил. По крайней мере она не ощутила на себе и толики ментального воздействия.

Пора!

Алена стремительно вбежала в подъезд, взлетела по ступенькам на третий этаж и несколько раз постучала в дверь Клейменовых.

С той стороны не раздалось ни звука.

Взломать?

Девушка сконцентрировалась. Предметы вокруг запели на разные голоса, но ей нужен был только один. Через пару секунд замочная скважина покрылась инеем, достигнув близкой к абсолютному нулю температуре.

Небольшое телекинетическое усилие…

Дзинь!

Чужая квартира встретила ее резким запахом моющих средств и практически полной темнотой. Единственным местом, откуда выбивалась тонкая полоска света, оказался совмещенный санузел.

Там?

Открыв дверь, Алена криво усмехнулась. Причиной тому стала огромная красная надпись на кафеле сделанная губной помадой:

«Сынок, прости».

Под ней в наполненной до краев ванной, неподвижно лежала обнаженная женщина, лет тридцати пяти-сорока. На ее пухлых запястьях отчетливо краснели струйки стекающей в воду крови. Заплаканные глаза, размазанная тушь, погасшая сигарета во рту. Справа на бортике покоился небольшой кухонный ножик.

Все выглядело, как типичное самоубийство. Прекрасно зная педантичность и аккуратность шефа, Бессонова понимала, что тот навряд ли оставил улики, указывающие на его прямое вмешательство. Секунду поразмышляв, девушка сделала на смартфон пару снимков, после чего прикоснулась пальцами к шее пострадавшей и неожиданно нащупала еле пробивающийся