Системный звиздец. Том 1 — Теория Выживания - ДВК Страница 10

внутри, в самой глубине, там, где сходятся рёбра — в солнечном сплетении, — что-то сжалось. Резко, мощно, невыносимо. Не больно. Но так, будто под костями, в самой сердцевине моего тела, внезапно затянули тугой, невероятно плотный и малюсенький узел. Или… нет. Не узел. Реактор. Именно это чувство. Чувство, что в твоей грудной клетке теперь находится что-то чужеродное, тихое, холодное и чудовищно мощное. Собственная, личная, ядерная миниатюра, вшитая прямо под кость. Оно не гудело, не светилось. Оно просто было. Тяжёлая, сконцентрированная точка бесконечной плотности, вокруг которой теперь вращалось всё моё существо.

Меня прижало к стене. Не физически, а изнутри. Ощущением колоссального веса, осевшего в самой сердцевине. Дышать стало тяжелее — не от боли, а от этого нового, непривычного давления изнутри наружу.

И тут мир перед глазами взорвался светом.

Не реальный свет, а вспышками чёткого, безэмоционального текста, выжигающего сетчатку изнутри черепа.

| Обнаружена концентрированная эссенция изменённого существования (опыт). |

| Количество: Критическая масса. |

| Порог накопленного опыта достигнут и превышен. |

| Инициируется процесс качественного изменения (эволюции). |

| Уровень 0 —» Уровень 1. |

| Ступень развития: Пиковая (Начальная стадия) активирована и стабилизирована. |

| Вы вступаете на Путь. |

В голове, в костях, в каждой клетке прокатилась волна. Не боли. Чистой энергии. Как будто по всем моим проводам, до этого полумёртвым и оборванным, пустили ток чудовищного напряжения. Всё тело вздрогнуло, выгнулось в неестественной судороге. Зубы сжались так, что челюсти затрещали. Из горла вырвался не крик, а какой-то хриплый, подавленный стон.

И дальше — изменения.

Тупая боль в боку отступила. Не исчезла полностью, но смягчилась, стала отдалённой, как будто мне её просто рассказывают, а не я её чувствую. Ссадины на руках и коленях заныли пронзительно, но коротко — будто их быстро прижгли изнутри, а потом боль сменилась лёгким, едва уловимым зудом заживления. Усталость, ватная и всепоглощающая, отхлынула, уступив место странной, неестественной бодрости. Я не чувствовал себя отдохнувшим. Я чувствовал себя… заряженным. Как аккумулятор, в который воткнули штекер от электростанции. Тело стало лёгким, отзывчивым, будто с него сняли невидимые свинцовые одежды. Мускулы под кожей слегка загудели, наполнились не силой пока, а потенциалом.

| Стабилизация организма завершена. Состояние улучшено.

| Начислено: 1.0 ед. Свободных очков параметров развития. |

| Очки могут быть распределены для усиления базовых характеристик. |

Одно очко. Всего одно. Но в нём, в этой цифре, чувствовалась огромная, пугающая весомость. Право изменить себя. Сделать сильнее, быстрее, выносливее. Первый, самый важный шаг.

И тут пришло последнее, самое неожиданное.

|ДОСТИЖЕНИЕ ПРИСВОЕНО: «Первопроходец Эволюции».

Вы являетесь одним из первых разумных существ в вашем пространственно-временном секторе, достигших 1-го Уровня Системы в условиях первичного катаклизма.

Награда: Пробуждён врождённый системный навык — «Информатор» (Ранг: Начальный). |

| Навык «Информатор»: [1 ур] |

| Позволяет владельцу раз в 24 (двадцать четыре) часа сформулировать и задать Системе один прямой вопрос, касающийся её функций, окружающей среды, сущностей или скрытых параметров. |

| ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Активное использование навыка требует значительных затрат внутренних ресурсов (психической энергии, метаболических резервов). Сильное истощение организма гарантировано. Рекомендуется применение только в условиях безопасности и после подготовки. |

Информатор. Прямой вопрос к Системе. К этому безликому, вселенскому хаосу, который устроил этот п*здец. Ключ к пониманию правил игры, в которую нас вбросили без инструкции.

Стоимость — истощение. Почти как удар током по душе.

Свечение в глазах погасло так же внезапно, как и появилось. Я сидел в полутьме медкабинета, тяжело дыша. В груди по-прежнему сидел тот самый холодный, тугой «реактор», но теперь он ощущался не инородным телом, а… частью меня. Новым органом. Источником.

Я медленно поднял руку, сжал кулак. Костяшки побелели, но не от слабости. От новой, странной плотности внутри. Я был тем же Николаем. Облитым кровью, уставшим, сидящим в разгромленном мире. Но теперь во мне что-то щёлкнуло. Переключилось на новую, неизвестную передачу.

Посмотрел на спящего Мишку. Он ничего не почувствовал. Его система молчала. А у меня теперь был «Информатор». И одно очко развития.

Глава 4: информатор

Мысль о том, чтобы копаться в новых системных окнах, распределять очко или, боже упаси, попробовать прошептать вопрос этому «Информатору», казалась такой же абсурдной и неподъёмной, как попытка решить сложное уравнение после суток в адских горках.

Мой мозг, перегруженный болью, страхом и теперь ещё этим странным «реактором» в груди, просто отказывался работать. Он посылал один чёткий, примитивный сигнал: отключись.

И я отключился.

Не как человек, который ложится спать. А как перегревшийся компьютер, которого выдернули из розетки. Одно мгновение я ещё сидел, ощущая холод радиатора в спине и новую тяжесть в центре себя. Следующее — меня уже не было. Провал был чёрным, бездонным, без сновидений. Не отдых, а просто небытие.

Что-то выдернуло меня из этой пустоты. Резко, грубо.

Сначала — звуки. Не тихие шорохи или вой. Громкие. Резкие. Человеческие.

— А, с*ка! Отожрись, тварь еб*чая!

Голос — хриплый, басистый, рвущийся от ярости и усилия. Мужской. И следом — глухой, сочный БАМ! как будто били по туго набитому мешку песком. Звук удара такой плотный, что я почувствовал его вибрацией в полу, даже сквозь сон.

— Коля… — рядом прошипел Мишка. Он уже не спал. Сидел на кушетке, бледный как смерть, но глаза — широко раскрытые, полные животного страха. Его здоровая рука сжимала край простыни.

Я вскочил (вернее, попытался вскочить — тело отозвалось протестом, но новая, странная энергия внутри позволила сделать это быстрее и резче, чем я ожидал) и прижался ухом к двери.

На этаже шла драка. Настоящая, яростная, не на жизнь, а на смерть.

Слышались тяжёлые, быстрые шаги (не один набор — несколько), ещё один удар, уже с каким-то хрустящим звуком, короткий визг (нечеловеческий, скрипучий), и снова тот же басистый голос, теперь уже с одышкой:

— Всё, всё, гадина… Получай!

Раздался ещё один удар, самый сильный — такой, будто что-то тяжёлое и хрупкое разнесли вдребезги. Потом — тишина. На две-три секунды. Потом тяжёлое, прерывистое дыхание того самого человека. И шаги. Быстрые, решительные. Они не удалялись вглубь этажа. Они… направлялись к лестнице.

Мы затаили дыхание, слушая, как шаги проходят мимо нашей двери — тяжёлые, уверенные — и стихают, спускаясь вниз по лестничному маршу. Всё. Тишина снова воцарилась в коридоре.

Мишка и я несколько минут просто смотрели друг на друга, не решаясь пошевелиться. У него на лбу выступил холодный