Слезы красного квазара (СИ) - Даррен Драголайн Страница 9

– Я верю твоим словам, но ректор считает иначе, – Серапион и сам был недоволен решением ректора. В свое время из-за этого он учился вместе с юнцом, который стал проблемой на всем этапе обучения. Только лишь из-за людского происхождения они оказались поставлены в одну группу.

У Мочикса же была совершенно иная причина для злости.

Судьба отнеслась жестоко к несчастному молодому капитану, что во время серьезного ранения был направлен в госпиталь, где встретил прекрасную девушку из людского рода. Нельзя сказать, что их роман начался невероятно страстно, но очень быстро Мочикс понял, что с этой женщиной он хотел связать свою жизнь.

И именно поэтому слова ректора о необходимости сосуществования близких рас казались ему абсурдом.

– Моя супруга...

– Отец, – обращение к родителю, казалось, вызвало у парня еще большую злость. Лицо, что раньше было искривлено гримасой отвращения, стало еще противнее. – Время пришло. Сейчас выйдет ректор.

Мочикса совершенно не смутили манеры своего сына. Он прекрасно знал, что вырастил колючий куст, а не гибкую цветущую лозу. И потому обращался к нему соответствующее.

Голубокожий пришелец, что раньше был невероятно доброжелателен, с неприкрытой злостью ответил своему отпрыску:

– Не вмешивайся в разговоры старших, Айро.

Губа юноши дернулась, и Нео смогла разглядеть удлиненный клык. Айро прошел мимо них и направился к своему месту, не обращая и толики внимания на тех, с кем ранее вел диалог.

– Как же тяжело с детьми, – выдохнул Мочикс. – Большую часть жизни я провел в космосе, а потому совершенно не понимаю собственного сына. Жена говорит, что я должен подавать хороший пример. Однако как я могу это сделать, если меня совершенно не слушают?

– Будь мягче, старый друг, – посоветовал Серапион.

Старшие продолжили разговаривать, а Нео вернулась на свое место. Расстояние между ней и Айро велико, но все же она уверена в том, что тот мог слышать ее шепот:

– Эй...

Юноша не дернулся. Вальяжно раскинувшись на своем месте и скрестив руки на груди, он всем своим видом показывал ненависть к данному месту и собравшимся.

Его надменность выводила из себя.

Нео нашла в комбинезоне небольшой кармашек. В нем она прятала самый обычный блокнот, что когда-то подарил отец. Она оторвала уголок листа, скрутила его и забросила в рот. Спрессовав кусочек зубами, она оперлась на подлокотник дивана и, прицелившись, плюнула.

Комочек очень маленький, но его удара о щеку Айро оказалось вполне достаточно. Он схватил бумажку в тот самый момент, когда та отскочила от кожи.

Теперь Нео завладела абсолютно всем его вниманием. Она видела, как злобно заблестели его синие глаза. Словно у дикого зверя, что готов сорваться с места и впиться клыками в горло.

От него исходила опасность. Чувство самосохранения кричало, что Нео перешла черту, но по какой-то причине это, скорее, забавляло, нежели пугало. Будто дразнишь сторожевого пса в вольере, из которого тот мог лишь рычать.

– Будь поприветливее, дикарь, – вновь прошептала Нео.

Она видела, как расширились чужие зрачки. Видела, как юноша сжал кулаки. Нео прекрасно осознавала, что только что она создала себе проблему на весь период обучения, но эта мысль воодушевляла. Спустя длительное время она испытала что-то кроме тоски и недовольства.

По столь ярким эмоциям Нео скучала.

Слишком долго их перепалка не смогла продолжаться. Присутствующие притихли, а разговор Серапиона и Мачикса прекратился.

Внизу что-то происходило.

Нео вновь встала и оперлась на прозрачное ограждение. Черная земля, блики на которой долгое время не двигались с места, начала двигаться. То, что все это время казалось ровным, медленно изгибалось, образуя некое подобие дороги.

– Неужели это вода шайктии?

Нео читала о редкой субстанции, что вывели в лаборатории. Особенная жидкость, в которой можно дышать, а ее состав замедлял старение любой биологической ткани. Невероятно дорогая субстанция, которую могли позволить себе лишь истинные богачи.

Из черной жидкости появилось что-то острое. Словно два клыка выплыли из непроглядной тьмы. Их становилось все больше и больше, пока Нео не поняла, что это были огромные извитые рога.

Огромный белый замиец с лоснящимися черными волосами выплыл из субстанции. Жидкость стекала с его тела, словно слизь, совершенно не оставляя на шерсти следов. На рогах, увенчанных сотней блестящих кристаллов, отражался свет тысячи источников освещения. Камни издавали тихий звон, и его можно былорасслышать даже с места Нео.

Ректор.

Огромный мужчина выступил из воды и грациозно направился по выложенной дороге. Темно-фиолетовая мантия прикрывала большую часть его изящного тела, и лишь длинный хвост с черной кисточкой на конце змеей вился за ним.

У огромного окна жидкость разлилась широким полотном. Именно на него встал ректор и обернулся. Благородное лицо замийца казалось безмятежным.

– Очень рад видеть вас всех в этом чудесном зале, – голос ректора эхом раздался в огромном многоуровневом помещении. – Еще больше я счастлив видеть тех, кто совсем недавно прибыл сюда в качестве студента, а сейчас привел свое чадо.

Некоторые из старших присутствующих кивнули его словам.

– Вот уже очень долгое время академия открывает молодежи путь в бескрайний космос. Готовит потрясающих ученых, исследователей, военных и политиков. Я горжусь тем, что именно это место помогает раскрыть все ваши таланты. И пусть мы живем в очень неспокойное время, все силы академии брошены на то, чтобы воспитать юных покорителей космоса.

Очень громкие слова. Академия признана независимой, но все равно спонсировалась Советом. Именно поэтому ведущие войну старики требовали от этого места исполнения обязанностей.

Тем самым создавалась созависимость. Академия не могла существовать без денег Совета, в то время как последние – без выпускников и кораблей. Система могла рухнуть в любой момент, стоило только одному из звеньев прекратить работу.

– Сегодня мы собрались здесь для того, чтобы вспомнить истинное предназначение академии. Многие циклы это место взращивало юные таланты, и я счастлив, что сегодня это вновь произошло. Что дети тех, кто учился здесь, пошли по стопам родителей и отдали все для поступления. Что их мечта о космосе так же велика, как и их возможности!

Слова ректора, полные уверенности и радости, затронули многих. Даже Нео, отвыкшая от столь ярких эмоций, ощутила некую гордость за себя и свое поступление.

Но юноша, которого от Нео разделял лишь один диван, был зол так же сильно как и в момент, когда Нео плюнула в него бумажкой. Он казался одним из немногих, кто остался сидеть на своем месте, а не подошел к краю яруса. Скрестив руки на груди, Айро всем своим видом пытался продемонстрировать свою ненависть ко всем и вся.

– Да что с тобой не так? – прошипела Нео.

Ответа она так и не получила. Неподвижная фигура даже не дернулась.

Тем временем ректор продолжал свою речь:

- Я помню циклы, когда война только пришла в наши системы. Тогда академии не существовало. Было лишь огромное оружие, способное уничтожить огромный флот. И сейчас это место превратилось в величайшее учебное заведение, что все это время готовило только лучших выпускников. Ваши родители должны быть очень горды вашими успехами.

Нео невольно посмотрела на отца.

Испытывал ли он гордость по поводу ее поступления? Их разговор на Сойке заставил ее понять, что он не рад ее увлечением ближним боем. Но ведь поступление сюда – совершенно другое. Он должен был испытывать хоть что-то.

Нео увидела, как отец рыжеволосой наклонился к дочери. Огромная ладонь мужчины опустилась на хрупкое девичье плечо. Он что-то говорил, но слова ректора оказались слишком громкими, чтобы Нео могла расслышать что-либо еще. Но лицо незнакомки озарила легкая улыбка, и слова мужчины после этого стали куда громче.

– Помни, мы гордимся тобой в любом случае, – уверил он свою дочь.