Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович Страница 4

присутствующие разразились овациями и новыми криками "Виват!" Оно и понятно: гибнуть в безмолвной черноте глубокого космоса придётся не им. Вернее: и им тоже. Да вот только, находясь в этом тронном зале, на пороге, так сказать исторических перемен, разве может кто-то не думать о бренности суетной жизни и о собственной смертности? Увы!

Совсем свежий пример — внезапная Бу Ругара Пелдорно — многому научил.

Вот так, в конце весны три тысячи пятьсот восемьдесят восьмого года, по единому галактическому и земному летоисчислению, на престол королевства Пиклия взошёл кровожадный и циничный диктатор Моус Пелдорно. До первого крупномасштабного вторжения в Оилтонскую империю оставалось чуть больше трёх лет.

Глава первая

3588 год, ночь с 9-ое на 10-ое мая, Китланд

Покрытая тёмными пятнами луна выглянула из-за туч, и построенное из белого мрамора административное здание интерната стало похожим на фосфоресцирующий в темноте монолит. Две передвигающиеся по крыше фигуры присели, а потом и вообще распластались за невысоким бортиком ограждения.

— Чтоб тебя ржавчина съела! — забасил недовольным шёпотом юноша с более крупным телосложением, раздражённо высматривая на небе очередную тучку. — Как не вовремя!..

— Не паникуй, времени у нас хватает, — отозвался его более низкий и щуплый товарищ.

Затем осторожно приподнял голову, посмотрел поверх ограждения в сторону помещения со сторожами и произнес:

— Ха! Да эти охраннички, кроме как в карты играть, ни чему не научены. Хоть бы кто-нибудь поверху ворот прохаживался!

— Оно им ни к чему, надеются на детекторы движения по периметру.

— Вот им завтра влетит за ротозейство! Ни подкопа не заметили, ни самого взлома!

— Танти, так ведь пока никакого взлома нет.

— Будет, Гарри, будет взлом, — глаза товарища блеснули иронией, — или ты сомневаешься в наших возможностях?

Тот громко засопел, а потом пробормотал:

— Тебе то что! Если нас поймают, всех собак на меня, как на старшего, повесят, и тогда прощай поступление. А о тебе через год забудут, и свободно пробьёшься куда вздумаешь.

— Тоже мне, лучший друг! Да ты никак трусишь?

— А в голову давно не получал? — высокомерно пригрозил Гарри.

— Справишься? — стал ехидничать Танти.

— Вот так, лёжа, сейчас и заеду в ухо!

— Ага! И сразу свалишься с крыши вниз! Оно тебе надо? — в этот момент на ярко сияющую луну стало наползать очередное облачко. — О! Кончай травить! Бежим к люку!

Вскоре четыре руки, облачённые в тонкие, прочнейшие перчатки для скалолазания, крепко ухватились за выступающий край обитого жестью люка и на счёт «три» дёрнули его кверху. Потом ещё несколько раз, потом ещё. Кажется, безрезультатность попыток вселила в Гарольда некоторое опасение на отступление от задуманного:

— Эх, ничего у нас не получится! Лом бы сюда…

— Если бы я мог сюда лом пронести, я бы и без тебя справился! — зло зашипел на него товарищ. — Или тебе на ужин две порции мало? Бессилие заедает?

— Киборга нашёл? Там ведь внизу замок навешен.

— Ну и что? Зато нижняя скоба в стене еле держится. И причём тут киборг, если у тебя кличка «Амбал» и слава наибольшего силача?

— Признаёшь всё-таки?

— Да нет, просто больше всех этот слух распространяю о тебе я, чтобы самому пока в тени оставаться.

— Ах ты!..

— Гарри! Прекращай тянуть время! Взялись!

Через десяток рывков крышка и в самом деле подалась вверх, а снизу послышался грохот и стук осыпающейся штукатурки и мелкого гравия. Ребята резко поставили крышку обратно, пережидая шум и с опаской посматривая в сторону помещения с охраной. Там всё оставалось по-прежнему, и злоумышленники вернулись к прерванному занятию. Танти размотал тонкий, большой кусок ткани и бросил вниз, на тускло освещённый аварийными лампами пол. Просыпавшаяся штукатурка оказалась прикрытой, и спрыгнувшие вниз подельщики надеялись таким образом не оставить следов от подошв.

— А как мы заберемся обратно? — только сейчас Гарольд сообразил, что до оставшегося открытым створа люка довольно высоко. Но его товарищ уже двигался по коридору, бросая через плечо:

— Элементарно! Ты меня подбросишь вверх или вытолкнешь жимом на вытянутых руках.

— Да? А меня кто вытолкнет?

— Странный вопрос, — Танти остановился и теперь внимательно осматривал длинный и широкий коридор, окна которого выходили во внутренний двор. Голос его подрагивал от готового вырваться смеха. — Ты ведь уже заранее смирился со своей участью козла отпущения! Поэтому так и останешься внизу…

— Убью! Как таракана! — кулачище Амбала ткнулся под рёбра более тщедушного, чем он, товарища. Хотя в беззлобном тоне сквозило понимание и прощение подобной шутки.

— М-да, не думал, что здесь так светло, — Танти совсем не обратил внимания на угрозу друга и теперь указывал ему на пространство под окнами. — Придётся нам там проскочить на четвереньках.

— На всю длину? Так ведь нет никого! Спят давно!

— Ты забыл, что сейчас весна и поют соловьи? — шептал Танти, уже передвигаясь на четвереньках вдоль подоконников и нисколько не сомневаясь, что товарищ последовал его примеру. — А у нас две молодые учительницы имеют ухажёров и, словно лунатики, гуляют с ними по окрестностям. Вдруг их потянет целоваться во внутреннем саду? Тихо, уютно и никто не помешает…

— Да, — замычал Гарри от вожделения, — Таких училок я бы и сам не против в саду потискать…

— Это в тебе гормоны играют.

— Ха! Сам то, как на них смотришь? Прямо слюна на живот капает! Да и не только на живот, но и ниже…

— Смотреть можно, а вот «тискать»… Мне нельзя, я ещё маленький…

— Ханжа! Как засматриваться на сиськи, воровать и поступать в училище, так он большой…

Друзья доползли до развилки коридора, осторожно осмотрелись и, уже во весь рост, устремились к кабинету инспектора по кадрам. Там они опять замерли, прислушиваясь к