Гаремник. Чёрная Душа (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич Страница 21

Мне как Герою, решили выделить новейшие танки, по сути сформировать элитный батальон, показательный. Вот только реальность внесла свои коррективы. Тут начали комиссары решать. Понятно, что служить у меня командирами могут только лучшие, имею ввиду из комсомольцев и коммунистов. Других не брали. И прислали такое гуано, танкисты и командиры они никакие, хотя на отлично знают всё о партии и цитируют Ленина в подлиннике. Не все конечно такие, но большинство. Сколько времени я убил, чтобы сделать из них танкистов, лучших их худших по крайней мере, не передать. Все лёгкие танки у меня забрали, люди вливались в экипажи новых машин. Сержанты, командиры танков, боевые, с опытом, я был вынужден назначать наводчиками, или заряжающими, а не переводить из батальона. У меня на них свои планы и избавится от них не дал. В общем, не боевое подразделение, а не пойми что. Не описать словами сколько сил и времени пришлось потратить чтобы на самом деле батальон был готов к боям, тут только мат помогал. При этом били по рукам. Танки дали, и часовых поставили. Ни-ни, смотреть смотрите, а руками не трогайте. Это весной сорокового было. Так я часовых и начкара арестовал, на губу, а танкисты изучали новые машины. Комиссары рукой махнули. Хотя на полигоне на них мало ездили, ресурс берегли, но ездили, ломали машины, чинили сами, учась это делать. Небольшие стрельбы, и всё. И я делился опытом применения этих машин, что кстати тоже сказалось, бойцы впитывали мой опыт, всю информацию что я давал. Вот такие дела. Три дрона я тоже выпустил, все три артиллеристы, плюс один боевик для их защиты, ну и малая грузовая платформа с боеприпасами. Тех я уже перегнал в район боевых действий, и даже начал точечные удары наносить, по штабам, артиллерии, танки оставил себе. Пехота от них тоже страдала, и не слабо. По крупным скоплениям бил. Там куда мы шли, две пехотные дивизии были, их разворачивали нам на встречу, готовясь встретить, окапывались, а я не давал, активно уничтожая личный состав. Им на помощь кинули танковый полк, но перерезал ему дорогу, разрушив мост через реку. Объезд далеко, когда ещё восстановят. Да и я не дам. Правда всё же на артиллеристов переключился. Три дрона-артиллериста, просто вещь, правда все боеприпасы выпущены, но у обеих дивизий пушек не осталось, самоходки горят, одни миномёты. До них руки не дошли. Неплохо повоевал, хотя батальон ещё даже бой не начал.

Тут ещё и налёт, на подходе к противнику. Удивлён, что-то задержались, видимо где-то в другом месте срочная работа была. Я тут же пустил красную сигнальную ракету. И танки начали съезжать с дороги, маневрируя как я учил экипажи. Больше чтобы экипажи получили опыт противодействия налету, потому как на мой батальон не упало ни одной бомбы, а вот горели «Дорнье», бомбардировщики, как спички. Лёгкая дымка следов от выстрелов плазменных пушек дрона только я видел, и то присмотреться в нужную сторону надо. Восемнадцать тот пострелял, из двадцати трёх, остальные улетали, сбросив бомбы в стороне, так что дивизия потерь не понесла. Кстати, две зенитки где-то в тылу били по ним, пулемётные. Тылы дивизии прикрывали. Ну хоть там есть. Остальные зенитки на полевых лагерях, собрали для учений, а вернуть не успели. Я думал такое только в Белоруссии. Оказалось, и тут также. Больше похоже на сознательную диверсию. Мы же двинули дальше, я продолжал прикидывать, как мне зенитки к батальону приписать? Нужны машины, соберу брошенными, бойцы установят в кузовах, те на треногах, но у меня нет расчётов. Мне нужно не меньше шести грузовиков с зенитками чтобы хотя бы по минимуму прикрыть своё подразделение. А лучше десять, тогда ещё неплохо. Опять-таки это на будущее. Пока я особо в бочку не лез, после первых боёв уже видно будет что делать стану, там решу по ситуации. Ну вот и немцы, спешно вырытые окопы для стрельбы лёжа, более глубокие те просто не успели. Пока я по рации, а все машины радиофицированы, связь у меня на первом месте. Так вот, пока я по рации ставил задачи, батальон покидая дорогу строясь в ударный клин, двинул на немцев, атакуем сходу, параллельно занимался крейсером.

Всё же моя идея сработала. То, что квазиживые дроиды-фехтовальщики станут проблемой для искиков крейсера, подтвердилось. Что есть, то есть. Искины используя боевые системы, пытались их остановить, сжечь, и с обоими диверсантами это получилось. Точнее дроиды целые, у них ПО слетело. А с учётом что я имею копии ПО, купил у пиратов, то восстановлю. Да я уже восстановил тот дроид, что лишился ПО после встречной атаки при захвате челнока Каллос. Главное стремительно атакуя, два дроида быстро поражали шины питания, пробивая броню боевых роботов крейсера. Монокристаллы сложно остановить. Третий же перерезал шины питания, сканер у того работал, я видел их. К моменту атаки пехотных дивизий Вермахта, мой батальон на стыке двух и атаковал, хорошее место, крейсер был обесточен. И я поспешил подогнать к его шлюзовой челнок. А вот тут произошло то, что я не ожидал. Как-то не подумал, хотя время было. Шлюзовая не подходила. Разные стандарты малой шлюзовой. Чёрт, надо было трофейный челнок использовать. Не думайте, что планам это помешало, челнок правильно укомплектован и имел резервный гофрированный переход, его приклеили к броне крейсера вокруг шлюзовой, подали воздух, и по гофру мой техник подошёл к створке и начал вскрыть её. Десять минут заняло. Дальше он сопровождал дешифратор к мостику, вскрывая двери. Зачастую просто вырезая куски переборок. Потом починю. Впрочем, вся работа шла фоном, два боевика-фехтовальщика уже были в небольшом трюме, где я мог общаться с сидельцами. Жаль дроиды, чисто боевые машины, встроенных фонарей или прожекторов нет, как у техника. Там темно было, света нет. Техник освободится, перегоню в трюм. Однако, уже стало ясно что все на борту наши.

Ладно, события конечно скачут, нейросеть полностью загружена, но я справлялся. Остановив тяжы в ста метрах от окопов, и подняв стволы, все шесть тяжей начали вести огонь по тылам дивизии, штабам. Доделывали то, что не успел с дронами. Управлял по рации. Да по сути у меня «двойки» и были за самоходки, особо в прямые боестолкновения их кидать и не собирался. А вот «тридцатьчетвёрки» носились над окопами на двух километровой передовой крутились, давя пехоту, ведя огонь. Я ими управлял тоже. У немцев в тылу пожары, вторичная детонация, накрыл удачно машины с боеприпасами. Их загнали под деревья, думали я не увижу. Вот и давал корректировку, и управляя всеми шестью самоходками, внутри одной из которых и находился. Правда, за первой линией вторая была, где тоже спешно окапывались, но ничего, справимся. Срезав из пулемёта двух пехотинцев, что хотели на надмоторную плиту закинуть мину на один из моих танков, что застряв в воронке и с трудом выбирался, я велел продолжить движение. А по бокам неслись машины второго батальона, там и остального полка. В общем, вскрыли мы оборону дивизии как нож консервный гнилое железо, и двинули дальше. За нами дивизия. Точнее тут атаковали наш танковый полк, и один мотострелковый. Второй танковый полк наступал на десять километров севернее. Его поддерживал мотоциклетный полк. Там же штаб дивизии. Удар был хорош, а вот дальнейшее исполнение могло быть ужасным. Из штаба корпуса пришёл приказ повернуть на юг, и ударить в подбрюшье настающей группировки противника. Это по их планам, в действительности немцы перегруппировались и там ждала засада, по сути строилась эшелонированная оборона, много пушек. У нас и топливо подходило к концу и снаряды. Я итак уже шесть машины потерял, причём пять небоевые, банально сломались. Нагрузка не слабая. Мои танкисты их знали более-менее, но они ещё сырые были. Одну сожгли миной. Из экипажа один выжил. Хотя командиры-комсомольцы удивили, воевали достойно. Хотя тут просто точно выполняли мои приказы, коими я сыпал.

Боеприпасов не ожидалось, колонну обеспечения сожгли вражеские штурмовики. Я их перехватил дроном на обратно пути и сжёг все девять. Я же видел ситуацию в целом, и понимал, что бить надо дальше на запад, армейская корпус противника, и отсекая его. Так можно развалить оборону на этом участке. Немцы конечно же выправят ситуацию, но это время. Вот пакостливо улыбнувшись, имитируя работу нашего корпуса, заглушив его рацию, отдал другой приказ, отменив прошлый. Так что двинули мы дальше правильно, и дивизии окружив, занялась уничтожением тех двух пехотных дивизий, против которых мы и шли. А мой батальон, ворвавшись в село, громил штаб армейского корпуса, за коим и числились обе избиваемые нами дивизии. В принципе задачу мы выполнили, разгромили, но дивизия потеряла боеспособность. Банально закончилось топливо и боеприпасы. Я же занимался делом. Пока мы заняли оборону в селе, используя и трофейную технику, броневик или «Ганомаги», даже одну целую самоходку и два танка, остальные нами были уничтожены. К этим хоть снаряды были. Да и село наполовину выгорело. К нам окруженцы выходили, часто колоннами. В тыл их, или оборону усиливали села, если подразделения в порядке. Так вот, я отобрал целую технику, с двух сараев привели освобождённых пленных, часть отправил в тыл, опросив, особисты ими займутся, остальных оставил. На шести грузовиков «Опель-Блиц», без тентов на кузовах, стали устанавливать шесть зенитных «ДШК», плюс ещё два грузовика для боеприпасов и топлива к моим зенитным силам. Принял командование усиленной зенитной батареей, подчинённой мне лично, молодой младший лейтенант. Он и был зенитчиком. Повезло среди пленных найти. А документы его в штабе корпуса, вернув их. Зенитки якобы тут в селе нашёл.