Кровь Десяти - Рия Райд Страница 20

откуда-то со стороны, хотя сидел он напротив. Я почувствовала себя крайне неудобно. Кажется, это был уже третий раз, когда он обращался ко мне, и третий раз, когда я пропускала мимо ушей все, что он говорил. Это было что-то важное, безумно важное, если судить по его крайне разочарованному, почти обиженному взгляду.

– Пожалуйста, не говори, что ты снова меня не слушала, – вздохнул он.

– Прости. Кажется, я задремала.

– Задремала? – прищурился Алик.

– Ты спишь с открытыми глазами? – вставил Лукас. Он сидел чуть поодаль, и за все время пути до резиденции Далми лишь пару раз и крайне неохотно вступил в диалог. Хотя сейчас он смотрел на меня даже с любопытством. Или с подозрением? Да какая, к черту, разница. Я уткнулась лицом в ладони и потерла ноющие виски.

От Кальсиона до резиденции Далми было более двенадцати часов пути, из которых мне удалось поспать не более трех. Всю дорогу голова раскалывалась от ноющей боли, распространяющейся резкими волнообразными спазмами от затылка до висков. Я старалась игнорировать ее – как и все остальные мигрени, что в последние недели повторялись с завидной регулярностью. Но периодами боль была такая, что отзывалась во всем теле.

– Опять голова? – уточнил Лукас.

– Да, – я слабо кивнула. – Ни на чем не могу сконцентрироваться.

Он достал из внутреннего кармана куртки черную фляжку и сделал несколько мелких глотков. Отсутствующий взгляд Алика ненадолго задержался на его руке, когда Лукас поднял горлышко к губам. Заметив, что я смотрю на него, Нозерфилд продемонстрировал фляжку во всей красе, повертев ее со всех сторон.

– Родосский виски. Помогает от всех недугов, – он протянул ее мне. – Рекомендую.

– Сейчас уже все в норме, это ерунда.

– Не ерунда, когда это повторяется каждые несколько часов.

Я поспешила перевести тему.

– Есть новости от Андрея и Муны?

– Нет, – мгновенно помрачнев, ответил Алик. – Пока нет.

– Они так и не вышли на связь?

Он покачал головой, и сердце тут же гулко ухнуло вниз.

– Они должны были прибыть около пяти часов назад, – осознала я, проверив время.

– Знаю, – лицо Алика посерело еще больше, но голос на удивление остался твердым. – Но мы и не рассчитывали, что все пройдет гладко. Первыми они, кажется, собирались навестить Дефью, но те могли не согласовать визит, и тогда им пришлось развернуться или…

– Их могли прикончить еще на подлете, – закончил за него Лукас. – Если те вдруг тоже оказались шавкам Вениамина.

– Мы не знаем, что там произошло, – даже не оглянувшись в его сторону, процедил Алик. – И произошло ли. Рано бить тревогу.

– Я попробую с ним связаться…

– Нет, – сухо отрезал Алик. – Каждый раз, когда ты используешь силы, боль усиливается, разве нет?

– Он прав, – где-то над головой проворчал Лукас, хрустя пальцами. – Мы садимся через пару минут. Не думаю, что копаться в чьих-то мозгах на глазах у Далми – хороший способ, чтобы их очаровать. К тому же, если тебя опять накроет мигрень, кто будет вести переговоры?

– У Андрея с Муной есть еще полчаса перед крайним сроком, когда они должны выйти на связь, – добавил Алик. – Дадим им это время.

Корабль сел и, бросив быстрый взгляд в сторону окна, он поднялся и вновь подал руку.

– Ты мне веришь? – спросил он так, что его могла расслышать только я. Но это и не требовалось. Лукас уже покинул салон и ждал снаружи.

– В последнее время даже больше, чем себе, – вынужденно признала я.

Алик, безусловно, во всем был прав. В том, что Муна и Андрей знали, что делать. В том, что от успеха переговоров с Далми зависело слишком многое. Провалить их означало лишиться едва ли не последней возможности узнать что-то о Вениамине Нозерфилде и «Новом свете». Если бы Андрей был тут – он бы сказал то же самое. У них с Муной своя задача, у нас – своя. Ничего не выйдет, если мы не сможем довериться друг другу.

У трапа нас встретили с десяток операционок, и одна из них пригласила проследовать за ней.

Резиденция Далми оказалась совсем не такой, какой я представляла ее со слов Лукаса. В пути он описывал ее как довольно унылое, мрачное место, словно созданное для бесконечных погребальных церемоний, – тихое, как кладбище, с вечно хмурым небом, где через пелену серых туч не пробивались даже солнечные лучи, и душное, как будто на Бельгарсе, где годами не было дождей. Помещения самой резиденции напоминали ему земляные норы или в лучшем случае пещеры с бесконечными лабиринтами узких и темных коридоров, где каждая следующая комната была копией предыдущей. Пребывание во всех них без исключения, утверждал Лукас, мгновенно погружало в глубочайшую депрессию.

Как оказалось, он знатно преувеличивал. На Бельгарсе действительно было жарко, влажно и душно, но не настолько, чтобы терять сознание от нехватки кислорода и на месяцы запираться в мрачных лабиринтах дворца с искусственным кондиционированием. Серого облачного неба было практически не видно за густыми кронами зелени, покрывающими всю видимую округу резиденции, а нехватка солнечного света компенсировалась теплым освещением множества фонарей, спрятанных в листве. В узких прорезях зелени свет был рассеянным, но от этого оазис вокруг дворца, как и вся территория, казался даже уютным. Даже башни самой резиденции, вымощенные темными плитами и уходящие в серую гущу облаков, не выглядели ни мрачными, ни устрашающими. Их, как и гигантские ротонды с темно-зелеными куполами-крышами по периметру дворца, окутывали витиеватые серебристые узоры. Лукас упомянул, что орнамент создавали вручную, и вблизи наверняка можно было разглядеть сами рисунки, но издалека фасады резиденции выглядели так, будто покрылись толстой паутиной.

За весь путь от корабля Алик не произнес ни слова и даже ни разу не осмотрелся по сторонам. Его взгляд был прикован к затылку Лукаса, что шел впереди, чуть в отдалении и тихо переговаривался с одним из стражников.

Резиденция вырастала перед глазами с каждым шагом. Зелень постепенно редела, и уже через несколько минут в отдалении показались очертания центрального входа, а над ним – объемная голограмма с гербом дома. Белая, кричащая птица с крыльями, обвитыми плющом. И почему все гербы Лиделиума были такими драматичными?

– Что нам известно о Далми? – шепнула я. – Лукас обещал, но так ничего и не рассказал.

Алик в недоумении оглянулся и нахмурился.

– Вообще-то рассказал, – медленно произнес он.

– Тебе? Когда?

– Когда? – он даже остановился. – Мы говорили об этом половину дороги.

– Правда?

– Все точно хорошо? Ты меня пугаешь…

– Похоже, в этот момент я и задремала, – виновато призналась я.

Алик смотрел на меня в полном замешательстве.

– Ладно, – сглотнув, сказал он и кивнул, продолжив путь. –