Шанс на счастье. Перерождение гадкого утенка - Виктория Хорошилова Страница 19

— Яр даже не побеспокоился зарегистрировать ваши отношения, — фыркнула она пренебрежительно. — А ты не додумалась закрепить связь через секс. Значит, ты всё ещё можешь его бросить, — сказано было так довольно. — Я дам тебе миллион, чтобы ты бросила братьев Матэйрих. Они будут моими младшими мужьями, будут тапочки мне в зубах приносить и кланяться постоянно.

Смотрю и думаю: мало тебя драли в детстве. Но это всегда можно исправить.

— Сейчас позвонишь ему и скажешь ритуальную фразу. Назовёшь своё имя и что разрываешь с ним связь. Не забудь назвать его полное имя.

В здравом уме не выговорю его имя.

— А если я это не сделаю?

— Я тебя убью, — сказала она с улыбкой.

С трудом сдержала улыбку. Она достала мой телефон и набрала Яра. Благо, милый записал себя у меня в телефоне просто как «Яр».

— Да, любимая.

— Говори, — прошипела эта курица неощипанная.

— Милый, я тут одной курве сейчас морду испорчу. Отследи телефон, меня похитили.

После этих слов схватила блондинку за волосы и намотала её патлы на кулак, а второй рукой взяла в удушающий захват.

— Значит так, мымра доморощенная. Ещё раз вякнешь что-то про моих мальчиков — я тебе лицо так испорчу, ни один пластический хирург не поможет. Поняла меня, крыса ты белобрысая?

— Да, — пропищала эта гадина.

Вижу — напугана.

— Яр, ты ещё тут?

— На связи. Подержи её.

— Это её брат приходил под видом курьера.

— Я понял. Уже еду к тебе с полицией.

— Они тебя посадят, это ты на меня напала!

— Самозащиту ещё никто не отменял. И твой братец напал на меня — синяк остался.

— Что?! — вопль от Яра. — Удавлю!

— И были свидетели, и пострадавший от рук твоего братца.

— Все шишки достанутся только ему.

— Я бы не была так уверена.

В комнату к нам зашла мать девушки.

— Не отпускай её, — сказала она мне. — Так хоть выслушает меня.

— Мама!

— Молчать! Я тебя предупреждала уже не раз, и что ты сделала?! Опять используешь братьев, докатилась до похищения людей и угроз. Вот только девочка попалась тебе не по зубам.

Женщина заметила мои ожоги и вздрогнула.

— Пережив такое, перестаёшь переживать из-за красоты, — сказала ей. — А она и все подобные трясутся над своей мордашкой.

— Сейчас приедет полиция, и ты получишь по заслугам. Отсидишь в камере положенное — вносить залог я не собираюсь.

— Мама!

Я всё же отпустила эту девчонку. Избалованная, глупая…

— И что ей светит? — решила узнать.

— Полмесяца в камере и исправительные работы. О, поверь, не так страшно в камере, как исправительные работы — в казённом комбинезоне и собирать мусор на улице с другими провинившимися подростками.

— Хороший щелчок по самолюбию.

— Ты быстро отходишь.

— Пф, я за свою жизнь наслушалась достаточно, чтобы не реагировать.

— Дралась в школе? — спросила она. Звучало больше, как констатация факта.

— Да, часто.

Подняла свой телефон — Яр явно был на линии, потому не сбрасывала. Полиция прибыла через пару минут, и блондинку увели. А я попала в объятия жениха. Видела, что мать бунтарки с одобрением посмотрела на меня.

— Береги её, Яровлинки, тебе в руки попало настоящее сокровище.

— Я знаю.

Только оказавшись на улице, он понял, что я в рубашке. Смущённо улыбнулась. Заметила, что в полицейской машине не сама блондиночка, а вместе с братцем.

— Что она хотела? — спросил Яр, обнимая. К нам подошёл офицер полиции, видимо, за этим же вопросом.

— У меня тот же вопрос, — сказал он с мягкой улыбкой.

— Она хотела, чтобы я отказалась от парней.

Яр напрягся, сильно. Ущипнула его, чтобы не напрягался и не думал о плохом. Он мне натянуто улыбнулся.

— Она хотела вас себе заполучить, чтобы вы с братом стали младшими мужьями. И дальше была её больная фантазия.

Яр покрепче меня обнял и поцеловал в макушку.

— Спасибо, милая.

— За что? За то, что не вырвала ей волосы?

— И за это тоже, — сказал офицер, слышу улыбку в голове. — Нужно оформить дело как полагается, этим деткам нужен хороший урок.

— Порка им нужна, ремнём, — проворчала я.

— Тебя папа порол? — спросил строго Яр.

— Братьев гонял и ремнём, и прутиком, если догонит — выдерет. К подростковому возрасту они научились перепрыгивать забор с первого раза и давали стрекоча. Приходили потом поздно ночью и получали уже не ремень, а просто долгий разговор.

— Учту, — сказал с улыбкой Яр. — А тебя что, никак не наказывали?

— Не за что было. Я была заучкой.

Заявление оформляли тут, на месте, в электронном виде. Детектив сразу со мной общался на общем, а потом, видимо, забылся, перешёл на родной ялвийский и удивился, что я с ним на его же языке.

— Я вообще в шоке, ты так хорошо уже на общем говоришь! — тут же выдал Яр. — А всего-то два занятия было.

Польщённо улыбнулась. Шок детектива я видела на его лице.

— Вам лучше зарегистрировать отношения и закрепить связь — и не будет таких дур, как ту, что мы забрали.

Вроде и звучит по-доброму, а ощущение, что лезут не в своё дело.

— Спасибо за совет, детектив. Мы можем идти?

— Да.

Яр обнял меня за талию, и мы пошли прочь от негостеприимного дома.

— Чтобы кто ни говорил, мы не будем тебя торопить и принуждать к близости тоже не будем. Тебя отвести домой, или ты еще погуляешь?

— Погуляю, но не сегодня и не сама. Лучше с кем-то из вас. Думаю, так будет безопасней.

— Эту парочку арестовали, потому сейчас вполне безопасно, но понимаю, что ты пережила стресс, и тебе нужен отдых.

— В точку.

— Я не настаиваю, но рядом с домом есть хорошее кафе.

— В которое я одна не пойду.

— Намек понял, вечером идем с тобой в кафе.

— Вот это мне уже нравится, одену платье.

— Нет! – воскликнул Яр. – В смысле, я и парни не против платья, но позволь брату увидеть тебя в его рубашке.

— Эм, я и вчера