Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович Страница 13

— Эй! — строго крикнул он незнакомке в спину, — Вали отсюда! Это мой конь!

Та уже к нему повернулась всем корпусом и теперь смотрела расширенными глазами. Но без всякого страха или сомнения. Причём чуть ниже воротника у неё на бейдже красовалось отчётливо имя и фамилия: "Клеопатра Ланьо". Вряд ли бы новенькая осмелилась воспользоваться выдуманным именем. Обое полминуты рассматривали друг друга со всем возможным апломбом, а потом девочка заливисто расхохоталась:

— Твой конь? Да ты никак потомственный ковбой! Вернее конокрад, который только и может, что мечтать иметь такого красавца.

Она каким-то слишком уж хозяйским жестом погладила каурого по громадной скуле и тот ответил приветственным ржанием. Такое предательство прекрасного животного, на приручение которого Танти потратил почти четверо суток, его добило так, что он лишился дара речи. И какое-то время общался с появившимся рядом конюхом лишь возмущёнными жестами для глухонемых:

"У меня сейчас два часа занятий на этом коне!"

"Знаю, знаю! Но ты не расстраивайся, можешь взамен выбрать любое другое животное".

"Но я записан на каурого!"

"Сочувствую. Но ведь девочкам надо уступать. Тем более она новенькая, у неё здесь ни друзей, ни знакомых. А этот конь её признал и разрешил себя оседлать…"

"Так у неё никогда друзей не появится, если она начнёт воровать и устраивать полости!"

"Ну зачем ты так? Она ведь вполне хорошая и воспитанная девочка. Разве тебе трудно ей уступить?"

"Нисколько! Но это всё равно как украсть мою порцию в столовой, сожрать её, а потом попросить: я страшно голоден, спаси меня…"

Похоже, что девочка совершенно не могла понять, о чём идёт речь, разве что догадывалась. Потому что смотрела на переговаривающихся жестами немых, скривившись от подозрения. Наконец это ей надоело, она схватила жеребца за узду и стала выводить из стойла с надменным восклицанием:

— С дороги!

Клайн ловко отпрыгнул в сторону и с каким-то неприятным умилением посмотрел вслед выносящейся из конюшни новенькой. С той самой минуты стало понятно, что у конюха вдруг ни с того, ни с сего объявилась любимица, которой он потворствовал и делал поблажки в любом вопросе. Танти тогда тоже удачно отпрыгнул с пути невоспитанной хамки, но при следующих встречах постарался использовать весь свой ум и сообразительность, чтобы поставить наглую выскочку на место. Между ними началась тотальная война, в результате которой Клеопатра Ланьо старалась не появляться в присутствии Танти на игровых площадках, а он ей подчистую проигрывал на территории конюшни. Дошло даже до того, что он решил забросить джигитовку и конную выездку, и только благодаря Гарольду вновь и вновь появлялся возле животных и, сжав зубы, седлал то, что ему доставалось. Потому что самое лучшее животное из готовых под седло, всегда оказывалось занято Клёшей.

— Не обращай на неё внимания, игнорируй! — со всем напором уговаривал и поучал лучший друг. — Я со стороны заметил, что когда ты её не видишь, она набирает в грудь воздуха и ждёт. Но как только твоя голова или корпус начинает разворот в её сторону, она и выдаёт свои гадкие пассажи и провоцирует тебя вызывающим поведением. Борись! Тренируй свою волю! Докажи что ты и в данном случае достоин высокого звание великого, рассудительного воина. Закаляй выдержку! Убеди своим игнорированием, пренебрежением, что она — пустое место!

И Танти тренировался. А потом доказывал. И с каждым разом у него получалось всё лучше и лучше. Да и учёба почти завершилась, оставалось пятнадцать дней, после чего выпускники разъедутся по всей Империи, искать свои жизненные дороги. Но иногда срывался, как вот сейчас и ничего не мог с собой поделать. Даже специально изучил распорядок дня и расписание учёбы Клеопатры, лишь бы с ней не пересекаться, и всё равно не повезло. Чего этой пигалице понадобилось в конюшне?

Именно этот вопрос и задал в первую очередь Гарольд, когда они вдвоём нависли за плечами Романа Бровера.

— Сам не пойму… Тренировку по плаванию пропустила…

— Значит, ты ничего не высмотрел и придётся Клайна «сдавать»?

— Не знаю. А ты что думаешь? — Танти сжал ладонью плечо их компьютерного гения.

— Тоже терзаюсь сомнениями, — признался тот, не прекращая своего пребывания в виртуальном мире, — С одной стороны мне сейчас ничего не стоит запустить в сеть неотслеживаемую информацию: мол, масса ребятишек из окон успели заметить как притворяющийся немым конюх, бегал ночью с огромным автоматом.

— Почему "притворяющийся"? — удивился Гарри.

— Так положено, приятель! Все тоже будут ошарашены новостью о притворстве и начнут перепроверять Клайна до седьмого колена. А вот в наличии автомата никто не усомнится.

— Хитро…

— А ты думал! Прислушивайтесь к умному человеку, глядишь и сами не такими круглыми дураками останетесь. — Роман вытащил ладонь из туманного сгустка пространства перед лицом и погладил себя по растрёпанным вихрам. — Но с другой стороны вдруг этот Клайн и в самом деле законспирированный работник госбезопасности? Раз кто-то к нам пытался пробраться с целым арсеналом, то кто-то вполне мог предугадать подобную вылазку и на всякий случай внедрить сюда своего агента.

— Слишком сложно получается, — сомневался Танти. — Разве что на территории интерната в древности закопали какое-то уникальное сокровище. И что ты там упомянул по поводу арсенала?

— В печать просочились сведения, что у террористов имелись гранаты. Причём разного назначения.

— Значит всё-таки террористы?

— Так считает большинство обозревателей. А вот тут я выписал несколько десятков других, весьма интересных с моей точки зрения, предположений. Можете глянуть. Возможно, что кто-то и угадал, потому что мне версия о заложниках ну совершенно не импонирует.

— Да, маловато их для захвата интерната, слишком маловато…, - бормотал Танти, вместе с Гарольдом вчитываясь в красивые строчки каллиграфическим почерком. — Да и боевик, рывший подкоп — сразу вернулся к забору. Мне кажется, те трое должны были прикрывать окончательный отход. Знать бы: после чего…

Гарольд ткнул своим мощным пальцем в одну из строчек:

— А вот месть кому-то из преподавателей — вполне подходит. Многие