Мир-Цирк [Авторский сборник] - Барри Лонгиер Страница 105

Секретарь Совета откашлялся, не поднимая глаз от своих записок, кивнул Арнхайму и нуумианцу и повернулся к тому, кто сидел во главе стола. Бывший бухгалтер «АиБКЭ» Милтон Стоун, почти утонувший в мягком кресле, кивнул в ответ:

— Можно начинать, Отто.

Секретарь еще раз откашлялся.

— Очень хорошо… Карл Арнхайм, владеющий двадцатью семью процентами голосующих акций «АиБКЭ», направил Совету директоров предложение, в соответствии с которым…

— Оставьте… — Милтон Стоун улыбнулся. — Давайте перейдем к делу. Я уверен, что правила всем известны.

— Да, мистер Стоун. — Секретарь покраснел, нервно поправил воротничок и снова откашлялся.

Нуумианец едва заметно кивнул. Сум знал, что даже столь бесчувственные существа, как люди, не могут игнорировать ненависть Арнхайма. Секретарь перевернул страницу и начал читать:

— Предложение, выдвинутое мистером Арнхаймом, состоит в том, чтобы распустить нынешний Совет директоров, провести собрание держателей акций и…

— Хорошо, хорошо. — Милтон Стоун обвел взглядом присутствующих и остановился на Арнхайме. — Карл, не хочу показаться резким, но ваш фокус доставил Совету немало неприятностей. — Стоун подался вперед, положил локти на стол и постучал пальцами о крышку. — Вы маньяк, Карл. В своем стремлении уничтожить «Шоу О'Хары» вы вполне способны уничтожить корпорацию, а этого мы допустить не можем. Более двух лет «АиБКЭ» управлял цирком «Арнхайм и Бун», неся тяжкие потери. И это при том, что другие шоу, в том числе и цирк О'Хары, выйдя на звездную дорогу, получают огромную прибыль. Ради защиты собственных интересов нам пришлось убрать вас с поста председателя, и я предупреждаю — мы на этом не остановимся. — Он повернулся к секретарю. — Отто, свяжитесь с мистером Буном по закрытому каналу. Думаю, мы готовы голосовать.

Посланник Сум заметил, с каким удовольствием Арнхайм швырнул на стол пачку бумаг.

— Не трудитесь, Отто. Видите ли, с сегодняшнего утра мистер Бун уже не является держателем акций «АиБКЭ». Теперь у меня пятьдесят три процента голосующих акций.

Многие из сидящих за столом побледнели. Секретарь просмотрел бумаги, перебирая их трясущимися пальцами. Прочитав документы не менее двух раз, он взглянул на Стоуна:

— Это… это так, мистер Стоун.

Карл Арнхайм повернулся к секретарю. По его губам скользнула улыбка.

— Отто.

— Да… да, мистер Арнхайм?

— Напоследок запишите результаты голосования. Все служащие уволены, члены Совета тоже. Президентом отныне буду я, вице-президентом Адья Сум, казначеем Дирьи Ви Музздн, секретарем Сев То Линта…

Милтон Стоун поднялся и ударил ладонью по столу.

— Вы маньяк, Арнхайм, если думаете, что это вам сойдет с рук! Нуумианцы в Совете?.. Акционеры обратятся в суд! Вас признают невменяемым!

Арнхайм вытащил из кармана клочок бумаги, скатал его в шарик и выстрелил им в направлении секретаря. Бумажный шарик пролетел над столом, упал и подкатился к Отто.

— Здесь список директоров и служащих. — Арнхайм огляделся, взгляд его замер на Стоуне. — Джентльмены, в настоящий момент ваши акции в «АиБКЭ» оцениваются примерно в тысячу сто кредитов каждая. Я предлагаю — и только один раз — продать их мне по этой цене. — Он усмехнулся. — Думаю, вы прекрасно понимаете, как отразится на их стоимости любой скандал в руководстве, если он попадет в новости. Я уж не говорю об обращении в суд. Ну так что, джентльмены, возьмете то, что можно пощупать, или уйдете со своими принципами, которые к утру превратятся в кучку пепла? — Усмешка сползла с его лица. — Уверяю, имея нынешний контроль над «АиБКЭ», я отдам приказ об уничтожении корпорации еще до того, как вы успеете перейти улицу и предпринять какие-либо действия.

Посланник Сум кивнул, наблюдая за тем, как директора поспешно подписывают бумаги, продавая свои акции. Чудесная ненависть, действительно чудесная!

28

4 мая 2145 г

Взяли курс на Мистению, пятьдесят вторую планету Нуумианской империи. Специально заключенное соглашение гарантирует получение цирком определенного минимума. Предварительные доклады хорошие…

Том Уорнер остановился у края карьера, после крутого подъема у него все еще болели икроножные мышцы. Он перевел дыхание, взглянул на темно-багровое небо Мистении, повернулся и посмотрел на дно карьера. Сквозь густую дымку ядовитой каменной пыли ему были видны немногие из егс товарищей — они рубили камень, собирали куски в корзины, втаскивали ношу на нагруженные спины и несли по крутой тропинке к входу в карьер.

— Человек! — При звуке этого голоса, донесшегося из громкоговорителя, все в карьере замерли. Постепенно, поняв, что окрик относится не к ним, рабочие по одному брались за дело. Том Уорнер поднял глаза на герметично закрытую башню. — Человек, куда ты направляешься?

— Господин, в это время мне нужно являться к начальнику деревни.

Последовала небольшая пауза, которую нуумианцы назвали бы моментом страха.

— Проходи, человек.

Том поклонился башне, повернулся и зашагал по склону к деревне, зная, что взгляд стража будет следить за ним, пока он не скроется за гребнем. И этот взгляд не упустит ни малейшего жеста. Однажды Джейсон по глупости пошутил вот таким образом: вытянул руку по направлению к башне, ладонью вперед и растопырил пальцы. Никто из людей не знал, что означает этот жест у нуумианцев, зато все стали свидетелями, как эти существа могут сердиться.

Том Уорнер прижал ладонь к бедру. Добравшись до гребня, он увидел перед собой другую герметично закрытую башню. За ней начиналась деревня: длинные ряды бараков из пластика и металла.

— Человек, куда ты направляешься?