Спаси моего сына, бывший! - Настя Ильина Страница 9

Антипов обхватывает голову руками, подскакивает и пулей вылетает из комнаты. Возможно, он сам захочет выгнать нас из дома, когда поймёт, что маленький ребёнок — это не тишина и покой, а постоянный детский плач, нужды, которые не всегда удаётся угадать.

Как только Даня немного успокаивается, я укладываю его на кровать и иду к чемодану, чтобы достать памперсы и переодеть сына. Из кармашка вываливается телефон. Не знаю, что с ним стало: он просто сломался и отказывался включаться, и я беспокоилась, что это разозлит Антипова. Наверное, мне нужно купить новый, но денег пока не так много, почти все накопления, которые у меня были, я потратила на обследование сына. И я не знаю, сколько потребуется вложить ещё.

Пока достаю всё необходимое для обработки, сын засыпает: ему действительно не понравился тон отца. Тяжело вздыхаю и пытаюсь включить телефон. Вскоре он подаёт первые признаки жизни, и экран мерцает. Телефон включается, а я спокойно выдыхаю.

Неплохо было бы позвонить маме и сообщить, что мы в порядке…

После того, как она узнала, почему я работала на Царёва, она ушла в себя. И мне не удалось убедить её в том, что это был мой выбор, о котором я ничуть не жалею. Жалею лишь о том, что струсила, поддалась панике и не нашла в себе силы, чтобы попросить о помощи. Если бы я сразу попросила Женю помочь мне, то, наверняка, он бы понял и простил меня.

Телефон начинает вибрировать, вырывая меня из мыслей, я смотрю на экран и вздрагиваю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Царёв?

Что ему снова нужно от меня?

Всё тело охватывает лихорадочная дрожь.

Я думала, что этот человек больше не появится в моей жизни, но он звонит мне, а я не могу даже пошевелиться, чтобы сбросить вызов.

Слышу глухие шаги за своей спиной, но не спешу спрятать телефон и как-то отреагировать. Всё моё сознание заторможено, всё внутри кричит, что нужно сбросить, скрыться от него, избавиться от этого человека, чтобы он больше не появлялся в моей жизни. Но перед глазами мелькают те ужасные кадры, и мне кажется, что я снова ощущаю прикосновения Царёва на себе. Жадные, омерзительные… Вскрикиваю, резко оборачиваюсь и отталкиваю мужчину, взявшего меня за плечи, от себя. Только потом понимаю, что это не Царёв. В висках с силой стучит, а я смотрю на рассвирепевшего Антипова и понимаю, что он видел имя звонящего.

— Так значит вы с ним и не расставались… И каково тебе спать с инвалидом, Малинка? — с презрением спрашивает бывший, а я лишь испуганно продолжаю смотреть ему в глаза.

С инвалидом?

Что он имеет в виду?

— Я не понимаю, о чём ты говоришь! — отрицательно мотаю головой.

Меня всю трясёт, потому что я вижу, как звереет Антипов, и отлично понимаю, что он обвинит меня снова. Обвинит в связи с Царёвым. Наверное, лучшим было бы просто раскрыться перед ним, рассказать всю правду, а дальше уже будет как будет, но я не могу выдавить из себя и слово.

— Какого дьявола происходит? — рычит бывший, хватает меня за плечи и чуть встряхивает, заставляя посмотреть ему в глаза. — Скажи мне, что на этот раз? Почему ты снова связалась с ним?

— Я не связывалась. Понятия не имею, зачем он звонит мне снова.

— Хватит врать! — Антипов встряхивает меня ещё сильнее.

Он смотрит мне в глаза с такой яростью, что страх опутывает сознание. Я мотаю головой, чтобы избавиться от наваждения. Не хочу, чтобы он считал меня продажной тварью, но и поговорить откровенно боюсь, потому что понимаю, что это мой единственный шанс исправить отношение бывшего ко мне, и если ничего не получится…

— Мы не общались с Царёвым с того самого дня, как он…

Язык не поворачивается, чтобы сказать правду. Я не хочу, чтобы бывший жалел меня. Бедную Иру изнасиловала тварь, на которую она работала… Мурашки покалывают кожу, а от прикосновений Антипова мне тепло на душе, но одновременно страшно. Его реакция пугает, заставляет опасаться следующего шага.

— Расскажи мне всё с самого начала. Ничего не утаивай. Если ты хочешь оставаться рядом с сыном, ты должна быть откровенна со мной, — пристально смотрит мне в глаза Антипов, проговаривая каждое слово.

Я задыхаюсь от нахлынувших эмоций. Смогу ли я сделать это сейчас? Я всегда представляла, как может сложиться наш разговор с бывшим, как я буду пытаться оправдаться перед ним, но теперь слова теряются. Он хочет выставить меня виновницей всех бед, но ведь он сам не пытался даже поговорить со мной, узнать, что творится у меня на душе.

— Я жду! — бормочет Антипов, сильнее стискивая пальцы на моих плечах.

Телефон снова начинает звонить. Бывший отпускает меня, наклоняется и поднимает аппарат с пола. Какое-то время он смотрит на экран, а затем протягивает телефон мне.

— Ответь и включи динамики.

Я не решаюсь, потому что не готова снова говорить с насильником. Не хочу этого, но Антипов не позволяет мне вставить и слово.

— Отвечай! — требует он.

Я киваю, нажимаю на кнопку ответа и включаю громкую связь, чтобы мужчина услышал и понял, что я никак не связана с Царёвым.

— Ну как тебе мой подарок, Ирочка? — спрашивает мужчина омерзительным тоном.

От звучания его голоса ноги подкашиваются, и мне становится дурно. Я едва сдерживаю тошнотворные позывы. Голова кружится, как после страшного аттракциона.

— Подарочек? — задаю встречный вопрос я, а сама смотрю на бывшего и пытаюсь дать ему понять, что я ничего не понимаю.

— Ты ещё не знаешь? Вероятно, я поторопился до того, как жаркие новости дошли до тебя…

Антипов стискивает зубы, отчего желваки на его лице передёргиваются. Он нервничает, но и я тоже.

— Что же, стану тем самым вестником, который поделится с тобой случившимся… Твой отец мёртв, и теперь ты наследница его состояния. Чтобы ты понимала, Ира, денег там очень много, больше, чем ты можешь себе представить. Не благодари. Это мой щедрый подарок за то, что между нами было.

Царёв сбрасывает, а я задыхаюсь от его слов и продолжаю смотреть на бывшего, который выглядит мрачнее туче. Ему не понравились последние слова мужчины, а я знаю, что мои речи не оправдают меня, потому что Женя не верит мне.

— Убрал твоего отца… Кого уберёт следующим? Меня? —