Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2 - Данил Коган Страница 27

В наушнике раздалось три последовательных щелчка. Готовность, минута. Шакал еще раз окинул взглядом окружающий пейзаж, размечая возможные углы атаки, и опустился на колено возле «Стрелы».

Переносной зенитно-ракетный комплекс был установлен на станину и закрыт маскировочным полем. Снаружи его увидеть было невозможно. Одна ракета снаряжена. Еще одна ракета, запасная, лежала возле комплекса. А еще одна, которая «план Б», вернее, боеголовка от нее, лежала в тактическом рюкзаке убийцы. Но «план Б» — это все же на крайний случай. Слишком масштабные разрушения. Воронцовы такую пощечину не простят и не забудут никогда. Не то чтобы ему было дело до Воронцовых и их гнева. Еще один боярский род, мечтающий найти Шакала и поместить в камеру пыток погоды уже не сделает. Просто убийца не любил неаккуратности. Неряшливость в делах его раздражала. С другой стороны, он всегда был за максимально простые решения. Поэтому и добивался успеха там, где пасовали мастера скрытности или любители многоходовок. Не можешь достать цель? Просто нужны пушки побольше.

От комплекса зданий изолятора отделился темно-синий с желтой полосой аэрофургон «тяжких». Машина сразу начала круто набирать высоту, разворачиваясь к убийце задней частью.

Идеально! Заключенный должен быть именно там. В транспортном отсеке автозака.

Слегка сдвинув перекрестье прицела так, чтобы оно было по центру и чуть выше двери фургона, Шакал нажал клавишу «пуск».

Ракета стартовала, выбросив за собой язык огня и дыма, который затянул верхний этаж недостроенного здания. Шакал сопроводил ракету, слегка корректируя ее курс. Секунда. Цель накрыта.

На месте фургона вспух оранжевый шар объемного взрыва. Этот боеприпас был предназначен для уничтожения бронированной летающей техники, так что от фургона, по идее, не должно было остаться практически ничего.

Шакал встал, поставил таймер на второй ракете на минуту. Взялся за закрепленный вокруг колонны трос и съехал вниз притормаживая «крестом». Быстрым шагом пересек первый этаж и спустился в открытую заранее подвальную дверь. Где-то в другом месте уровня городские коммуникации выпустят из себя совсем другого человека, который спокойно отправится в Аэропорт «Чертовицкое».

Дело сделано.

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ. СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА ЧЕРЕД ДЕНЬ. Дальше в обычном режиме

Глава 37

«ГАВ»!

На следующий день зачистка гнезда продолжалась, ну уже без нас. Сегодня должны были подключить свет, так как монстров вчера грохнули процентов на девяносто. По слухам, в самом гнезде было две четверки, которые не доставили проблем. Мехи вынесли их не напрягаясь.

Сегодня мехи стояли на базе.

Заноза ходила вокруг боевых машин, как кошка вокруг сметаны. Огромные шестиногие махины, напичканные магией, внушали трепет и уважение одним своим видом. Заноза сегодня все утро болтала только о них. С одним из пилотов она завязала близкое знакомство и теперь, с горящими глазами, рассказывала, что он хвалил мои упражнения, и вообще какой он классный парень, и какой у него большой… мех. Ну теперь она в ближайшее время точно наляжет на учебу.

С ночи всю казарму массово положили под капельницы с «трубочистом». Чтобы вывести всю полученную дозу дряни, такую процедуру требовалось повторить еще дважды. Утром, пока Заноза бегала облизывать мехи, остальные «пострадальцы» из нашей пятерки занимались приведением в порядок амуниции и вооружения. Наши коллеги из других групп были заняты примерно тем же самым.

За этим нехитрым делом нас и застал начальник базы, подполковник Неклюев. Выглядел он мрачнее тучи. И скоро стало ясно почему.

При его появлении все вскочили с коек и вытянулись вдоль проходов. Низенький и толстый подполковник, пыша недовольством, оглядел наши нестройные ряды.

— Значит так, бойцы. — Заорал Неклюев. Лицо его, и так похожее формой на перезрелую тыкву начало краснеть, начиная с шеи. — На базу прибыл начальник Управления — его превосходительство Макар Ильич Громов. Через пятнадцать минут общий сбор на плацу. Наградные планки надеть. — Он немного подумал и докричал. — У кого с собой. Строимся по участкам, от альфы в сторону омеги.

После чего развернулся на каблуках и почти бегом покинул казарму. Экий шустрик. Визит начальства ему, видимо, был не по нраву. Ну или он всегда такой, я его видел впервые.

Ребята начали потрошить личные вещмешки, а я за отсутствием наград просто разгладил складки повседневной формы.

— Не слишком ли Громов важная фигура, чтобы вот так запросто сюда забежать? — Спросил я сержанта.

— Вообще-то, база приоритетный-на объект при управлении. — Ветер приладил к груди квадратную плашку с тремя полосками. На полосках были видны звездочки и римские цифры. — Поэтому начальство держит руку на пульсе-на. А если вовремя доложить, что пульс типа может сбиться… Может и забежать.

— И как Плахин связан с Громовым? — Разгадал я эту нехитрую интригу.

— Как надо, связан-на. — Непонятно ответил Рудницкий. — Слишком ты догадливый, Боярин. Держи такие мысли при себе-на.

— Громов с комендантом из разных слоев выходцы. — Объяснил Красавчик. — Генерал из боевых офицеров. Сам на земле работал. Подполковник же чисто штабной. Сам видел, какую жопу он тут наел. А Плахин… — Красавчик покосился на сержанта, — вместе с Громовым служил.

— Ну, то есть я так понимаю, опасаться, что с нас вычтут за утраченное оборудование и лишат выплат за трофеи, нам уже не нужно. — Спросил я, направляясь вместе с остальными на выход из казармы.

— Никто не знает, что у начальства на уме. — Ответил сержант. — Мало ли почему Громов приехал? Проверить, как тута мехи драгоценные поживают, например-на. Не торопи события, Боярин. Щас все и узнаем, мне думается.

На плацу к нам бегом присоединилась Заноза, пристегивая планки к кителю. Полоски шли сверху вниз и имели цвет золотой, серебряный и бронзовый. У сержанта были все три цвета, у остальных по два. Заноза и вовсе имела только бронзовую нашивку с римской цифрой III. Я не утерпел и тихо спросил у Красавчика:

— Что за цифры? И что цвета означают?

— У нас нет отдельных нашивок за ранения. — Ответил он также тихо. — Эта плашка — приложение к награде «Звезда». Означает сия висюлька: «имярек выжил в опасной ситуации», — вроде того. Ну в зависимости от настроения командира, и решения штаба и согласно регламенту, — он ухмыльнулся, — их выдают три категорий. Бронзовая звезда — есть у каждого ликвидатора, у кого стаж больше года. Ну и за стычки иногда дают. Серебро — уже нужен повод. Серьезный случай. Тяжелое ранение. Ну и золото, вон как у Олега, это уже, считай, особо отличился боец. Или из комы откачали.