Вад Капустин - Полковнику нигде… Страница 85

— Мнемонический кристалл, — подсказал из глубин подсознания Грезаурыл Бромаву. В такой ответственный момент Предтеча, конечно же, не упустил возможности поприсутствовать за кадром.

Команда полковника находилась в священном храме, куда привел их кошачий жрец. Прибежищем Хранителей душ служила глубокая подземная пещера, изрезанная многочисленными ходами. Стены ее были испещрены небольшими углублениями, где в нишах слегка поблескивали внутренним светом мнемонические кристаллы. В центре на постаменте возвышалась драгоценная статуя огромного симаха. Самки. У ног ее лежали цветы и туша какого-то зверя.

— Символ перерождения. Родина-Мать! — пояснил жрец. Долго осматриваться гостям не позволили. — Возьмите кристалл и удалитесь. Ваше присутствие тревожит Ушедших. Обряд проведем подальше отсюда.

— Обряд… Какой? — вздрогнул полковник. Слова симаха встревожили, вернув прежние опасения: как ни пытался Бром представить себе последствия соединения душ, ничего хорошего в голову не приходило. Беспокойство вызывала и данная хиджистанской шантажистке клятва.

— Вот объединимся, и пусть потом выходит замуж за Звездного Сеятеля, — успокаивал себя полковник, но мысль не приносила особого удовлетворения.

— Обряд называется зов симаха! — успокоил его предтеча, как обычно бесцеремонно шаривший в чужих мыслях. — А свадьба состоится вечером, в семь часов. Сегодня. Или это уже завтра?

— Опять взялся за старое! Достал со своими прогнозами! — мысленно огрызнулся Бром, не жаждавший подобной определенности. Его по-прежнему раздражала манера призрака путать временные планы. С одной стороны, предсказание означало, что воссоединение пройдет благополучно, с другой — надежды избежать свадьбы практически не оставалось: когда предтеча не путал прошлое и будущее, его пророчества сбывались с удручающей точностью.

— Нам пора в путь. Я отправлюсь с вами к алтарю, — продолжал симах. — Он находится недалеко от столицы. Там и произойдет воссоединение. Я помогу новообращенной.

— Пешком мы не пойдем, — решительно заявил Бром, которому надоели бесконечные блуждания по болотам, и любое промедление казалось нестерпимым, особенно теперь, когда цель была так близка. Он вытащил карту и протянул учительнице. — Ну-ка, Лина, показывай!

Капитолина Николаевна, с трудом удержавшись от резкого ответа, не глядя, ткнула в точку на карте — с каждым разом ориентирование давалось ей все легче. Сейчас она хорошо ощущала, что привлекательное тепло сместилось чуть дальше, правее.

— Ладно. Сейчас. Ай-Ван, давай! — снова не считаясь с чужими чувствами, властно скомандовал полковник.

Черный маг скрипнул зубами, но сдержался. Переброс… Ай-Ван снова удачно справился с нуль-транспортировкой, и его опять никто не поблагодарил.

В этот раз после переноса путешественники очутились у черного алтарного камня, лежавшего на светлой опушке. Оттуда уже открывался вид на веселые разноцветные домики хиджистанской столицы. Здесь явно жили не хуже, чем в далеком Зиртане, но, похоже, намного скучнее. Кругом было тихо и спокойно. Никаких признаков войны Аурел не заметил. Он привычно пересчитал своих: все были на месте, и даже лишние никуда не исчезли. В центре поляны, под пристальными взглядами собравшипейся публики, расположился старый симах. Над ним, расплывшимся облаком зависла грязная тень — фантом Грезаурыла Бромаву. Призрак, наконец, материализовался, — в той мере, в какой это было ему сейчас доступно. Сеятель сильно побледнел и явно держался из последних сил. Аурел хотел выразить старику сочувствие, но не успел.

— Я к себе! Жду тебя там, — махнув жениху ручкой, бросила довольная Азарис. При первом взгляде на родные пенаты принцессу потянуло домой. Девушка умчалась во дворец — переодеваться и срочно шить новые наряды к свадьбе. Она побежала к цветным домикам, легко перепрыгивая с кочки на кочку — похоже, болото подходило к самой окраине городка. Аурел бросил ей вслед обреченный взгляд. Но и это было еще не все. В группе назревал очередной кризис, на этот раз транспортный.

— И все-таки вы свиньи! — вызверился, не выдержав обиды, старший магистр, оскорбленный человеческой неблагодарностью.

— А что такое? — спешно перебирая прошлые грехи, поинтересовался полковник. Никакой вины перед магом он не чувствовал.

— Да как ты…! — выяснить отношения им не дали. В ход разговора вмешались другие. Старшие.

— Одна проблема, похоже, уже решилась, — прислушавшись к астральным отзвукам далеких событий, задумчиво пробормотал жрец.

— Ты о чем? — отвлекся Бром.

— О войне. Пожалуй, там все обошлось и без вас. Но спасибо за добрые намерения.

— Так, может быть, и свадьба без нас? — сделал очередную попытку увильнуть несчастный обрученный.

— Ты поклялся в храме! — сочувствующе напомнил симах, который уже достаточно близко познакомился с характером прекрасной принцессы: телепатически.

— Оставим это! Пора материализовываться! — в центре поляны вновь заколыхалась потускневшая тень Грезаурыла Бромаву. Видно было, что он устал ждать. — Галактика в опасности! Я спешу!

— Иди к камню и зови! — жрец кивнул Нафс.

Маленькая кошка подошла к алтарному камню и недоверчиво принюхалась. Потом одним прыжком оказалась сверху, грациозно потянулась и, улегшись на центральное углубление, опасливо зажмурилась.

— Хранитель надо положить рядом, — подсказал жрец.

Аурел протянул руку и положил кристалл рядом с хвостиком кошки, стараясь не слишком приближаться — казалось, что атмосфера вокруг алтаря изменилась, и в воздухе появилось нечто потустороннее, тревожное.

— Сконцентрируйся и позови мать, — вновь приказал симах, и Нафс послушно позвала. Сначала раздался встревоженный мявк, потом тоскливый вой.

— Мысленно позови, дура, — не выдержав, опять вмешался жрец, и вой умолк. Воцарилось молчание, затянувшееся на несколько минут.

— Ну же! — заторопил призрак.

— Погоди! Дай разобраться! — полковник вспомнил о главной проблеме. — Вот ты сейчас восстановишься, а с нами всеми что тогда будет?

— А ничего и не будет! — словоохотливо объяснил Звездный сеятель, разоткровенничавшийся на почве близкого объединения. — Вас, в общем-то, и нету на самом деле. Так! Ментальные структуры!

— Вот и я говорю, что вы вовсе даже не люди! — вмешался продолжавший оскорбляться Ай-Ван. — Совести у вас нет. Одно слово, ментальные структуры! — в его устах это звучало как новое изощренное ругательство. Может и в самом деле?

— Слышь, Лин! А что это вообще такое? Структуры эти самые? — тихо спросил у учительницы Аурел, стеснявшийся своей неосведомленности.

— Что-то связанное с головой? — неуверенно предположила Капитолина Николаевна, давно забывшая университетский курс психологии.

— Типа головных уборов? — неудачную шутку оборвал угрожающий взгляд учительницы.

— Я имела в виду не снаружи, а изнутри! — сказала она.

Бром не стал напрягать воображение и обратился к специалисту:

— Ай-Ван!?

— Иди ты!..! К…!

— Не хами! Объясни лучше толком!

— Ну, в общих чертах, ясно! То, что в мозгах. Типа бессмертные души! — недовольно буркнул черный маг.

— Души? А не тела? Так что, можно и не жениться? — со слабой надеждой найти в запутанной ситуации хоть что-то хорошее, спросил Бром.

— Ничего не выйдет, старик! — просветил его Кибербарс. — Не отвертишься! Думаешь, я здесь зачем?

— В смысле?

— Материализатор в меня изначально встроен. Дело-то проще простого. В синтезаторе полно свободного белка. Если при воссоединении Сеятеля пострадают биополя и материальные носители душ, я скопирую ментальные структуры и восстановлю ваши тела в лучшем виде. И вот ты снова здесь и почти женат.

— Надо же! — язвительно отозвался полковник. — Как воссоединяться, так ментальные структуры. А как жениться, так сразу материальные носители!

— А разница какая? — удивился сверхразумный компьютер. — Для программера работа одна и та же — моделирование.

— Вот! Заманили! Обманули! — внезапно запаниковал Грыз-А-Ву. Он испугался, что в редакции ему опять откажут под предлогом того, что не печатают произведения ментальных структур, не имеющих законных имен и фамилий.

— Никто тебя не обманывал! — обиделся Кибербарс. — Сразу всем было сказано: перенос ментальных структур. Трансцедентальная трансгрессия.

— Ну, а объединяться-то как будем? — продолжал допытываться писатель, беспокоившийся за свои авторские права. Он подозревал, что пересаженная в душу Сеятеля копия тоже будет претендовать на соавторство и долю в гонорарах.

— Так и будем, — повторил Барс, отлично понимавший проблемы, которые может повлечь за собой удвоение писательской души. — Скопируем сознания, и Звездный материализуется в лучшем виде! Как огурчик — полное поглощение! Бывшие носители тоже восстанавливаются и выбрасываются в реальное пространство. И ты остаешься только один, без всяких дублей и соавторов.