Энди Чемберс - Путь эльдар: Омнибус Страница 75

Песнопения экзархов прервал пронзительный вопль, и наступила тишина. Морланиат содрогался в исступленном восторге, его тело пронизали ярость и ненависть аватара. Через Бесконечный Круговорот призыв к войне Кхаина отдался эхом в каждом жителе Алайтока, и все замерло. На один миг все эльдары на мире-корабле, живые и мертвые, оказались едины, их психическая энергия породила воплощение их ярости, их живое божество насилия.

Дрожа от восхищения, Морланиат смотрел, как с грохотом открылись бронзовые двери.

Глаза аватара полыхали темным огнем, словно раскаленные угли ненависти. Его растрескавшаяся железная кожа была покрыта пузырями и шрамами, через пластины текли ручейки расплавленного металла. Между ними ярко светилась огненная шкура, языки пламени облизывали металлические мускулы, сверкая внутри нетленных суставов.

В правой руке он держал Суин Деллэ, загадочное оружие сверкало силой, по рунам на его древке и наконечнике перемещались пылающие искры. На его плечах была красноватая мантия, все еще покрытая пятнами крови, как и кинжал-застежка. Не осталось никаких признаков присутствия Лидейрры, кроме кровавой пленки, покрывавшей руки аватара от горящих кончиков пальцев до острых локтей. Капая на пол, кровь издавала шипение.

Все это Морланиат увидел перед тем, как аватар заполнил весь его разум. Экзарх вновь пережил каждую причиненную им смерть, и его восторг достиг предела. Это было уже почти невыносимо, размытый калейдоскоп боли и кровопускания, каждый проносящийся в сознании образ усиливал наслаждение Морланиата, пока он уже не смог более сдерживаться.

Выгнувшись, он издал рев ярости, выпустив всю свою ненависть до последней капли, и к его воплю, прокатившемуся по миру-кораблю, присоединились тысячи глоток.

ВОЙНА

Во времена, последовавшие за Грехопадением, Азурмен сплотил разбитых, но выживших потомков Эльданеша и Ультанаша. Они бежали на мирах-кораблях, но не смогли избавиться от разрушительного воздействия Той, Что Жаждет. Азурмен понимал, что дети Эльданеша и Ультанаша не могут убегать вечно, поскольку непристойное божество, порожденное их сладострастными желаниями и извращенными кошмарами, все еще оставалось их неотъемлемой частью. Азурмен привел горстку своих последователей на бесплодную планету, лишенную развлечений и соблазнов. Здесь Азурмен основал Храм Азура. Посвятив свою жизнь сохранению наследия Азуриана, короля богов и повелителя небес, Азурмен учил своих последователей, что они должны отказаться от своей любви к богам, так как потворство своим желаниям привело к разложению и безнравственности. Разрушительные побуждения Кхаина следовало умерить благоразумием, и потому Азурмен обучил своих приверженцев, как забывать восторг убийства и возбуждение битвы. В Храме Азура каждый из его учеников развил свои боевые приемы, направляя в определенное русло только часть гнева Кроваворукого бога. Это были азурия, первые экзархи. Когда предательство Архры привело к разрушению Храма Азура, азурия бежали на миры-корабли, чтобы основать новые храмы и передавать другим свои боевые искусства. Азурия положили начало Пути Воина и стали известны впоследствии как лорды-фениксы, которые возрождаются после смерти до тех пор, пока Фуэган — Пылающее Копье не призовет их на Рана Дандра, последнюю битву, и с детьми Эльданеша и Ультанаша будет покончено.

В Куполе Хрустальных Провидцев царило безмолвное спокойствие. Из выходящего на поверхность Бесконечного Круговорота выступали деревья из многоцветной призрачной кости, их листья, словно стеклянные, отбрасывали радуги на белый песок. Под их искривленными ветками стояли бессмертные провидцы, плоть которых обратилась в похожий на лед хрусталь, и прозрачные тела, давно покинутые душами, окутывали мантии.

Купол слегка вибрировал от пульсирующей энергии Бесконечного круговорота — Алайток готовился защищаться. Морланиат и Скрытая Смерть разместились здесь, чтобы охранять купол вместе с четырьмя другими отрядами: Сверкающими Копьями на серебристых гравициклах, Воющими Баньши с их развевающимися гривами и визжащими масками, Зловещими Мстителями в сине-белых доспехах, Варповыми Пауками со светящимися смертопрядами.

Позади них в воздухе парили три «Волновые Змеи», изящные пехотные транспорты были окрашены в синий цвет Алайтока с узорами из лиловых шипов, оплетающими блестящие корпуса. Вытянутые вдоль носа судна крылья потрескивали энергией, искажая его формы мерцающим защитным полем. На каждом из них была башенка с сюрикеновыми пушками или парой сияющих копий, которые настороженно вращались.

Морланиат не смотрел по сторонам. Его внимание было приковано к тому, что происходило вверху, над прозрачным психосиловым колпаком. Там, в холодном вакууме космоса, разгоралась первая битва за Алайток.

Яркие всполохи света от грубых плазменных двигателей выдавали позиции Имперских кораблей. Боевые суда эльдаров с темными, как пустота, корпусами проносились подобно призракам, их можно было заметить лишь благодаря мерцанию солнечных парусов.

Ракеты и торпеды исчертили звездное небо пересекающимися огненными следами. Во мраке ослепительно вспыхивало лазерное оружие, и пустота озарялась короткими извержениями пламени. Эскадры изящных эсминцев легко маневрировали в пространстве, чтобы обеспечить наводку своих орудий, линкоры плавно скользили сквозь вихрь битвы, выпуская разрушительные залпы из своих батарей, а из открытых отсеков — волну за волной стремительных истребителей и ширококрылых бомбардировщиков.

В поле зрения Морланиата попал имперский фрегат, который оказался так близко, что экзарх отчетливо видел его белый корпус и нос с золотым орлом. Это было высокое и прямоугольное, отталкивающее с виду судно, с карнизами и подпорами, с гигантским золотым тараном впереди в форме орлиного клюва. Открыв огонь из своих орудий, он покрылся рябью вспышек от носа до кормы, затем эти вспышки прорезали обжигающие лучи лазерных башен, расположенных вдоль зубчатой надфюзеляжной палубы. Алайток ответил ураганом лазерного и артиллерийского огня из оборонительных башен и противокорабельных орудий. Имперский корабль поглотил стремительный поток огня, и его корпус разломился, выпустив в пустоту облака полыхающего воздуха. Разрушенные оружием эльдаров плазменные реакторы фрегата взорвались, ослепительно вспыхнув.

Это смотрелось так, будто сражались сами звезды, и Морланиат был просто заворожен этим зрелищем разрушения.

Корабли эльдаров, мерцая голополями, возникали ниоткуда, подобно призракам, и, дав залп по противнику, вновь исчезали в пустоту, заполненную звездами. Пустотные щиты Имперских кораблей покрывались синими и лиловыми вспышками, испуская заряды энергии, чтобы переправить удары эльдаров в варп.