Обратники - Наташа Эвс Страница 98

Они не слышат меня? Почему? Где я? Что это за место…

Нет, стоп! Это иллюзия Исы. Это прекращение всех процессов. Я не успел. Но я построил Хагалл! Вот же она. Нужно слияние, но нет сил.

Совсем нет сил…

Я просчитался. Изменить невозможно. Вокруг вакуум. И тишина…

«Вспомни о родителях…»

Всего миг. Эта фраза существовала только миг. И она принадлежала кому-то… Тому, кого я знаю. Очень хорошо знаю. Но кто же это? Кто?

Светлые локоны. Аромат зеленого яблока… Два синих океана.

Мия! Это Мия!

Словно удар электричества меня пронзила память, и слова, брошенные однажды моей напарницей. Ради родителей. И за их имена. Я должен бороться. Это моя миссия.

Вырвав себя из лимбического состояния, я изо всех сил швырнул Хагалл в зияющий центр Исы, отчего раздался мощный взрыв. Вакуум пополз треснувшей паутиной и вскоре распался на мелкие осколки, которые растаяли, словно сахарная вата в воде.

Вот он! Я вижу его! Этот сложный механизм передо мной!

Проникнув в материю снова, я погрузился в шифр и разорвал его. В эту же секунду меня вынесло в реальный мир, где я увидел зажмуренные в страхе глаза Николь и шокированное выражение лица Леона.

Набрав полные легкие воздуха, я медленно выдохнул, осознав, что мой браслет расстегнут.

— Братан… — растерянно протянул Януш, — ты сделал это.

— Фух! — тряхнула кудрями Эвелин. — Так и поседеть можно.

Я оглянулся, чтобы увидеть всех и устало произнес:

— Спасибо, друзья.

Но было что-то странное в выражении их лиц. Испуг, что ли.

— Вы так смотрите… — Я снова всех оглядел. — Что не так?

— Марк, ты в порядке? — настороженно спросила Мия. — У тебя… Кровь выходит из глаз.

Я протер лицо пальцами, окрасив их в алый цвет. Сначала это напугало даже меня, но ощущения никак не менялись, поэтому я просто махнул рукой:

— Ерунда. У нас мало времени, теперь дешифрую ваши браслеты — и в путь.

Ребят напряг мой убийственный вид, честно сказать, выглядело это не очень. Но тут без вариантов.

Круг обратников позволил мне максимально собраться с силами, и один за другим наручники были обезврежены.

Я ликовал! Это маленькая победа добавила мне сил, что я потерял при дешифровках. Процесс освобождения выкрутил меня, свернул как тряпку и выжал все, что было. Но радость от победы покрыла внутреннюю пустоту.

Мы закопали браслеты в землю в глухом месте, словно похоронили часть из прошлого. Это подействовало как глоток свободы — бесценные минуты вне рабства.

После я раскрыл ребятам свой план, уже называя вещи своими именами.

— Вот ведь жесть, — протянул Януш. — Казалось бы, где я — и где адские врата. Совсем недавно я был фермером в своем поселке и умел варить хороший сыр, а теперь умею управлять огнем и еду к воротам темной норы. Чертовы демоны… Жизнь! Ты умеешь удивлять!

Мои друзья выглядели потрясенно. В глубине души они понимали, с кем имеют дело на острове, но особая прямота моего плана внесла в их сердца смятение.

— С момента нашего побега прошло уже чуть больше трех часов, — тревожно произнес я. — Нужно срочно выдвигаться в аэропорт, пока наш хозяин не бросился в погоню.

Леон задумчиво постучал пальцем по виску:

— Сегодня утром у шефа запланирована поездка. Может, он не обратит внимания на ваше отсутствие.

— Сегодня вечером моя коронация, — скорбно прибавил я. — В проекте. Если он сейчас будет занят, это нам на руку. Иначе мой родственник заблокирует наши карты и разошлет сводки по таможням с заявлением, что мы обокрали его, или еще какой-нибудь вариант. Тогда нас не выпустят, а потом вернут хозяину, как провинившихся щенят. До Исландии пять с половиной часов прямым скорым рейсом, нам главное купить билеты и подняться в воздух.

Мы с Мией решили рискнуть, и сняли деньги со своих карт, после вернули ключи за комнату, которая была оплачена для отвода глаз и встречи с ребятами на их территории. Наши новые документы, что сделал Валентин после подписания договоров, позволяли беспрепятственно пересекать границы.

В аэропорту я нервничал. Каждую секунду все могло пойти по другому сценарию.

При регистрации глаза мужчины за стойкой озадаченно округлились:

— У вас тут…

— У нас все в порядке, — еле сдерживаясь, процедил я, собирая все силы для воздействия и сжимая кулак, который вдруг перехватила Мия, неожиданно взяв меня за руку. Она улыбнулась мужчине в форме и заговорила с ним сама.

Я понял, что меня снова несет. Наверное, это усталость, и нужно всеми силами держаться, чтобы не испортить план буквально за несколько часов до воплощения.

— Прости, — позже шепнул я своей напарнице. — Спасибо за поддержку.

Мия бросила на меня короткий взгляд и опустила глаза, разглядывая фигурку кролика в ладони.

— Ты отдал много сил на дешифровку. Это не проходит бесследно.

После регистрации потянулись формальности, при которых я продолжал напрягаться по каждому поводу. Казалось, что мои внутренние зрение и слух безостановочно следят за окружающей обстановкой. Это очень выматывало и лишало здравого рассудка. Я подозревал всех, кто смотрел на меня дольше одной секунды, и каким-то чудом не наделал глупостей, применяя свои силы. Мия то и дело останавливала мою агрессивную волну, предупредительно касаясь рукой, или просто отводила в сторону. И только когда мы оказались в салоне самолета, я расслабленно опустился в кресло и закрыл глаза.

Мне слышался некий шепот. Тягучий и густой зов. От него стыла кровь в моем сердце, но вместе с тем шепот притягивал к себе, словно хотел соединиться со мной и впитаться во все клетки.

* * *

— Его нет на острове, — зло произнес Валентин, подозрительно оглядывая своих тринадцать собратьев. — Кто этот несчастный помощник?

— Ты же знаешь, у Марка теперь большие возможности, — предположительно кивнул врач института Роберт. — В этом случае можно стать помощником поневоле.

Глава тринадцати хрустнул сжатыми кулаками и напряженно покачал головой:

— Два моих драгоценных сосуда… Он уже знал, когда говорил со мной вчера. И умело скрыл это.

Томас развел руками:

— Так верни его.

— Я не вижу его направления, и датчик не выдает сигнал. Он избавился от контроля.

— Это возможно? — удивился Роберт.

— Для него — возможно. Это вам не серая масса. Он растет и удивляет меня.

— Ты обучил его рунам, — напомнил Джозеф.

— Здесь не руны, — прищурился Валентин. — Это его сила. И теперь этот сосуд стал еще ценнее.

* * *

Рейкьявик встретил нас прохладой и влажным ветром. После нескольких часов полета такой прием казался бодрящим.

Мы приближались к цели: у нас получилось