Опасный. Волшебный. Кот - Маргарита Ардо Страница 9

— Тетка тоже странная, — пробормотала я, снова отодвигаясь от альфа-павлина, который маниакально хотел меня потрогать, словно сомневался, живая ли я.

Гайя изумленно взглянула. А я добавила, понимая, что сейчас — самый момент оправдаться:

— Нет, на самом деле кот был. Но тетка все перепутала: я его не вырывала у Станислава из рук, а пыталась отнести в ветеринарку… Чтобы отмыть. Но ваш брат мне не помог, и кот сбежал. — Я сощурилась и обернулась к альфа-павлину: — А зачем ты за ним охотился? Тебе же наплевать на животных.

— Вовсе нет, — также хитро сощурился Стас и показал на питомца: — Я даже кролика завел.

И тут я совсем удивилась пришедшей в голову мысли.

— Из-за меня, что ли?! Ты решил спасти кота, потому что я так сказала?!

Стас ответил бровями и загадочной улыбкой: мол, почему бы и не «да»? И слегка склонил голову, как скромный, непризнанный герой.

Гайя распрямилась и с понимающим лицом пробормотала:

— Ну, я вижу, ты, Ева, уже совсем в себя пришла. А я чайную с клиентами бросила…

И направилась к выходу.

— Гайя, стой! — крикнула я, вскочила было, но чуть не сбила грудью нависшего надо мной альфа-павлина, так что шлепнулась обратно на диван.

Хлопнула входная дверь.

— И не надо на меня так смотреть… — буркнула я Стасу.

— Можно только одним глазом? — Он, наглец, прикрыл левый, уставившись на меня правым с чертиками, занявшими все место раскаяния. — Как скажешь, моя госпожа.

Я поперхнулась воздухом.

— Вы зачем… так?

— Только что было «ты», — заметил он, — пусть так и останется. Я виновен, так что приказывай мне все что угодно.

Он сложил обе ладони перед грудью и шутовски склонил голову. Она была у него большая, лобастая, как у породистых щенков. С непослушными черными вихрами. И расположился он на своем одном колене так, что и не встанешь с дивана. Можно было податься вправо или влево, но тогда вылезти получилось бы раскорякой, а так почему-то не хотелось. Оставался еще вариант кувырком через спинку и прямиком на кроличью клетку. Переживет ли зубастый милаш такой стресс? А клетка? Я пятьдесят килограмм вешу…

— Приказы будут? — напомнил о себе Стас.

— Я домой хочу.

— Придется потерпеть, мы ждем скорую. — Он глянул в смартфон, где на карте продвигалась красная точка, как такси. — Уже подъезжает.

И он снова посмотрел на меня так, что я невольно покраснела. Хорошо, что я не в шортах. А Гайя предательница. Хотя, если по-честному, она ничего мне и не должна, мы едва знакомы.

— Мне не нужна скорая. Я в порядке, — проворчала я.

— Отменить заказ невозможно, — лукаво улыбнулся он, и сразу стало понятно, что врет.

— Пусть спасают кролика.

— Собираешься на него напасть? — хмыкнул Стас, словно прочитал мои мысли о кувырке на клетку, но вдруг совершенно серьезно покачал головой. — Без осмотра врачей я тебя никуда не отпущу. Ты упала. На лбу шишка, это раз. Релаксанты на человека могут по-разному влиять. Вообще-то их колют врачи в операционных, а не из индейской трубки выдувают в шею.

— Кхм…

— И вообще в сложившихся обстоятельствах я за тебя отвечаю, — сказал Стас.

И я вдруг размякла, словно мне вкололи еще один релаксант, потому что мне очень-очень-преочень всю мою долгую жизнь хотелось услышать именно эти слова из уст мужчины. Вот только раньше их никто не говорил. Только: «Ты же взрослая», «В наше время все девушки самостоятельные», «Мы свободные люди, в мире равные права». Ненавижу все это! Даже папа не говорил мне ожидаемых слов, когда был жив… Так что неожиданно для самой себя я вздохнула и сказала:

— Ладно.

— Чаю? Кофе? Воды?

И кофе не то что в постель, но даже в диван мне никто не носил. Я мысленно простила ему наглую улыбку.

— Чаю, пожалуйста. — Я снова вздохнула. — Того, что ты украл в чайной.

— Я заплатил за него!

— Сестре мог бы и не платить.

— Нет, бизнес есть бизнес! — Стас поднял вверх палец, словно сказал прописную истину, и снова угодил мне прямо в сердце.

Мои братья и сестры всегда вольно обращались с долгами, с деньгами, особенно с чужими, так что пришлось учиться быть прижимистой и прятать карточку в самых неожиданных местах.

Стас ушел, наверное, на кухню. А я опять вздохнула и позволила себе капельку помечтать. А вдруг он хороший? А вдруг внешность не главное, и он на других девушек не смотрит, а в меня страшно влюбился? А вдруг…

В щелку двери на панорамный балкон просочился синий кот и окатил меня презрением, как огуречным рассолом из ведра.

— Не вдруг. И не хороший, — мяукнуло вредное создание, обретая уверенно форму и раздаваясь в размерах. — Но дело тебе с ним иметь придется.

Я расстроилась.

— Почему это? Я никому ничем не обязана.

— Сожру, — ласково предупредил кот, сверкнув клыками и когтями, — или водяниц натравлю. Но лучше по-хорошему. И тебе выгода будет большая. Да и делать-то тьфу, пустяк.

— Не люблю шантаж.

— Поэтому сразу переходим к полюбовному, — очаровательно промурчал кот и отер меня хвостом, как веером. — Ты нам нужна как переводчик. Без тебя этот болван магии не видит. Ни меня, ни вообще. А с тобой — вуаля. Я проверил несколько раз.

— Как так может быть?

— Ты проводник. Медиум. Немножко ведьма, — заявил кот. — А вообще у тебя аура хорошая. Подходит.

— А вот я возьму и не соглашусь, что тогда? Помимо съедения и прочего каннибализма? — Я выпрямилась и вставила руки в бока, задним умом понимая, что это жуть как глупо — с нечистью спорить. Но вредность взяла свое. — Это уже не ново!

Кот сел, облизнул лапу, и пространно так проговорил:

— А ты представь: я врата в иные миры открою. Демоны, вихри преисподней, водяницы с водяными и прочие рванут сюда… — Говорун посмотрел на свои когти, как дама, только что вышедшая из маникюрного салона. — От ЖК камня на камне не останется. А тут дети, старики, женщины… Мужчины, наконец. Они тоже люди. Ужас, морок, и всех в воронку — уж тот мир наверняка повеселится, а этому кранты…

— Ты не можешь!

— Могу. Показать? — Кот лениво зевнул и прочертил мягкой лапкой по воздуху.

Крошечная воронка, белесая поначалу, начала увеличиваться и чернеть, роняя капли мрака на паркет. Тот под ними стал съеживаться, как от кислоты. С моего загривка сбежала холодная струйка пота. Я вскрикнула, выставив руки:

— Нет! Стой! Ладно-ладно…

Кот посмотрел на меня критически.

— Ну?

— Что