Школа Бессмертного - Алексей Владимирович Ларин Страница 81

Клишас сдержанно поклонился, свернул лист, убрал за пояс.

– Если на взгорье всё в порядке – что маловероятно, но вдруг, – двигай на Солонскую дугу. Там то же самое. Собери недостачу, напомни, кто здесь власть. Пройдись по барханам. Мне нужны верблюды.

– Сколько?

– Сотня. Выверни жителей наизнанку, но верблюдов собери. Они там совсем охамели, на третий запрос не отвечают.

Клишас опять поклонился.

– Закончишь там, навести Найман, Меркит и Шираз. Там особо не лютуй, просто напомни, что следующие их караваны могут и не дойти до Ладоники.

Клишас понимающе кивнул.

– Разрешите идти?

– Ступай. – Никита спохватился: – Да, и завтра с утра пару сотен мне на шатёр выдели. Отправитесь после церемонии.

Распорядившись и отпустив Клишаса, Никита посидел пару минут с закрытыми глазами. Не нравилась ему эта завтрашняя церемония. Ничего хорошего он от неё не ждал, но и отговорить Елену не мог. Она упёрлась и не поддавалась ни на какие доводы. Она хотела получить Светоч – символ власти каганов. Получить принародно, от самого верховного святителя Саузы. Только тогда каганат окончательно признает её власть.

Проблема была в том, что Сауза не говорил ни да, ни нет. Верховный святитель объявил, что молится о знамении и, только когда получит его, тогда и примет решение. Елена терпела два месяца, пока не назначила церемонию сама, заявив, что раз Сауза не может принять решение, она это сделает за него и пусть он считает это знамением. Сауза покорился.

Никита не был уверен, что церемония пройдёт так же гладко. «Они обязательно что-нибудь выкинут, – мрачно думал он, – они так и не смирились с возвращением Елены». Для них она до сих пор предательница и отщепенка, сбежавшая из родного дома с колдуном и вернувшаяся как завоевательница. Свергнувшая законного правителя, своего родного брата.

Никита не мог обманывать себя в том, что не понимает их. У них своя правда, свои традиции, и никому не нравится, когда так бесцеремонно ломают через колено. Но и у него особого выбора нет. Явившись сюда с Еленой в качестве первого советника и главы правительства, он обязан служить ей и способствовать укреплению её власти. И в конце концов, освящение огнём – это действительно необходимая церемония.

Вот только очень уж не вовремя Елена её затеяла. Надо было или сразу же, в первый же день, пока народ ещё не отошёл от шока её появления верхом на Змее, или отложить на потом, когда они окончательно здесь закрепятся и люди привыкнут к ним и поймут, что всё не так уж и страшно.

Никита вздохнул, помотал головой. Ничего уже не исправишь. Церемония освящения назначена на завтра, и надо лишь постараться, чтобы она прошла гладко.

Ему доложили, что пришёл Исай.

– Пусти! – коротко приказал он.

Исай вошёл, быстро поклонился. Он сменил рабочий пропылённый халат на выходной плащ, но всё равно выглядел немного неуместно в этой роскоши ковров, шелков и золотых светильников.

– Проходи, Исай. Ну, что ты там насчитал?

Мастер протянул ему свиток. Никита развернул, вчитался, хмурясь и подсчитывая про себя.

– Пятьсот человек в каменоломни, – бормотал он. – Пара сотен на кладку… так, резчики… сорок телег железа… так, мрамор… стекло… итого… итого… – Он присвистнул. – Семнадцать шестьсот золотом! Грёбаный Экибастуз! Исай, ты из этого золота сам дворец собираешься, что ли, делать?

– Никак иначе, советник! – Исай виновато развёл руками. – Я же показывал вам образец. И госпожа смотрела. И вы утвердили.

– Да, но ты сказал, что в десять тысяч уложишься.

– Да я же при тех ценах ещё считал! Сейчас-то всё подняли, советник. И каменщики, и резчики, и укладчики. И литейщики из Красного Стана задрали. Я уж молчу про дорогие породы. Из Карадага нет вестей.

– Нет пока, – мрачно ответил Никита.

– Ну вот. Держат. А ближе, чем из Карадага, везти мрамор неоткуда.

Никита промолчал. Он понимал, к чему подводит Исай, и знал, что решение принимать придётся. Но как-то не так он себе представлял государственное строительство. Не думал, что начинать придётся с этого.

– Ладно, – решился он. – Посылай в Ладонику. Если партия ещё не раскуплена, бери. Сколько за всех?

– Две тысячи талонов.

Никита быстро пересчитал курс на золотой рубль Бессмертного.

– Пятьдесят рублей? За две сотни? – не поверил он.

Исай кивнул. Никита вспомнил боргейского жеребца на волховском Торгу.

– Дешевле, чем лошади, – хмуро пробормотал он, открывая сундук. – Держи.

Исай поймал туго набитый кошель.

– Велю проследить, чтоб не было брака, – заверил он. – Слабых, покалеченных отсеем сразу. Нам тут на стройке только крепкие нужны. И это… – Исай замялся. – Чего?

– Договариваться о следующей партии?

Никита вздохнул, поморщился.

– Договаривайся, что же делать.

Исай поклонился, вышел.

Весь вечер Никита пребывал в дурном настроении. Он не пошёл на ужин к Елене, не хотел раздражаться ещё больше. А она ведь непременно его выбесит.

Он съел в одиночестве тушёного сайгака с лепёшками и острым сыром и велел нагреть воды. Пришла Майя.

– Ты чего? – удивился он.

– Госпожа велела позаботиться о вас, – почтительно ответила служанка. – У вас был тяжёлый день, вам нужно отдохнуть перед завтрашней церемонией.

Никита скривился. Ведь поняла же Елена, что он не хочет видеть её, и всё равно достаёт. Ну пусть уж лучше Майя, чем Саур.

– Ладно, – он махнул рукой. – Устрой тут всё, а я пока… чаю попью, что ли.

Через полчаса его позвали. Сверкающая медная ванна стояла прямо на пушистом ковре. Горели светильники, пахло ароматическими маслами. На столике стояла ваза с фруктами и виноградом, бокал и кувшин. На широкой кровати лежали полотенца и сложенные шёлковые простыни.

С Майей были ещё две служанки. Они держали кувшины с горячей водой, готовясь подливать в остывающую ванну.

– Э-э… – растерялся Никита. Как-то он не был готов раздеваться на глазах трёх девушек, пусть даже рабынь. Не привык он ещё относиться к ним как к собакам или лошадям, да и не собирался привыкать.

– Можете идти, – успел сказать он, прежде чем Майя опустилась перед ним на колени.

– Ты чего? – Никита отпрянул от неожиданности.

– Госпожа велела позаботиться о вас, – терпеливо повторила Майя. – Вам ничего не нужно делать, мы всё сделаем сами.

– Так… – Никита успел шагнуть назад, не давая Майе взять себя за ногу. – Быстро встали и вышли отсюда.

– Но госпожа…

– Я сам разберусь с вашей госпожой. Скажите ей, что сделали всё, как велела, и я остался доволен. Брысь. Ну?!

Он повелительно посмотрел. Служанки нехотя поставили кувшины на пол и