Палочки для еды - Сяо Сян Шэнь Страница 7

Но и на трупах мы ничего не нашли.

– Я так и думала, – с довольным видом сказала санитарка. – Если использовали яд, то, когда он начал действовать, даже спящий хоть чуть-чуть бы пошевелился. Разве не странно, что никто этого не заметил?

– А если все крепко спали? Или мучения были не очень сильными? – возразил библиотекарь.

На это санитарка спокойно ответила:

– Ты сказал – мучения? То, что они не отразились на лице, мне тоже кажется странным.

– Но если это не яд, как их убили? – спросил спортивный сектор, а библиотекарь добавил:

– И кто же все-таки преступник?

Все стали переглядываться и мгновенно отводить глаза, а после следующих слов председателя застыли:

– И каков мотив?

Увидев реакцию остальных, я почувствовала что-то странное. Как будто именно мотив был всем известен, но все притворялись, что не знают, о чем речь. Так мне показалось в тот момент.

– Прежде чем разбираться со способом убийства и с мотивом, надо найти преступника!

Я ощутила, что никто не возразил мнению заместителя, потому что не хотели думать над мотивом.

Но почему?

Я вдруг испугалась. Столкнуться, пусть и во сне, с убийством, само по себе оказалось страшно, но все-таки было ощущение, что все вокруг – мои товарищи (за исключением преступника, конечно). Но, осознав, что есть какой-то секрет, неизвестный только мне, я вздрогнула.

Поэтому когда ответственный за уборку тихонько проронил:

– А их точно убили? – я ухватилась за эти слова, как за палочку-выручалочку.

Если на телах нет повреждений и яд не нашли, значит, они умерли от болезни. Пусть и неестественно, что один за другим заболели сразу двое, но странно из-за этого решать, что они убиты. Я сразу высказала это вслух.

Однако согласился со мной только ответственный за уборку, а остальные одновременно направили на меня укоризненные взгляды. Но председатель сказал:

– Ты тоже заметила, да?

Я встретилась с ним глазами и вспомнила.

– Я никому не говорил, но количество палочек в токономе уменьшилось. Сначала их было девять, после смерти ответственного за питание стало восемь. А потом, когда умерла ответственная за живой уголок, – семь.

Узнав, что сначала палочек было девять, я ощутила необъяснимый ужас. Разве палочек для изгнания злых духов не должно быть четное число? Ясно же, что на одного человека приходится две штуки. Пара, все это знают. Нечетное число – девятку – просто невозможно себе представить, и, почувствовав в этом что-то зловещее, я задрожала и проснулась.

Когда я увидела этот сон в третий раз, не стало ответственного за спортивный сектор. Когда умер первый человек, я видела сон впервые, и никаких предыдущих воспоминаний о происходящем у меня не было, поэтому я особо не была шокирована. Но потом, со второй и третьей смертью, ощутила небывалое потрясение. Оно еще усилилось от ужасных слов заместителя.

– Я уже давно думаю, что среди нас есть кто-то иной.

– Кто? – спросил библиотекарь, но она не ответила и продолжала:

– Я – заместитель председателя совета, ты – библиотекарь, так? Он – ответственный за уборку, она – санитарка. И, конечно, председатель. Все – члены совета.

Говоря так, она обводила всех по очереди взглядом, а потом посмотрела на меня:

– А вот она – не член совета, а просто дежурная.

Она ничего больше не сказала, не объяснила, что это наблюдение означает, но косвенно обвинила меня в том, что я убийца, только потому, что я «к ним не принадлежала».

– И правда, – удивился библиотекарь, выразив общую реакцию.

Все с подозрением посмотрели на меня.

Нет, не все. Председатель смотрел по-другому: подбодрив меня взглядом – мол, все будет в порядке, он возразил:

– В отличие от постоянных членов совета, дежурный действительно меняется каждый день. Но ведь то же самое можно сказать и про ответственного за питание. У нас два человека в похожем статусе, и считать «иным» только дежурного – это притянуто за уши.

В этом третьем сне я впервые участвовала в приеме пищи. Больше всего меня удивило, что никто не помогал председателю накрывать на стол вместо ответственного. Я тут же встала и пошла на раздачу. Председатель сказал: «Спасибо», но, кажется, тоже удивился. Я смутилась, но тут же отвлеклась на кое-что другое.

Еду готовили на определенное количество людей, но на кухне никого не было.

Видимо, в мире этих снов существовали только мы вдевятером. Осознав этот факт, я почувствовала озноб.

Когда я помогала накрывать, заместитель председателя и санитарка, злобно глядя на меня, специально высказались так, чтобы я услышала:

– Стоило ему за нее заступиться…

– …и сразу бросилась помогать, надо же!

Я хотела было ответить, что не могу поверить в полное отсутствие желающих помочь, но замолчала. А я помогала ему в первый и во второй раз? Судя по его удивленному виду, явно нет. Так что вполне естественно, что девчонки так на меня смотрят.

А все-таки почему я ничего не помню об этом мире сна? Почему какие-то части выпадают?

Я последней села за стоявший посреди просторного помещения стол со своим подносом с едой и задумалась. Или остальные тоже не помнят всего? И просто умело скрывают этот секрет, как и я?

Тут к столу вернулся председатель с подносом, на котором стояли соевый соус, соль, стакан с палочками для еды, одноразовые салфетки для рук, таким образом закончив подготовку к обеду. Все взяли палочки, и я, глядя на то, сколько комплектов осталось, недовольно подумала, что не надо было ставить столько, но тут же поняла свою ошибку. Ведь там остались не просто лишние палочки, но и те, которые принадлежали умершим.

Осознав этот печальный факт, я почувствовала, как плечи покрылись мурашками. Они тут же распространились по всему телу: я увидела, как все пятеро, кроме меня, сложили ладони вместе, зажав палочки между большими и указательными пальцами, а потом воткнули палочки в середину своих плошек с рисом.

Значит, перед едой они все исполняли ритуал «о-хаси-сама».

На этом месте я проснулась и поняла, что боюсь снова увидеть этот сон. Почему все исполняют ритуал? Или во сне это действие ничего не значит? Да нет, не может такого быть. Наверняка этому есть какая-то жуткая причина. Такие мысли крутились у меня в голове, и я совсем запуталась.

Испугалась я еще и потому, что каждый раз, когда я видела сон, умирал кто-то еще. Примерно за месяц были убиты три человека. Поскольку ритуал надо было выполнять в течение 84 дней, это составит примерно три месяца. Нас девять человек, палочек для изгнания злых духов тоже было