Кривая логика - Александра Шервинская Страница 7

– Мне очень плохо, – пожаловалась Леночка, – ничего не болит, но слабость такая, что я до ванной комнаты добиралась полчаса. А если совместить это с твоими вчерашними словами, то… – тут она с трудом перевела дыхание, – в общем, я уверена, что это ты мне что-то подсунул.

– Да как ты можешь так плохо обо мне думать?! – возмутился я. – Да и когда бы я это сделал? Кофе ты сама варишь…

– Булочки со сливками, – прошептала девушка, и я досадливо поморщился, – мне ведь показалось, что в них появился странный привкус, но я даже подумать не могла…

– Тебе показалось, – я добавил в голос убедительности, – вот так и совершай добрые дела! Сходил, называется, за хлебушком… в смысле – за пирожными!

– Я тебе не верю, – обиженно прошептала Леночка, – ты мне только скажи: это надолго?

Я какое-то время помолчал, прикидывая возможные расклады, потом тяжело вздохнул и признался:

– На два дня, максимум – на три, пока я не вернусь в город и не привезу с собой решение той проблемы, о которой вчера говорил. Так что да – это был я, и можешь продолжать меня ненавидеть.

– Не буду, – подумав, ответила Леночка, – ты же хотел как лучше, правда?

– Эй, слушай, – я моментально напрягся, – ты давай-ка, ненавидь меня и обзывай всякими плохими словами, а не прикидывайся незабудкой. Мне от этого как-то не по себе, знаешь ли…

– Ну что ты, милый, – в слабом голоске послышались однозначные отголоски будущих неприятностей, – я же всё понимаю… И даже где-то в глубине души тебе благодарна за заботу. Ничего, полежу, киношечку посмотрю какую-нибудь, книжку почитаю…

– Чувствую, книжка будет называться «Как отомстить коварному некроманту», – мрачно проговорил я.

– Не переживайте, шеф, – по голосу было слышно, что девушке действительно тяжело разговаривать, – я отомщу и забуду, слово даю.

– Точно? Вот прям точно-точно?

– Обещаю, – она негромко засмеялась и отключилась.

– Проблемы, Тоха? – тут же спросил Алексей, обменявшись с Савой взглядами.

– Одна проблема, – ответил я, – красивая и зеленоглазая. Егор сказал, что ей угрожает опасность.

– Я по-разному отношусь к твоему бывшему ученику, – вступил в разговор Фред, – но в том, что касается предсказаний… раньше он никогда не ошибался. А он не сказал, что именно?

– Нет, иначе я действовал бы по-другому, – я недовольно поморщился и, подумав, взял со стола ещё одну мандаринку, – я предложил Леночке уехать в отпуск куда-нибудь подальше, но она, естественно, отказалась. Что мне оставалось делать?

– Ну, мы что-то такое и предположили, когда ты у деда зелье для неё попросил, – снова переглянулись мои помощники, – только не знали причины.

– Но я пока всё равно не очень понимаю, как связана опасность, угрожающая Леночке, и наш приезд в Зареченск, – пожал широкими плечами Сава.

– Охранника к ней приставлю, – пояснил я, – такого, который будет при ней неотлучно до тех пор, пока мы не выясним, что ей угрожает, и не устраним опасность.

– Всё равно пока не улавливаю, – покачал головой Сава, – почему именно здесь?

– Вот скажи мне, Лёха, – начал я, повернувшись к бывшему безопаснику, – ты много лет работал охранником с самыми широкими полномочиями. Скажи, как ты реагировал, если понимал, что конкретно этот человек представляет собой потенциальную угрозу для твоего нанимателя?

– Старался изолировать объект охраны, – тут же ответил Лёха.

– А если устранить сам источник опасности?

– Так нельзя, пока он не нападёт, – с явным сожалением ответил Алексей, – злой умысел – ещё не преступление.

– А вдруг ты опоздаешь?

– Ну… значит, моему нанимателю не повезло, – не слишком охотно ответил Лёха, – а ты всё это к чему спрашиваешь?

– Я приставлю к Леночке такого охранника, который никогда не опоздает, но ему за это ничего не будет.

По виду компаньонов я понял, что выразился недостаточно чётко, поэтому вздохнул и начал сначала.

– Я сделаю для неё «мёртвого охотника».

Услышав это, Фред громко втянул воздух, но промолчал, лишь глаза на кошачьей морде стали идеально круглыми.

– Понятнее не стало, – вежливо нарушил установившееся молчание Сава.

– Это существо, которое будет рядом с охраняемым объектом постоянно, потому что ему, в отличие от человека, не нужно спать, есть, посещать туалет, курить и так далее. Он… – я щёлкнул пальцами, подбирая наиболее понятное и правильное слово, – запрограммирован так, что будет чувствовать любую опасность, угрожающую тому, кого его обязали защищать. Только в отличие от обычного охранника или телохранителя он не станет ждать нападения, а устранит угрозу сразу. Чем сильнее опасность, тем радикальнее применяемые «охотником» меры. Ну и главное его достоинство, пожалуй, в том, что он никому не виден кроме меня, так как именно я создам его и очерчу круг обязанностей. И именно от меня он получит награду, ради которой будет служить.

– Круто, – с неприкрытым уважением откликнулся Лёха, – но почему здесь? Стало понятнее, но пока не совсем.

– Именно здесь, в Зареченске, находится тот, кто станет базой для создания «охотника», – договорил я, – тот, кто при жизни был человеком, не знающим жалости. Тот, для кого убить – как нам с вами высморкаться. Тот, кто ради достижения своей цели пойдёт до конца без раздумий и сожалений. Идеальный вариант для моего замысла.

– А разве те призраки… Они разве не растерзали его?

Лёха наконец-то сообразил, кого я имею в виду, и это ему не слишком понравилось. Но тут уж ему придётся смириться, так как безопасность Леночки для меня важнее его чувств, как бы цинично это ни звучало. Принцип меньшего зла пока ещё никто не отменял, а я на роль добряка и клёвого парня никогда не претендовал.

– Почти, – не стал спорить я, – но минимум остался, и он сейчас заперт в земле нашим общим приятелем Погостником, Хозяином Муромского кладбища. Полагаю, он с удовольствием избавится от такого постояльца, а если нет – я найду способ его убедить.

– Вы о ком? – Сава внимательно прислушивался к нашему разговору.

– Помнишь, я тебе рассказывал про Карася, которого мы замочили в Зареченске? Он ещё ведьму там грохнул помимо кучи народа.

– А, это тот, который так нехорошо поступил с нашим общим другом Бизоном? – сообразил пограничник.

– Он станет идеальным «охотником», – продолжил я объяснять, – я наделю его возможностью чувствовать направленную на Леночку агрессию и иные угрозы её благополучию. Там своя технология, вам даже вникать ни к чему, это наша кухня, некромантская. У него будет право ликвидировать любого, кто захочет причинить ей вред. На убийство, конечно, будет поставлен ограничитель, но это тоже будет ему по силам. Справится – замолвлю за него словечко перед Погостником, нет – распылю. Поверьте, беречь он её будет, как величайшую драгоценность всех