Диагноз - Анюта Соколова Страница 6

Она оглянулась и едва не уронила деревянную лопатку.

— Ой! Госпожа… Тери, почему ты не предупредил, что у нас гости!

— Это не гости, — Риден лихо тряхнул своей косой чёлкой. — Госпожа Янира Эрлан вот уже три часа выполняет свои обязанности. Госпожа Эрлан, познакомьтесь: Агнес Ворш, владычица кухни, королева супов, соусов и запеканок и наша кормилица.

— Очень приятно, — сказала я.

— Ой, — повторила Агнес, вытерла руки о передник и слезла со скамейки. Навскидку я дала ей лет сорок — сорок пять. У неё было очень милое простое лицо, живые серо-голубые глаза, короткие рыжеватые кудряшки и невероятно добрая улыбка. — Наконец-то! Госпожа Эрлан, я так рада! К ужину я обязательно сделаю торт со сливками! Вы любите сливки?

— Люблю.

— И с вишней, — Риден ухмыльнулся.

— Тери! Никакой вишни! — посуровела Агнес. — Ты помнишь, что сказал доктор Бертрáн? Ни в варенье, ни в компоте, ни в конфетах!

Некромант сердито насупился, словно обиженный мальчишка, и потянул меня к выходу.

— Что не так с вишней? — спросила я в коридоре.

— У меня на неё аллергия, — неохотно признался Риден.

Я недоверчиво покосилась на него. Очередная шутка? В моём понимании аллергия была чем-то несерьёзным вроде крапивницы и появлялась исключительно у детей, переевших сладостей. Красавец-некромант с алыми расчёсанными щёчками не укладывался у меня в голове. Тем временем мы прошли через холл в противоположное крыло дома.

— Тут комнаты Жиля — это мой шофёр, вы его видели, — Агнес и Гюстава. Все они… — Риден запнулся. — Их можно назвать моей семьёй.

— Но вы им платите, — уточнила я.

— Не всё продаётся или покупается, — усмехнулся некромант. — Гюстав со мной уже двадцать лет, и половину этого срока сам меня содержал.

Риден остановился и скрестил руки на груди:

— Хочу сразу предупредить вас, госпожа Эрлан. В обращении со мной вы можете не стесняться: я прекрасно умею отличать иронию от хамства. Первое я приветствую, второго не потерплю ни в каком виде. Но упаси вас Спаситель нагрубить Гюставу или Агнес. При первой же их жалобе я уволю вас в ту же секунду.

— И даже разбираться не станете?

— Нет. Я им доверяю, потому что они заслужили это доверие. Они близкие мне люди, в то время как вы посторонний человек. Пока посторонний.

Он громко стукнул в ближайшую дверь, дождался приглушённого «Заходи!» и пропустил меня вперёд. Комната за дверью размерами превосходила всю мою квартиру. Вдоль стен тянулись шкафы с книгами, у окна стоял огромный мягкий диван с бесчисленным количеством подушек. На диване возлежал, иначе не скажешь, миловидный блондин в удобном домашнем костюме. Завидев нас, он отложил книгу и поднялся.

— Тери, ты это серьёзно? — произнёс он вместо приветствия.

— Абсолютно! — вздёрнул голову Риден. — Позволь тебе представить госпожу Яниру Эрлан. Я выиграл спор!

Глава 4

Цепкие тёмные глаза Гюстава внимательно рассматривали меня, я в свою очередь изучала его. Почему-то до этого он представлялся мне почтенным или даже пожилым дядюшкой, таким благодушным и жизнерадостным толстячком. На самом деле ему вряд ли было больше сорока, а из-за худощавого лица и хрупкого сложения он выглядел ещё моложе. Есть такой тип мужчин: даже в солидном возрасте они напоминают подростков. Длинные, светлые до белизны волосы Гюстав связывал в низкий хвост, что придавало ему сходство с кавалерами галантного века в напудренных париках.

— Добро пожаловать, госпожа Эрлан, — церемонно поклонился он мне. — Вынужден принести вам свои извинения. Я не ожидал, что наше с Тери ребячество…

— Гюстав, прекрати, — сердито перебил Риден. — Ты просто не хочешь признать, что проиграл.

— Признáю, когда увижу подписанный договор о найме, — меланхолично произнёс Гюстав. — Вы уже подписали договор, госпожа Эрлан?

— О каком споре речь? — сухо поинтересовалась я.

Отвечать вопросом на вопрос невежливо, но дважды за утро чувствовать себя идиоткой — благодарю покорно! Это как присутствовать в компании, где все разговаривают на незнакомом тебе языке: они что-то оживлённо обсуждают, а ты только ресницами хлопаешь и держишь умное лицо.

— Видите ли, Тери уже месяц ищет… личную помощницу, — Гюстав с нежностью взглянул на некроманта. — Отсеял более сотни претенденток, среди которых были вполне достойные кандидатки. Сегодня за завтраком я предложил поспорить. Если до вечера он никого не найдёт, то девушку подберу я сам. Если же найдёт, кхм…

Он закашлялся.

— Нет уж, давай, договаривай, — ехидно подхватил Риден. — Ты пообещал больше не изводить меня напоминаниями о долге перед обществом, передаче редчайшего дара и так далее!

— Передача редчайшего дара? — переспросила я в недоумении.

— Женитьба, — Риден поёжился. — Двадцать семь лет в понимании Гюстава — дряхлость, когда мужчина просто обязан задуматься о наследниках.

— Если этот мужчина — некромант, то да, — строго произнёс Гюстав. — И не нужно делать вид, что ты не сознаёшь своей ответственности, Тери. В любом случае я искренне рад, что у тебя теперь есть госпожа Эрлан…

В конце фразы определённо слышалось «и». Но на этот раз Риден не стал ничего добавлять, а я поставила зарубку. При вроде бы полной откровенности от меня скрывали некие важные факты, связанные с будущими обязанностями. С другой стороны, получило объяснение то обстоятельство, почему меня наняли практически с порога. Мужчины и не такое вытворяют на спор, в этом отношении они никогда не взрослеют.

— Договор, — напомнил Гюстав. — Пока ты не покажешь подпись госпожи Эрлан, я не проиграл. Она ещё вполне может сбежать.

Риден озорно улыбнулся:

— Даже не мечтай.

Мы вышли и опять поднялись на второй этаж. Риден по очереди открывал все двери:

— Парадная гостиная, малая гостиная, библиотека, музыкальный салон… На черта он мне, понятия не имею. Мой кабинет, здесь стоит городской телефон, второй в холле. Номер сорок восемь — пятьдесят — девять. Запомнили? У Гюстава и Жиля местные номера, от них в город позвонить нельзя. Дальше моя спальня, а здесь, — он ослепительно улыбнулся, — ваша комната.

— Моя комната? — от неожиданности я моргнула. — Зачем? Я живу недалеко, могу приходить к восьми или даже раньше.

— Исключено, — отрезал Риден. —