Елена Белова - Новая реальность Страница 53

А он попробует.

Что продержало его здесь почти восемнадцать лет? Семья? Предназначение? Может, то, что идти было особо некуда. Но что бы ни было, теперь все это заменилось всего лишь на цепь. А цепь – это не то, что верность семье и предназначению, которую ему внушали с шести лет.

Она не удержит. Ян горько усмехнулся. Кого он обманывает? Не удержала бы. Но со временем беда.

Алтарь уже заливают смолой.

Цепь тонко зашуршала – руку, а потом и все тело пробило дрожью.

Алтарь. Опять. Совсем скоро.

Магда? Что еще за… Стену перед ними вдруг рассекла трещина, и скала стала распадаться, открывая проход. Любимый трюк горных ведьм.

Приглашают? Лёшка шагнул вперед, кажется, даже не сомневаясь в добром приеме.

Дим проверил телепорт – нормально, никаких блокировок – и двинулся следом.

Скала сомкнулась за спинами.

Ну что ж, будем надеяться, что ты знаешь, что делаешь, брат-эмпат.

– Ты одна?

– А тебе кто нужен? – опасности Лина не чувствовала, тем более что Марианна выглядела подчеркнуто мирно. Пальцы в замок переплела, улыбается.

– Хм… – Рыжая феникс задумчиво наклонила голову к плечу, озирая «нечестивую» с задумчивым прищуром. – Да мне-то никто, в общем, не нужен. У меня, понимаешь ли, приступ этой… слепоты куриной, вот.

– Что?

– И я по вечерам ну просто абсолютно никого не вижу, представляешь? Куда рвешься, бык на ластах? – тут же прошипела несчастная больная – какой-то торговец с огромным лотком на голове едва не налетел на нее. – Ослеп, что ли?

Поня-атно.

После хулиганской выходки подружек в квартире Соловьевых Лина поняла, что не все фениксы готовы так уж безоговорочно ловить беглянку, но чтоб так внаглую игнорировать прямое указание Лиз… куриная слепота, надо же!

– Ага, – понимающе кивнула «нечестивая» феникс. – И давно тебя сразила эта… болезнь?

– Да только что. – Рыжая страдалица без зазрения совести цапнула с лотка торговца крупное желтое яблоко и захрустела им. – Вот иду по рынку, и вдруг будто пеленой окутало. Не знаю, что и делать. Мне, видишь ли, надо во что бы то ни стало отловить одну беглую, а я – вот беда – лишена такой возможности! Вкусное яблоко. Хочешь одно?

– Спасибо. А что, эту беглую не только ты ищешь? Может, кто помогает?

Рядом полыхнуло – какой-то кретин решил, что базар – самое место, чтоб продавать дыхание саламандры. В потемневших глазах Марианны заплясали алые огни, в мгновение ока превратив феникса в подобие голодного вампира.

– Ну, разумеется, помогают, – как-то даже рассеянно процедила охотница на беглых фениксов. – Эту беглянку, чтоб ты знала, приказано искать всем. И на ее месте я бы, например, тихо сидела дома под защитой своего Стража и не шаталась по рынкам. Одна, по крайней мере. Как ты думаешь, она об этом догадается?

– Все может быть, – хмыкнула «неузнанная» феникс. – Если намекнуть.

– Кто б нам намекнул… – мурлыкнула Марианна. – Вот, например, почему бы это Хранительница Анна так хочет с ней поговорить? Не знаешь?

– Нет.

– Действительно, откуда бы. Ты-то ведь не она. Или вот еще загадка – почему это Приближенная Лиз так беспокоится, чтобы наша беглянка, сохрани Пламя, не вздумала посещать клубы или концерты?

Лина воззрилась на Марианну, как рыбка Екатерина – на упавшую в аквариум упаковку корма: с одной стороны, неожиданно, с другой – приятно, и… спасибо, конечно, господа, но как продраться к содержимому через препятствие? Кажется, от этой встречи будет куда больше пользы, чем показалось сначала. Как интересно.

В пещере было темней, чем в коридоре. Всего один факел и мох едва светится. Вадим невольно глянул на потолок – горные ведьмы есть горные ведьмы. И в случае падающих на голову сосулек (наслышан, были случаи) надо быть готовыми.

Что ж так тихо?

– Стражи? – Женщина выступила, кажется, прямо из камня. Длинное платье, похоже, зеленое, в темных волосах мерцает несколько камней. – Мать-Земля, как вовремя.

Зеленое платье чуть колыхнулось, белые руки легко хлопнули в ладони, цепь золотистых огней вспыхнула где-то над головами, и стало светло. И Дим невольно выдохнул, как это бывает у человека, внезапно увидевшего ослепительную красоту. Пещера… это пещера… поражала. Не слишком большая, округлая, с высоким сводом, с проступавшими из стен полуколоннами. С мерцающим озерцом-бассейном. Дим никогда не считал себя особым эстетом (это скорей по Лёшкиной части), но, Свет, красиво же! Странно, а Лёшка-то чего молчит? Будто и не видит. Смотрит только на хозяйку… странно смотрит. Будто… Дим не успел додумать.

– Стражи, я хочу заявить о нападении, – напомнила о себе женщина. Красивое лицо, властное без жестокости, умное и гордое. Да уж, горная ведьма – не прочее подземное племя. Слово «ведьма» к ней не походило абсолютно, скорей «королева». Или царица. Только в изгнании. Слишком вид встревоженный. И у нее, и у двоих горных, замерших около стены.

– Нападении?

Кто посмел ссориться с ведающими камень? Это же самоубийство. Горных не трогали даже полоумные виртибы, группа изгнанников, которых свои же вышибли за все хорошее. Разве что…

– Серые убийцы.

– Дай-имоны, – эхом проговорил Лёш. – Давно? Вы не получили предупреждения?

– Получили. Дай-имоны? Имя неважно. Но вы не предупреждали, что они способны править камнем!

Камнем?! Что-то новое. Серые еще и на это способны? Неужели горные не ошиблись?

– Вы уверены?

– Да, разумеется, – гневно начала женщина, но ее перебили.

– Когда? – Лёш подался вперед. – Магда, когда они напали? Им удалось захватить кого-то из твоих? Или убить?

Возможно, владычицу первый раз в жизни назвал на ты кто-то из посторонних. Горные сердито перешепнулись, одна сжала кулак, но Магда только махнула рукой – ей точно было не до мелочей типа этикета.

– После столкновения мы нашли два тела.

– Как они умерли?

– Дана, наша наставница, сильно обожжена. А на теле младшей никаких следов, она просто…

– Давно?

– Страж, я признаю ваше право задавать вопросы, но, может быть, вы объясните все-таки, в чем дело?

– Берегись!

Кто крикнул, Вадим понять не успел. Не до того. Крик мгновенно потонул в грохоте и треске. Пол тряхнуло. Хотя какое там тряхнуло – он буквально выдернулся из-под ног, вздыбился и пошел волнами. Воздух стал пылью, завесой из осколков, часть потолка и стен осыпалась на глазах, светильники гасли один за другим. Проклятье!

– Что творится? – Дим мгновенно запустил защитку, прикрывая всех, до кого дотянулся. Лёшка где? Вот, рядом. Какого черта, что еще за землетрясение у горных?

– Я не… это не мы! – Магда, кажется, пыталась что-то сделать, как-то остановить обезумевший камень. – Что происходит?!

– Осторожно! Горные, сюда! Быстро! Перехватите управление!

Лёшка уже успел встать на ноги! И телекинезом отшвырнуть что-то – камень? Камни. Они отлетели в сторону, в мельтешащую тенями полутьму, кто-то вскрикнул.

– Девы, ко мне! Дхил та или! Джол! Джол они!

– Лёшка, назад!

– Авык со оргри! – прозвучал голос с той стороны. Черт, да кто же это? Дай-имоны? Пытаются отобрать у горных их пещеру? Или…

Свет словно кипит – в редких лучах буквально клубится пыль, и пол рушится… рушится… в каменных волнах один за другим появляются провалы. Черные, глубокие, голодные. Мать вашу! Что-то с силой бьет по щиту – так, что Дим, только что поднявшийся, снова падает на колено, прямо в грязь. Озеро… бывшее. Горячее.

О стену расплескиваются огненные сгустки! Проклятье, влипли. Ни разу не дрался так, под землей. Пещера трещит и шатается, на щите, по ощущениям, уже тонна обломков. А воздух и правда почти кипит… крики ведьм все тревожней, и бить в полную силу нельзя – риск попасть по своим. По Лёшке. Почти машинально Дим задержал новую волну осколков и, скрутив из них смерч, послал в темноту, сопроводив шаром покрупней. Смерч, наклонившись, двинулся к нападавшим.

– Лёш, в сторону!

Брат понятливо упал, а когда встал…

Это была вода. Всего лишь вода. Лишившееся части берега озеро заливало пещеру, и вода поднялась уже по колено. И когда Лёш опускает руки…

Вода чуть впереди перестает рябить. Белеет. Застывает. Через пару секунд из воды взмывает ледяная глыба. С силой бьет о стену, растрескивается… и тут же в сторону серых отправляется ледяное облако из блистающих острых смертоносных сосулек.

Лёш! Как?!

Сдавленный вскрик, яростный, болезненный, короткий грохот. И все стихает.

– Ушли, – слышится чей-то удивленный голос.

– Не все. Некоторым уже никуда не уйти.

– Посмотрим?

– Сейчас. Отдышусь.

Горные еще что-то говорили, а Дим не мог оторвать взгляда от спины Лёшки. Усталой, но…

Это Лёш?

Глава 7

Алекс

Пока они обследовали тела серых (Лёш никому не дал коснуться, сам поворачивал телекинезом), пока договаривались с Магдой (горная ведьма дала добро на повторную встречу и над возможным союзом, кажется, призадумалась сама), пока доставляли дай-имонов в Свод и объяснялись с Координаторами (Дим машинально отметил виртуозное вранье Лёшки о причинах такого подарочка – мол, горная ведьма подала сигнал тревоги, и они, как находившиеся ближе всего… и так далее, и так далее) – Дим оставался каким-то замкнутым и молчаливым. Нет, он отпускал положенные реплики, отвечал на вопросы, свидетельские показания выдавал – все как положено. Но когда Лёшка высказал все предостережения и Пабло хищно закружил над «доставленным материалом», когда Нинне принялась мягко выставлять их из лаборатории – «разумеется, юноши, примем все меры безопасности, спасибо за помощь, хорошие мальчики, идите отдыхать», – Дим молча перехватил управление телепортацией, и вместо дома они оказались в совершенно другом месте.